Дженнифер Эстеп - Укус Паука

Между улицей и домом встречались низкие изгороди и чахлые сосны. Колючие иголки впивались в мою одежду, а резкий аромат хвои щекотал ноздри. Но мне было легко проделать весь путь короткими перебежками от куста к кусту, от дерева к дереву, из тени в тень. Я замерла примерно в пятнадцати метрах от ведущих на крыльцо ступенек. Слушала. Смотрела. Ждала.

У двери стоял один-единственный охранник. Трое его друзей, наверное, проскользнули внутрь, пока я приближалась к дому. Пятый «гость» пошел вокруг дома, скорее всего, чтобы Донован Кейн не выбежал через заднюю дверь. Ничего страшного. Финн о нем позаботится.

Я тряхнула рукавами, и среброкаменные ножи упали мне в ладони. Холодные и бодрящие, как всегда.

Я крадучись продолжила взбираться на холм, подходя к крыльцу с угла. Деревянные перила крыльца возвышались над землей на метр с лишним, поддерживаемые парой брусьев. Я пригнулась, чтобы мои глаза оказались как раз на уровне перил, и осторожно заглянула на крыльцо. Громила все еще стоял у входной двери, повернувшись ко мне спиной и глядя внутрь дома. Он не ожидал неприятностей, по крайней мере, с тыла. Ай-ай-ай.

Я зацепилась ногой за брус и подтянулась. Деревянные перекладины холодили теплый живот, а головки гвоздей вдавились в грудь как ледяные клейма. Я переползла в угол, где были самые густые тени, и присела на корточки за антикварным креслом-качалкой. Охранник продолжал заглядывать внутрь дома.

Я встала на ноги, поудобнее взяла ножи и, прижимаясь к стене, заскользила к входной двери.

На втором этаже зажглась ещё одна лампа, осветив двор перед крыльцом. Где-то над головой раздались крики. Раздался хлопок выстрела, затем ещё один. Громила выругался и переступил с ноги на ногу, не уверенный, стоит ли ему вмешиваться. Он прижал пистолет к груди прямо над сердцем.

Но это ничем ему не помогло.

Мой нож вошел ему в спину, прошел меж ребер и пронзил сердце. Кровь потекла по моей руке. Горячая. Мокрая. Липкая. Каждый раз ощущения одновременно и одинаковые, и разные.

Громила дернулся, и я зажала ему рот ладонью, чтобы заглушить крик. Делать это было вовсе необязательно. Где-то в доме что-то упало. В ночной прохладе раздались громкие злобные проклятия, в которых потонул бы любой изданный умирающим звук.

Я вытащила нож, опустила тело охранника на крыльцо, перешагнула через труп и проскользнула в дом. Парочка тусклых потолочных ламп слегка освещала мне путь. Коридор разветвлялся в три стороны: наверх, налево и направо. Справа располагалась гостиная с большим телевизором, коричневым кожаным диваном и парой глубоких кресел. Слева находилась небольшая столовая. На прямоугольном столике стояли грязные тарелка и стакан. Уютно.

Передо мной была ведущая наверх лестница, и я начала подниматься. Снова прижавшись к стене, я морщилась при каждом шаге, слыша неизбежный скрип скользкого дерева под моей тяжестью. Я выглянула на лестничную площадку. Ещё один коридор, по обеим сторонам которого располагались двери в комнаты. Справа — нежилая гостевая комната и кабинет с наполовину заваленным пачками спортивных журналов компьютером. Передо мной — ванная с кучей скомканных полотенец на полу. Дальше по коридору за ней находилась ещё одна комната, скорее всего, хозяйская спальня.

В самой дальней комнате, той, где я видела шагающего туда-сюда Донована Кейна, горел свет. До меня донеслись звуки нескольких быстрых ударов, за которыми последовал низкий гортанный стон. Похоже, из детектива выбивают дерьмо.

Я выбралась на площадку, снова поморщившись при последнем нежеланном скрипе лестницы. Но мужчины в комнате были слишком заняты избиением Кейна, чтобы беспокоиться о возможном вторжении. Кроме того, они оставили двоих внизу: одного у передней двери, второго у задней. Ничто не может случиться, если вы оставляете двоих молодцов в качестве прикрытия в кромешной тьме.

Держа в каждой руке по ножу, я на цыпочках прокралась по коридору к спальне. Невнятные голоса стали четче, превратившись в осмысленные фразы.

— Скажи нам, где она, — говорил мужской голос. — Ты же сам понимаешь, что сопротивляться бесполезно. Никто не придет тебе на помощь, детектив. — Опять двадцать пять. Где-то я уже это слышала. — Нам нужна только флешка с информацией, которую Гордон Джайлс передал тебе в опере. И все.

— Ага, — вмешался еще один голос. — Дай нам её поскорее, и мы даже позволим тебе остаться в живых.

Я закатила глаза. Лжец. Донован Кейн покинет этот дом только в черном мешке для трупов.

Раздался кашель, за которым последовал звук плевка. Кейн, отхаркивающий собственную кровь.

— Я же сказал вам, Джайлс ничего мне не давал. Ни флешки, ни документов, ничего, — прохрипел Кейн. — Ваш убийца появился в ложе прежде, чем он успел это сделать.

— Но ты пошел туда именно за ними, чтобы убедить Джайлса передать тебе информацию, — убеждал третий голос. — Он должен был что-то тебе сказать, что-то дать.

Снова последовала серия ударов, сопровождаемая звуками врезающихся в плоть кулаков. Кейн опять застонал.

— Где вообще хозяйка? — спросил первый. — Она заставит его говорить. И очень быстро.

— Правда? Как того старика в ресторане? — возразил второй. — Жутче я в жизни не видел. Как она по полоске сдирала с него кожу, а он смеялся ей в лицо. Даже Карлайл затрясся, а вы знаете, какой он хладнокровный ублюдок.

Флетчер. Прошлой ночью они были в «Хлеву». Этот парень и Чарльз Карлайл видели, как умирал Флетчер, а то и держали его, пока элементаль Воздуха измывалась над телом. Мои руки сжались вокруг рукояток ножей, и холодный клубок ярости в груди запульсировал от предвкушения.

Флетчер.

— Старикашка был крутой, а наш детектив не такой крепкий парень, а, Кейн? — заметил третий.

— Элементаль уже в пути, — вмешался второй. — Скоро прибудет. Максимум минут через десять. Просто продолжайте лупить его. Сделаем помягче, чтобы кожа легче сходила.

Все трое расхохотались. Затем смех затих, и снова послышались удары, четкие и настойчивые. Кому-то нравилось демонстрировать силу. Я тихо выдохнула и приготовилась.

— Кстати, об элементали: спустись-ка вниз и проверь, как там Фил и Джимми, а? Не хочу, чтобы она увидела, как эти двое сачкуют.

Говорил снова второй, хотя я не знала, к кому он обращался: к первому или к третьему. Неважно. Они все будут мертвы через минуту. Максимум две.

Я подползла поближе к спальне, не отрывая спины от стены, пока не оказалась рядом с дверным проемом. По ковру послышался шорох шагов, направляющихся в мою сторону. Я выжидала, собираясь с силами. На меня упала тень, и в коридор вышел мужчина.