Алина Политова - Дороги, где нет бензоколонок

Он схватил мою руку и жадно прижался к ней губами.

— Я бы все рассказал тебе, клянусь. Прости меня…

— Мне не за что тебя прощать. — Я смотрела на Диму, но в голове моей что-то перемкнулось. Поцелуй чужих губ… я вспомнила свою несостоявшуюся свадьбу и чужие ласки моего жениха… Боже, что я оставляю в этом мире для себя? Ничего…

— Садитесь пока, — с мягкой улыбкой произнесла я. Спрятать пожар в моих глазах… — Я сейчас, на секундочку…

Все завертелось, надо было действовать быстро и бездумно.

Я подошла к Руслану, взяла его за руку и повела его в угол холла, куда не проникал свет свечей. Там, у нас за спиной остались Вика и Дима. Дом разносил каждый звук, и я не могла ничего ему сказать. Я дрожала. Он почувствовал это и сжал сильнее мою руку. Он знал, что ничего нельзя говорить. Я знала, что мой план рушится, что сейчас я все испорчу. Я знала, что собираюсь сделать то, что не должна была, но это мое спонтанное решение было сильнее меня. Кончики пальцев не слушались, но я все-таки нащупала в темноте то, что мне было нужно. Разделила на две половинки — одну положила в рот и проглотила. Рукой разжала челюсти Руслана, положила ему в рот вторую половинку и одними губами прошептала ему в ухо — "глотай". Господи, прости меня… вытерла руки о джинсы.

Я усадила всех за стол. Сама расставила на столе свечи, шампанское, бокалы, фрукты на большом серебряном блюде.

— Это наш праздник, — говорила я, и мои слова звучали как-то особенно, как будто сам дом помогал мне, отражая мог голос таинственным эхо. Как будто сам дом благословлял меня. — Это праздник нашего воссоединения и праздник начала новой жизни, которую я приготовила вам. Я знаю путь. Знаю тайные тропы, по которым хочу повести вас. А вам нужно лишь верить мне и следовать за мной. Вы готовы к этому?

— Да. — Прошелестели стены дома, отражая их голоса.

Наконец, я закончила свое священнодействие и подошла к своему месту. Дима разлил всем шампанское. Я подняла бокал и обвела глазами своих гостей. Они смотрели на меня с благоговением и радостным ожиданием. Дима выглядел каким-то восторженным, даже одухотворенным что ли…

— За дороги! — Произнесла я и, глядя в глаза Диме добавила. — На которых нет бензоколонок.

Я первая пригубила шампанское. Как марионетки, остальные повторили это за мной.

Когда я села, все расслабились. Вика снова начала рассказывать про Диму и его геройства. Дима постоянно перебивал, стараясь дополнить ее рассказ, Руслан сидел молча. Я слушала их и загадочно улыбалась. Я была в роли, но в голове у меня крутилось совсем другое кино. Я думала о том, какая поразительная ирония была в том, что наши мучители случайно привели в дом маньяка. Притащили безумное чудовище, которое разворошило их осиное гнездо и даже выйдя на свободу, продолжало охотиться на них. Не в этом ли была высшая справедливость, на которую мы всегда тайно уповали? Как жаль, что чудовище заразило безумием и тех двоих, что были для меня дороже всех на свете… Они оказались слишком внушаемы, да ведь я знала это всегда, сама же пользовалась этим все время. Но я пользовалась, чтобы спасти, впрочем, он тоже спас их.

Дима снова разлил шампанское и открыл вторую бутылку. Алкоголь расслабил всех, теперь Дима с Викой рассказывали какие-то забавные случаи, которые приключились с ними на свободе. Я была рада, что Дима не настроен подозрительно, признаться, я боялась его и краем глаза постоянно следила за ним. Кто знает, на что он способен, ведь все это время что я провела с ним, до той самой смске, которую нашла в его телефоне — я и в мыслях не имела подозревать его в двойной игре! Он был хитрее и умнее меня, да это и не удивительно, я знала мир лишь в одной плоскости, а он успел познать многие его грани. И спасало до сих пор лишь то, что он обманывался насчет меня… переоценивал что ли. И еще он, возможно, был влюблен в меня. Нет, это точно. Я просто в очередной раз сглупила и не поняла этого сразу. Как просто… поэтому он и утопил меня. Чтобы спасти и этим произвести впечатление. Чтобы как Руслан… Как недальновидна я стала, как много я упустила, пропустила мимо… Быть может я и сейчас что-то упускаю?

Шампанское, свечи, смех Вики и наши возбужденные голоса — дом будто ожил и стал уютным гнездышком, местом встречи друзей. Не считая того страшного, что в эти минуты происходило в нем. Я старалась не думать о том, что сделала. О том, что все, что имело смысл буквально пару часов назад — теперь этот смысл утратило. Одна моя слабость — и я уподобилась им троим. Я старалась не смотреть на Руслана, но каждой своей клеточкой я чувствовала его присутствие. Почему я так смалодушничала? Почему поддалась своему порыву?! Что я наделала… Но может все это не сработает, и мы с ним тоже… Где-то в глубине души я поняла, что хочу, чтобы наше спасение не сработало. Пусть никто не выйдет. Пусть обманное очарование ночи в этом доме утянет нас в сладкую дрему, из которой мы не вернемся. Нас всех!

Вика начала зевать и сонно потирать глаза.

— Когда мы уедем отсюда? — Спросила она.

— На рассвете. — Ответила я. — Здесь нам ничего не угрожает, мы может пока отдохнуть. Слишком долгая дорога, нужно набраться сил.

Кажется это уже начало происходить. По моему позвоночнику пробежался предательский холодок страха. Я улыбалась Вике, улыбалась Диме. Я старалась заставить себя не следить за ними, а просто смотреть, как ни в чем не бывало… но я следила. Кроме страха было что-то еще. Азартное любопытство… зоологический интерес… как же ненавидела я себя за это! Быть может порченые гены отца все-таки прорастали во мне, и я менялась? Превращалась в него? Ведь все, что я сделала было явной иллюстрацией тому, что я его дочь. А мои высокоморальные оправдания — это лишь ширма. Ведь он наверняка тоже имел какие-то внутренние оправдания своим чудовищным поступкам! Каким бы монстром ни был человек — в своих мыслях о себе — он никогда не монстр и не зло! Он непременно очистит себя в своих глазах! Любой злодей считает себя непонятым благодетелем!

Я все время чувствовала на себе взгляд Руслана, но не решалась на него посмотреть. Что было в его взгляде? Преданное ожидание собаки? Или осуждение? Или боль?..

— Руслан вчера прочитал твой дневник. — Сказала Вика. Я, как завороженная, наблюдала за ее руками, вяло пытавшимися очистить апельсин. — Пальцы не слушаются, я так захмелела, — хохотнула Вика. Дима, глупо хихикая, взял у нее апельсин и стал чистить. Мне показалось, что он выпил больше, чем она — в его глазах совсем пропало осмысленное выражение. К тому же — он не обратил внимания на ее заявление о дневнике.

— Он прочитал, а потом сжег. — Пьяно засмеялась Вика. — Прям на кухне сжег, на тарелке. Каждую страничку. Какой дурачок, да? И сказал, что та девочка, которую мы утопили — ты и была, представляешь?