Джейн Хеллер - Карибский круиз

Но если эти двое шутили на тему убийства бывшей жены одного из них, то почему же они не смеялись? Помехи помехами, но я не слышала ни единого малюсенького смешка!

К четырем утра мне пришлось взглянуть правде в глаза: над какой-то несчастной, ни о чем не подозревающей женщиной сгущаются тучи. Мне не составило большого труда сообразить, что этой женщиной вполне может оказаться кто-нибудь из нас троих — я сама, Пэт или Джеки. Но мог ли Эрик действительно нанять кого-нибудь, чтобы убить меня? Мог ли Питер подослать наемного убийцу, чтобы прикончить Джеки? Способен ли Билл, человек, давший клятву Гиппократа, заплатить кому-нибудь за убийство Пэт?

Голоса в телефоне не были похожи на голоса ни одного из наших бывших мужей. Но нельзя забывать об отвратительной слышимости, стало быть, как я могу судить об этом наверняка и утверждать, кто есть кто и что есть что?

Я спрашивала себя: кто мог хотеть моей смерти, смерти Пэт или Джеки? Мы, разумеется, все не ангелы, но все-таки не заслуживаем быть столь хладнокровно, расчетливо убитыми. Тем более в тот момент, когда мы на отдыхе. Это, на мой взгляд, совершенная подлость.

Около пяти утра я была готова выскочить в коридор, забарабанить в двери моих подруг и разбудить их, чтобы предупредить о смертельной опасности. Но две вещи меня остановили. Во-первых, я вспомнила, что Пэт и Джеки и так считают меня истеричкой. Стоит мне только открыть рот, чтобы поведать им басню о подслушанном разговоре двух мужчин по телефону, Джеки закатит глаза и произнесет своим хрипловатым голосом крутой девки: «Элен, не дури!», после чего просто пропустит мимо ушей все мои слова как бред параноика. Пэт, прикрыв рот ладошкой, захихикает, думая, что я неисправимая капризная девчонка. Вся эта история будет расценена как очередной вариант игры «Не кричи — волки»; за годы нашего знакомства я наговорила им столько ужасов о заговорах, интригах и прочих вражьих происках, что они просто перестали меня воспринимать всерьез.

Нет, они ни за что мне не поверят.

Да и зачем портить им отдых? Тем более что пока нет и тени намека на то, что кто-нибудь из нас представляет собой потенциальную цель для убийцы. На корабле наверняка не одна дюжина разведенных женщин. Об этом можно судить хотя бы по тоскливо-ищущим взглядам тех одиночек, которых я видела вечером на дискотеке. Может быть, те мужчины планируют убить кого-нибудь из них?

Я решила, что по крайней мере мне следует сообщить о неполадках на линии пассажирскому помощнику капитана.

В шесть сорок я сняла трубку. Гудок был абсолютно чистым. Я набрала номер и попала на ту же женщину с британским акцентом, с которой разговаривала в самом начале круиза. Когда я сообщила ей, что произошло вечером (опустив весь криминальный сюжет), она подтвердила, что связь с берегом была нарушена из-за плохой погоды, равно как и прием телесигнала со спутника, но в настоящее время все в порядке.

Не совсем, хотела сказать я, но передумала.

Мы договорились с Сэмом встретиться в половине восьмого на прогулочной палубе. Несмотря на крайнее утомление, я не собиралась пропускать утреннюю пробежку и запланированный с ним после этого завтрак. Но часы еще показывали без четверти семь. Можно успеть что-нибудь предпринять в связи с этим криминальным сюжетом. И я уже решила, что именно. Следует поговорить с капитаном Солбергом лично. Соблюдая меры предосторожности, разумеется.

Я умылась, провела щеткой по волосам, натянула спортивную форму и пренебрегая лифтом, поперлась по трапам наверх, на ходовой мостик.

Ходовой мостик располагался всего на один уровень ниже Солнечной палубы, где находились бассейны и кафе под названием «Стеклянный башмак». По всему периметру рубки тянулись огромные застекленные окна (надо полагать, капитану важнее иметь хороший обзор, чем мне в своей каюте). Я обнаружила там раскладные диваны, на стенах — литографии в рамках, на полу — ковер океанской голубизны. Но главное — мужчин в ослепительно белой форме; золотые нашивки на кителях обозначали их ранг. Один из них поинтересовался, что мне здесь понадобилось в столь ранний час. Кстати сказать, доступ пассажирам в рубку, за исключением специально оговоренных часов, не ограничен.

— Прошу прощения, что вторглась сюда в таком виде, — сказала я, — но мне надо срочно поговорить с капитаном.

— Срочно? — переспросил мужчина, который представился первым помощником, хотя выглядел ни на день не старше восемнадцати. Он был скандинавом, как и капитан Солберг, и даже чем-то на него похож.

— Да, очень срочно! — повторила я, очень надеясь, что меня не выставят вон.

Первый помощник Нильсен пожал плечами и отправился на поиски капитана.

Пока он этим занимался, я бродила по рубке, разглядывая экран радара, навигационные карты, заправленные под стекло в рамочку дипломы и награды, которых удостоилась «Принцесса Очарование» за деятельность в туристическом бизнесе. Наконец прибыл капитан Солберг.

— Слушаю вас. Чем могу помочь? — спросил он.

Капитан оказался крупным, светловолосым, с жесткими чертами лица — настоящий нордический супермен. Впрочем, может, он только казался более крупным, чем на самом деле, поскольку я только видела его по телевизору и слышала по корабельной трансляции.

— Можем ли мы где-нибудь поговорить наедине? — задала, в свою очередь, вопрос я.

Он приподнял свои пушистые золотистые брови, что должно было, видимо, означать удивление.

— Я не отниму у вас много времени, — заверила я. — Но это очень важно. Срочно, как я уже сказала первому помощнику Нильсену.

Капитан Солберг окинул меня скептическим взглядом, но тем не менее решил проводить меня в свой личный кабинет, оказавшийся весьма захламленным помещением, где в беспорядке валялись факсы, карты и одноразовые чашечки из-под кофе. Он указал мне на кресло для посетителей. Я села.

— Какие же у вас проблемы? — проговорил он, перебирая бумаги на столе.

Я коротко пересказала свою грустную историю. Капитан Солберг не поднимал глаз от стола до тех пор, пока я не произнесла «убийство».

— Вы путешествуете одна? — услышала я первую реакцию капитана на мою интригующую историю.

— С двумя ближайшими подругами, — ответила я. — Кажется, я понимаю, к чему вы клоните. Нет, я совсем не уверена, что убийца охотится за одной из нас. Но мы можем оказаться его целью, разумеется. Мы все трое разведены. Но дело не в том, кто именно окажется жертвой! Она — пассажирка вашего корабля, так же как и тот, кто намеревается ее убить. Его необходимо остановить! Немедленно!

Однако в ответ на мое заявление капитан Солберг не вскочил, не засвистел в дудку и не отдал команду всем пассажирам собраться в специально отведенных для них местах. Не поднимаясь с кресла и оставаясь удивительно спокойным, он просто полюбопытствовал: