Александра Авророва - Все дороги ведут в загс

— Вы настаиваете на своих показаниях?

— Конечно.

— Очень жаль, Светлана Ильинична. Дело в том, что вас видели входящей в один из подъездов этого дома. И выходящей, впрочем, тоже. И во сколько, как вы думаете?

Света, кивнув, провела рукой по лицу. Рука не дрожала.

— Простите, Александр Владимирович. Было глупо врать. Но правде вы все равно не поверите. Она еще глупее. Да, я была сегодня в этом доме и в этом подъезде. Даже больше — я зашла в квартиру Славика и видела там его тело.

— Тело?

— Он был мертв, Александр Владимирович. Я клянусь вам!

— И что привело вас туда?

— Вот.

Юрская открыла сумочку, вытащила из нее сложенный листок и протянула майору. Это оказалась отпечатанная на принтере записка. «Если вы хотите получить про Майю Ананиашвили информацию, которая скомпрометирует ее в глазах вашего мужа, завтра с десяти до одиннадцати утра будьте в третьем подъезде дома по Гороховой 42, между четвертым и пятым этажами».

— Откуда это?

— Я нашла вчера вечером в кармане халата. После того, как все ушли.

— И вы провели целый час в подъезде?

— Да. Утром проводила Вову на работу, он, слава богу, уехал рано, помаялась немного и поехала. Когда зашла в этот подъезд, вспомнила, что здесь живет Славик Петухов. Я решила, Майя провела у него ночь и до одиннадцати должна выйти. Вова очень самолюбив, его бы это оттолкнуло. Но она не появилась, и в начале двенадцатого я подошла к его квартире. Дверь была отперта, я вошла, увидела тело, испугалась и поехала домой. Вот и все.

— У вас дома есть компьютер, Светлана Ильинична?

— Да. Вы думаете, я сама напечатала эту записку? — горько усмехнулась Света.

— Эта мысль возникнет у каждого.

— Именно поэтому я и не хотела говорить правду.

— Однако, боюсь, последнее тоже не говорит в вашу пользу. Крутая перемена показаний редко вызывает к подозреваемому доверие. И еще одно. Вы ведь знали, Светлана Ильинична, что в субботу пытались отравить вовсе не Карпова, а вашего мужа. Знали сразу, а перед нами изображали, что нет.

— Почему вы так решили? — почти спокойно поинтересовалась Юрская.

— Нам это известно, Светлана Ильинична.

Она пожала плечами.

— Я сразу увидела, что Вову что-то тревожит. Он так внимательно смотрел на стопки! А, когда он предложил взять на экспертизу их все, я поняла: он подозревает, что яд предназначался ему. Действительно, кому нужен Игорь… Но я боялась Вове навредить и поэтому молчала.

— Что значит — боялись навредить?

— Я должна была делать, как хочет о н. Раз он молчал о своих подозрениях, значит, надо было молчать и мне. Я ведь не знала, что он уже успел сказать вам о них. Вы не дали нам возможности переговорить наедине.

— И кто же, по-вашему, на него покушался?

Глаза Светы сузились, в них мелькнула ненависть.

— Майка обожает играть с огнем — но рискуют при этом всегда другие. Вот и доигралась. Полагаю, она счастлива. Сталкивать мужчин лбами — ее любимая забава, но впервые ей удалось довести дело до убийства. Леша Вольский или Снутко — я не знаю, кто. Скорее, Снутко. Леша всегда хорошо ко мне относился. Он не захотел бы так меня подставить. Когда я увидела, что Славик мертв, я сразу поняла, что меня подставили, Александр Владимирович. Я не виновата ни в чем!

— Следствие покажет, — коротко заметил майор. — Поедемте, Светлана Ильинична. Вашего мужа мы известим.

И тут лицо Светы вдруг переменилось, в один миг из делового и решительного став жалким и растерянным, как раньше.

— Вы думаете, он поверит мне? — прошептала она.

Алферов предпочел промолчать.

В офис Юрского он отправился лично. Скорее всего, ожидается скандал, так уж следовало принять его на себя. Сам напортачил, сам и отвечай.

Впрочем, адвокат и без того был в гневе. Он распекал подчиненных.

— Почему мне все приходится делать самому? Для чего я набираю себе команду? Чтобы вы играли в компьютерные игры вместо работы, так?

— Но я составил все, как вы сказали, Владимир Борисович, — пояснил пожилой мужчина весьма солидного вида. — Я постарался все учесть!

— Надо было не стараться, а действительно учесть, — съязвил Юрский. — Если б мы подписали сегодня этот ваш контракт, через год потеряли бы огромные деньги.

— Вы правы, Владимир Борисович, — почтительно вставил другой, не менее солидный субъект. — Если бы вы не заметили просчетов в контракте, страшно представить, что бы случилось! Но вы всегда настолько внимательны, что этого просто не могло произойти. Вы никогда ничего не упускаете!

— Вот, полюбуйтесь, господин майор, — повернулся к Алферову слегка смягчившийся адвокат. — Все утро я был вынужден сидеть тут и лично править бумаги — это при том, что имею полный штат рядовых сотрудников.

— Все утро! — изобразил потрясение Алферов.

— В девять приступил и к обеду закончил. Но вас, наверное, это не интересует — у вас свои проблемы. Давайте пройдем в кабинет.

Оставшись наедине с гостем, Юрский деловито осведомился:

— Есть новости?

— Да, — кивнул майор и сухо, без комментариев, изложил события дня. Только факты — от обнаружения тела Петухова до задержания Светы. Он готовился к буре, к угрозам и возмущенным крикам, но адвокат отвернулся и долго молчал, уставившись в жалюзи на окне.

— В записке, найденной в мусорном ведре, написано имя Света? — наконец, чужим голосом выдавил он.

— Да.

— А как опознали нашу машину? Цвет и марка?

— Не только. Свидетельница без ошибки назвала номер. Машина стояла у подъезда целый час, а золотистый мерседес в тех краях — явление редкое.

— Свету опознали по описанию или по фотографии?

— Фотографии у нас в тот момент не было, но Светлана Ильинична и сама теперь не отрицает, что заходила в квартиру Петухова.

— Но не призналась, пока вы не приперли ее к стенке? — мрачно уточнил адвокат. — Врала и изворачивалась до последнего?

— Да.

— А ведь я жалел ее! — резко повернувшись, произнес Юрский. — Я боялся, развод ее убьет. Мне даже в голову не приходило, что это она убьет! Что она способна покуситься на мою жизнь. Я отрицал очевидное, поскольку считал ее безобидной. Я был уверен, она влюблена в меня по уши, как пять лет назад. Как она могла?

— Ревность, полагаю.

— Погодите… а кто-нибудь еще входил в подъезд в подходящее время? Снутко или Вольский, например.

— Никого похожего не видели, хотя свидетельница сидела на лавочке у самого подъезда. Да и вообще, где Снутко или Вольскому взять новую порцию яда? Это Светлана Ильинична могла в субботу отлить куда-нибудь половину флакона, а другую половину вылить в вашу стопку. Она хозяйка дома, у нее все было под рукой. Кстати, именно ей было проще всех задернуть шторы.