Почти любовь - Алекс Джиллиан

осадочек остался. Начиналось все безобидно и весело. Живописное место среди сосен, красивая природа, уютные коттеджи в экостиле, ресторан с верандой на берегу озера, SPA-центр с бассейном и баней, термальные зоны, сафари-парк, рыбалка, море алкоголя и толпа незнакомых людей. Все отжигали от души, а Леська немного простыла и почти не выходила из нашего коттеджа. Понятное дело, что некоторые одинокие симпатичные самочки решили, что я свободен, и периодически переходили в контрнаступление. Ничего криминального, все в рамках дозволенного. Ну… почти.

В общем, дело было так… Вечером перед отъездом все собрались в ресторане. Олеся отказалась участвовать, сославшись на головную боль, а мы с друзьями устроили прощальный забег на бар, надрались до чертиков. В процессе к нам пристроилась еще одна веселая компания, с которой мы до этого успели познакомиться. Набравшись до кондиции, все вместе пошли на дискотеку в основном здании отеля.

Дальше все, как в тумане. Помню, что танцевал с какой-то рыжей и как пил с ней на брудершафт за барной стойкой. Потом сидели на диванах, курили кальян. Макс травил анекдоты, охмуряя очередную оттюнингованную блондинку. Олег с Мариной куда-то сдулись. Янка и рыжая с танцпола развлекали меня, зажав с двух сторон.

Как появилась Олеся – не помню. Бац, и она сидит рядом с бокалом шампанского в руках, а поникшая рыжуха обиженно дуется в кресле напротив. Яна предлагает выпить за любовь и какого-то хера целует меня в губы. Засасывает совсем не по-дружески, а потом перегибается через мои колени и то же самое проделывает с Веснушкой. Я ржу, потому что это пи*дец как странно выглядит. С Янкой все понятно. Она и раньше могла отчебучить нечто подобное, а Олеся в эти игрища ну никак не вписывается. Я пытаюсь приструнить Янку, а Веснушка вроде бы совсем не против. Они обе смеются, утаскивают меня на танцпол, и мы втроем отжигаем так, что даже Макс отвлекается от блондинистой мишени и присоединяется к нам, предлагая сменить локацию.

Несмотря на то, что мы все под градусом, на расслабоне и без тормозов, я вовремя врубаю мозг и шлю Макса на хер, забираю Олесю и увожу в наш коттедж. Дальше бешенный секс до полного отрубона, а утром адская головная боль и демонстративно игнорирующая меня Веснушка. Я пытаюсь поговорить, а она упорно молчит. Лучше бы прооралась и высказалась, но нет. Домой возвращаемся в гнетущей тишине. Приезжаем уставшие и разбитые, заваливаемся спать прямо в одежде, а на следующий день Олеся собирает сумку и говорит, что обещала родителям погостить у них пару дней. На мое предложение поехать вместе, отвечает категоричным отказом, еще и с таким видом, словно я сморозил какую-то дичь.

Пару дней плавно перетекают в неделю. Я начинаю работать с третьего января. Устаю, как черт, возвращаюсь в пустую квартиру и каждый день жду, что у Олеси проснется совесть, и она вспомнит о моем существовании. Напрасно жду. Веснушка появляется только после Рождества и ведет себя так, будто никуда не уезжала. Мы продолжаем жить как раньше и в тоже время что-то между нами неуловимо меняется. Я чувствую, что Олеся закрылась, но как это исправить ума не приложу. Да и надо ли? И так почти два месяца живу в постоянном напряге. Стресса мне в больнице хватает, дома хочется отдыхать и расслабляться, а не вот это всё…

– А я думала, ты меня бросил, – повиснув на моем плече, щебечет Майя.

Вынырнув из пьяных воспоминаний, я смотрю на красивую девушку в белой пушистой шубке и высоких сапожках на пятнадцатисантиметровых каблуках и легко и в красках могу представить, как буду раздевать ее в темной прихожей, а потом трахать до утра, зная, что за стенкой в моей постели спит Веснушка в своей детской пижаме с котятами. Чувствую себя мудаком, но у меня встает от этой мысли.

– Может, все-таки ко мне? – Майя накидывает на голову объемный капюшон, снежинки падают на длинные ресницы, губы раздвигаются в томной улыбке, глаза призывно блестят. Я завожусь не на шутку и готов уже согласно кивнуть, но Майя вдруг отлипает от меня. – Упс, кажется, кто-то попал, – пьяно хихикает она и, отшатнувшись, хватается за перила, показывая взглядом мне за спину.

Я резко оборачиваюсь и недоверчиво щурюсь, уставившись на Олеську. Она стоит посреди детской площадки, в двадцати метрах от нас, удивлена не меньше моего. Тоже в легком ступоре и с пакетом в одной руке. Второй натягивает вязанную смешную шапку почти на глаза, трет замёрзший нос махровой варежкой.

Черт, откуда она тут взялась? Написала же, что устала и собирается спать. Окидываю быстрым взглядом безразмерный пуховик ядовито-оранжевого цвета и зеленые угги. Выглядит, как малолетка, отчаянно пытающая привлечь к себе внимание претензией на оригинальность. Ей, бесспорно, это удается. Куда бы мы ни пошли, внимания в ее сторону просто завались. Олесе, разумеется, пофиг, а мне периодически неловко, потому что на меня тоже смотрят косо и осуждающе. Один раз даже полицейские подошли, спросили у обоих паспорта, убедились, что она совершеннолетняя, и отпустили. Леся потом долго угорала, обзывая меня старым извращенцем.

– Ты домой? – переминаясь с ноги на ногу, спрашивает Веснушка. Опять без шарфа, на автомате подмечаю я голое горло. Леся переводит взгляд на мою спутницу. – Или у тебя другие планы?

– Майя – наша соседка. Живет через стенку, – поясняю я, пока она не напридумывала себе всякого. – Мы с Олегом сидели, я увидел знакомое лицо, и мы разговорились.

– Привет, Олеся, – обезоруживающе улыбается Майя. – Рада увидеть тебя вживую. Обычно только слышу.

– Привет, – прохладно здоровается Веснушка. – А где Олег? – вопрос адресован мне, но отвечает «наша соседка»:

– На такси уехал. Только что.

– Понятно, – Олеся поджимает губы, на лице нечитаемое выражение. Я быстро спускаюсь и забираю у нее пакет.

– Я бы сам в магазин сходил, – бессовестно вру. – Пойдем, дрожишь вся, – беру Лесю за руку. Она вздрагивает, но не отстраняется, смотрит в упор, брови сведены, губы белые от холода. Обнимаю за плечи и прижимаю к себе. – Майя, ты с нами? – оглядываюсь на брюнетку.

– Я телефон забыла, забегу внутрь, а вы идите. Приятно было пообщаться, Саш. Доброй ночи, Олеся, – дружелюбно прощается Майя, словно пять минут назад не предлагала мне секс без обязательств.

– Ну и козел ты, Кравцов, – проводив взглядом белую шубку, сквозь зубы бросает Веснушка и, оттолкнув меня, взбешённо топает через двор к нашему подъезду.

– Лесь, подожди, – догнав, я снова пытаюсь взять ее за руку.

– Отвали, – она уворачивается и убегает вперед.

В лифт, тем не менее, мы заходим вместе. Олеся упорно не смотрит в мою сторону. Злится, вредина. Значит, не так уж ей и плевать. Эта мысль неожиданно согревает, я даже улыбаюсь, как полный придурок.

– Я не ревную, – заметив мою довольную физиономию, заявляет она. Я скептически ухмыляюсь. – Бесишь, понял? – для пущей убедительности Олеся бьет меня ладошкой по плечу.

Глава 12

Кравцов

– Ого, да тут никак золушка потрудилась, – раздевшись в прихожей, я бодро шлепаю в комнату, удивленно озираясь по сторонам. Квартиру не узнать, везде идеальный порядок. Кухня и полы блестят, пыль с полок исчезла, все вещи на своих местах. Олеся нервно выгружает продукты в холодильник, что-то бубнит себе под нос. Плюхнувшись в кресло, нагло пялюсь на ее задницу, обтянутую синими джинсами.

– Пельменей сварить? – она оглядывается через плечо.

– Только кофе, – отказываюсь я.

– Супер, сделаешь сам, – шарахнув дверью холодильника, Олеся демонстративно сбегает в спальню.

– Ну нет, так нет, – тяжело вздохнув, плетусь в ванную.

После душа чувствую себя гораздо трезвее. Сна ни в одном глазу. Натягиваю на голое тело домашние штаны, иду на кухню и варю чертов кофе. Один себе, другой Веснушке. Взяв обе кружки, направляюсь в спальню. Олеся не спит, сидит в кровати, уткнувшись носом в учебник. Вся такая умная, серьезная и независимая. Ставлю кружку с горячим напитком на тумбочку с ее стороны. Взгляд случайно цепляется за Олеськин телефон, на котором бесшумно высвечивается только что доставленное сообщение:

Вик: «Не могу уснуть. Позвони.»

Что за х*йня?

Олеся вскидывает голову, вопросительно глядя мне в лицо. Видимо, я сказал это вслух. Поставив