Стэн Харт - Зачарованный остров

С наилучшими пожеланиями, с уважением к вам,

Блайден помахал письмом в воздухе.

— Вот видите! Я встречался с ней в «Викинге», и я действительно был первым литературным агентом, с которым она согласилась пообедать. Чудесная женщина, просто очаровательная!

— Замечательно. Значит, можно захватить все побережье до рифов?!

— Только если вы будете со мной. Впрочем, вы могли бы ей написать сами, если захотите, — отпарировал Блайден.

— Конечно, мы ведь знакомы. В былые времена все здесь друг друга знали, это было мое время… — Гейл закурила сигарету, она представила, как они с Жаклин прогуливаются по берегу, и ухмыльнулась: «ее время» прошло.

Блайден вслушивался в тональность ее голоса и, казалось, уловил насмешку над собой в словах Гейл. Она не раз давала ему понять, что его возможности уже не те, что прежде, и все больше утверждалась в этом.

— Вы все такая же упрямая, не так ли? — слегка обиделся Блайден, ему было не привыкать к колкостям Гейл.

— Нет, я совсем не упрямая. Просто меня иногда задевают воспоминания о нью-йоркском прошлом. Поймите, я не имею ничего против Жаклин, и если вы нас сведете на берегу без стычки с ее телохранителем, не буду против. Ради Бога, Блайден, не подозревайте меня в том, чего я не чувствую. Вы же сами стремились сюда приехать на уик-энд и каникулы, несмотря на все прелести вашей нью-йоркской жизни, а меня все это уже давно не прельщает, поймите. Просто меня уже не волнует Жаклин. Весь мир, который вы так любите, остался для меня в прошлом.

— Чепуха, Гейл! — прервал ее Блайден. — Вы все это говорите только для того, чтобы испортить мне настроение. Жаклин — замечательная женщина, вы сами это знаете, и мне было приятно получить это письмо. Оно служит пропуском на самое красивое побережье не только на восточном побережье, но и во всем мире. Спросите любого, Гейл. Оно расширит наши возможности для отдыха. Вместо того чтобы сидеть взаперти в вашем доме, вы можете совершать чудесные прогулки на природе в этих волшебных дюнах. Это же такая возможность!

— Может, вы и правы, не хочу спорить, — сказала Гейл, хотя сообщение Блайдена ее мало взволновало.

Она покосилась на Спринджера, развалившегося в кресле. Что он думает об этом разговоре о Жаклин Онассис? Взирает на все с полным безразличием. Сколько он еще будет здесь оставаться? Когда ему окончательно наскучат все эти нападки на него знакомых Гейл и ее бесконечные разговоры о пьесе?

Она предвидела, что в один день он исчезнет из ее жизни. Она, Блайден и все остальные останутся для него лишь смазанным воспоминанием. Гейл представила Спринджера аллигатором, который возвращается обратно в муть речной стихии, откуда будет следить за появлением очередной жертвы.

Этот мир не подходит для Спринджера. Его развратили еще в детстве, он стал одиноким волком. Сексуальное возбуждение не компенсировало его отчужденность.

Гейл знала, что Спринджер ненавидит Блайдена, и он возненавидит ее, если разум начнет контролировать ее сексуальное влечение — тогда она перестанет трахаться с ним. Что, если секс потеряет связующую их силу? Что тогда? Она знала ответ: он просто исчезнет.

— Теперь — о хороших новостях, — сказал Блайден в конце их разговора.

— Что еще? — Гейл раздражала его манера болтать о всякой чепухе, придерживая главные новости напоследок, она успокоила себя порцией «кровавой Мэри».

— Речь вот о чем. Корей Лангер — вы знаете о нем, он хочет снять «Последнюю вечеринку» для «Фокс», — разослал копии пьесы на читку. И многие актеры и актрисы среднего возраста хотят участвовать в съемках. Так, Синди Виланд, то есть вас, вызвалась сыграть Ли Ремик. Бен Гадзара готов взять роль Луи Феррейра. Стива Маквина смотрят на роль вашего друга Гарри, которого вы назвали в пьесе Беном Слоаном. Корей считает, что нужно кое-что переделать в характере этого персонажа, таким он его не устраивает. Он рассматривает и кандидатуру Брюса Дерна на эту роль, насколько я знаю.

Есть еще Джоан Вудворт, она тоже согласилась почитать роль Синди Виланд. А, возможно, ее сыграет Джейн Фонда. Лангер говорит, что он усмотрел в пьесе достойный материал, «что-то вдохновляющее» его, он так сказал.

Он хочет снять фильм о поколении тридцати — сорокалетних, переживающих внутреннюю драму. Алкоголь толкает их на преступление. В этом для него главная идея. Я так думаю, что многие актеры сами являются членами общества анонимных алкоголиков, они хорошо чувствуют, что значит конфликт с собой, состояние упадка, депрессивный невроз и вынужденное безделье. В фильме они смогут сыграть себя такими, как они были, и это точно отразит замысел режиссера. Фильм будет своего рода посланием таким людям, как ваши герои.

— К черту все это дерьмо! — Гейл нервно закурила очередную сигарету. — Мне не нужен идиотский фильм-послание. Я писала о дурацких проделках потерянных людей, мне представлялся фильм вроде «Опять встает солнце», а не декларативная картина с дурацкими нравоучениями.

— То же самое я сказал Лангеру. И я напомнил ему, что мы еще не подписали итоговый вариант контракта. Раз он предлагает нам роль литературных консультантов, мы и должны выполнить свою задачу. Просто я пересказываю, что он мне сказал. Мы договорились, что я ему перезвоню, когда обсужу с вами все вопросы. На этом мы расстались.

Гейл просила Блайдена передать кинорежиссеру, что не собирается переделывать образ Бена Слоана.

— Пусть он новичков учит, как они должны представлять себе своих героев, — так она сказала. — И, во-вторых, я не переношу Стива Маквина, он слишком манерный, ему играть только в дешевых мелодрамах. Брюс Дерн больше подходит для этой роли. Как и Джоан Вудворт на роль Синди. Это идеальный выбор. Хотя и Ли Ремик — хорошая актриса, ничего не имею против ее кандидатуры. А что, всех этих актеров возможно пригласить для съемок фильма?

— Я надеюсь, нужно переговорить с их агентами. — Блайден замолчал, прикидывая в уме, как у него все это получится.

— Отлично. Поезжайте в Калифорнию. Только там вы сможете сдвинуть дело с мертвой точки, и мы будем уверены, что все делается, как надо. Если на студии все же будут упорствовать в требовании что-то изменить в образах главных героев, мы это сможем еще обсудить. И я хотела бы отдать вам текст финальной сцены, где выносится решение суда, он почти готов, — соврала Гейл, до готовности было еще далеко.

В этом не был уверен и Блайден.

— Когда я смогу его забрать?

— Как только я приведу свои исправления в порядок. Возможно, через две недели. Назначьте встречу с Лангером на начало августа. Это даст мне время купить новые шмотки, хотя сама мысль, что мне придется перед ним выпендриваться, мне неприятна.