Сюзанна Брокман - Переломный момент

– Он находился у женщины в потайном кармане под блузой, – продолжил он.

Свидетели вспомнили, как женщина, которую он и Макс нашли в гробу Джины, покинула «Фольксваген-Джетта» и вбежала в кондитерский магазин за мгновение до взрыва.

Джулз сказал об этом Максу, но не мог поделиться с семьей Джины. Как не мог и сказать, что при женщине был билет на имя Джины на перелет до Нью-Йорка – в один конец – на тот же самый день, когда взорвалась бомба.

На сленге ФБР – Та Еще Долбанная Зацепка. В смысле, привет, если кто-то заплатил дурильон евро за билет на самолет до Нью-Йорка, кажется сумасшествием просто пойти и взорвать себя в захолустном гамбургском кафе.

Однако до сих пор у них были сомнения, что билет купила не сама Джина. И эта была одна из причин, по которой Джулзу было необходимо поговорить с ее братом.

– Когда в последний раз Джина говорила с тобой, она ничего не упоминала о поездке домой, нет? – спросил Джулз Виктора. – Ну, знаешь, краткий визит?

– Нет.

– Она не хотела, ну, типа удивить вас? – упорствовал он. – Может, юбилей бабушки или другой повод для сбора семьи? Свадьба? Похороны? Понимаешь, что-нибудь, что она вроде как собиралась пропустить, но потом...

– Нет. Мы даже не знали, что она в долбаной Германии, – категорически отрезал Вик.

– Последнее, что мы слышали – она останется в Кении еще на девять месяцев. – Он остановился. – Возможно ли, что на самом деле она еще в Африке? Что ее паспорт украли или скопировали, или еще что-то?

– Нет. Мы наконец переговорили с Беном Солдано – начальником ее лагеря МОС. –

Джулз уже подумал об этом. – Она с подругой – женщиной по имени Молли Андерсон – покинула Кению в прошлый четверг.

– Ты уверен, что этот парень говорит правду?

– Принимая во внимание, что они указаны в пассажирской декларации рейса «Люфтганзы» в Гамбург, не говоря уже о том, что Солдано священник, а Бог реально не любит, когда священники лгут… вот дерьмо! – Джулз вытаращился в окно машины, когда они проехали мимо лиц Адама и Робина – части гигантской рекламы фильма «Американский герой»: «American Hero. Der Amerikanische Held. Ab Donnerstag. MancheKriege führst Du in Dir[20]» – что, вероятно, было переводом слогана фильма: «Война изнутри».

– Иисусе!

– Что?

– Ничего, – сказал Джулз, – прости.

Он считал, что здесь в безопасности, что голливудские фильмы о Второй мировой так быстро в Германию не попадают.

О, как же он ошибался.

– Что? – настаивал Вик. – Ты не мог просто так выкрикнуть «Вот дерьмо!» и «Иисусе!».

– Это не из-за Джины, – рассмеялся Джулз. – Правда, Виктор, тебе не нужно знать.

– Пошел ты, чмо, рассказывай, что случилось?

Ладно.

– Мой экс-любовник и его... новый друг – оба снялись в фильме, который, очевидно, пошел в мировой кинопрокат, – сказал ему Джулз, даже несмотря на то, что это было не совсем правдой. Робин переспал с Адамом лишь однажды – в порядке эксперимента, по крайней мере, так утверждал актер-гетеросексуал. Но Джулз ни за что не стал бы объяснять это Виктору. – Я всюду натыкаюсь на фото – кинорекламу. Сейчас я здесь, в гребаной Германии... – он использовал прилагательное Виктора, – и все равно не могу от них убежать.

Тишина.

– Ты еще здесь? – спросил Джулз. – Или от того, что я использовал слово «экс-любовник» с тобой случился сердечный приступ?

– Нет, – произнес Виктор, – я просто... должно быть, отстой все это. Он... Том Круз?

Джулз рассмеялся. Почему все гетеросексуальное и подспудно гомофобное мужское население Америки считает Тома Круза геем? Потому что считают его привлекательным и это их пугает?

– Нет, сладкий. Его зовут Адам. Ты вряд ли его знаешь – это его первый настоящий фильм.

Но, очевидно, со всей этой шумихой вокруг «Американского героя» далеко не последний.

– Я бы не вынес, если бы кто-то из моих бывших был вот так, на рекламных афишах. – Виктор звучал почти сочувствующе. – Мне жаль, что тебе пришлось столкнуться с этим. В смысле, в свете того... Я просто... Я знаю, что ты очень заботился о Джине.

Слышать такие деликатные слова от человека, который когда-то спросил, не является ли гомосексуальность лишь маской, чтобы клеить цыпочек, было странно. Вик действительно так и сказал – цыпочек. Кто так говорит?

Хотя он же был джентльменом, спросившим, не кажется ли Джулзу жутким, что такой старый парень, как Макс, погружает свой фитиль в такую молодую девушку, как Джина.

Что ж, да, это действительно было жутким, когда Вик вот так это преподнес.

Особенно учитывая, что речь шла о его сестре.

Фу.

– Спасибо, но бывший на рекламных афишах ничто в сравнении с тем, через что проходит твоя семья, – сказал Джулз, в то время как водитель завернул за угол на мощеную булыжником улицу. Здания в этой части города походили на сказочные. – Послушай, Джина упоминала о ком-то по имени Лесли Поллард?

Из Англии? Он появился в лагере МОС в Кении примерно четыре месяца назад...

– Ни намека, – сказал Вик, – но я спрошу Лео и Бобби. И маму. Она и Джинни не были так близки, как должны бы. Ты понимаешь. До, м-м, угона. Лестер, как говоришь его зовут?

– Лесли, – поправил Джулз.

– Чувак, это девчачье имя.

– На самом деле, – сказал Джулз, – нет. Хорошо, оно подходит обоим полам.

– Да, но что за родители назовут своего сына Лесли? – спросил Вик. – Иисусе, все равно что сделать гребаное тату «я гомик» на лбу несчастного придурка и отправить его в школу на заклание.

Джулз откашлялся. Это уж чересчур.

– Просто сказал, – произнес Виктор. – Без обид.

– Да какие обиды.

– Ты же знаешь, это правда. В смысле, да ладно!

– Что на самом деле делает это более обидным. – Джулз отвлекся, потому что водитель остановился у обочины. Оставшуюся часть пути до места взрыва придется проделать пешком.

– Подождите меня, пожалуйста, – попросил он водителя и вышел из автомобиля. Он не собирался задерживаться.

Виктор тактично, хоть и не так красноречиво, сменил тему, пока Джулз показывал свой значок вооруженным охранникам, стоящим рядом с большими бетонными заграждениями, которые... что? Помешают другому террористу-смертнику устроить крушение?

Слишком мало, слишком поздно.

Но, возможно, эта идея создает иллюзию безопасности в мире, который просто больше не был безопасным.

– Так что насчет того, что мы слышали в новостях? – спросил Вик. – Что взрыв в Гамбурге был просто огромной ошибкой – какие-то террористы облажались, и этого не должно было произойти?.. Что насчет этого?

Рабочая теория заключалась в том, что гамбургский взрыв действительно произошел по ошибке.