Ширли Грин - Снежное пламя

— И все это происходило почти рядом с домом моего двоюродного брата, а я ничего не знала, как могло это быть? — упрекнула Кристина супругов.

— Но ты же как раз в то время развелась и упорно избегала разговоров о семейной жизни, — напомнила Сью. — А потом, мы сознательно не упоминали при ком бы то ни было о Джастине — ведь он приезжал к нам, чтобы избежать любопытных людей, обожающих чужие тайны. И потом ты никогда не интересовалась светской хроникой. Тебя занимали темы куда более серьезные: охрана окружающей среды, сироты, вымирающие животные. Мне и в голову не приходило, что тебе захочется познакомиться с Джастином Магнуссоном.

— Жаль, что ты не можешь рассказать обо всем этом Джастину, — грустно промолвила Кристина.

— Это вполне поправимо, не грусти! Обязательно расскажу при случае. Я с радостью поведаю ему, что двоюродная сестра моего мужа…

— Нет! Не делай этого! Мне больше не о чем с ним говорить.

— Кристина, а если тобой правит лишь непомерная гордость?..

— Это не гордость. Это борьба за справедливость и мое доброе имя. Но и ему не о чем со мной говорить после всего случившегося. Ведь я ему так верила, Сью! Даже когда он начал намекать на причастность к убийству, я, испытав легкий шок, все-таки поверила, что он не мог совершить преступления.

Сью с интересом выслушала Кристину.

— Попробуем взглянуть на случившееся его глазами, — предложила Сью. — Позвонила ловкая репортерша, надеясь добыть выигрышный материал для газеты. Затем у дверей дома неожиданно объявляется молодая привлекательная женщина. Познакомившись с владельцем виллы, она соблазняет его…

— Да никого я…

— Хорошо. Просто так убедительнее звучит. Пусть будет по-твоему: она его не соблазняла, но очаровала его настолько, что разбудила в нем страсть.

— Страсть охватила нас обоих, — призналась Кристина, — во время игры в шахматы.

— Хорошо, отдавшись друг другу за игрой в шахматы, они перешли к доверительной, откровенной беседе, и он вдруг спохватился, что рассказал незнакомой женщине о своем трагическом прошлом, которое может стать золотым источником для репортера: сказал о своем отношении к обвинению в убийстве, познакомил ее со своими взглядами. А чуть позже выясняется, что она, покорившая его красавица, не кто иная, как пронырливая репортерша. Что бы ты могла ожидать от него после такого открытия?

— Не знаю, как бы поступил обманутый Джастин, — донесся голос из коридора, — но мне следовало научить ее лучше играть в шахматы.

Кристина обернулась. Прислонившись к дверному косяку, стоял Роджер.

— Тогда бы удалось предотвратить драматическое развитие событий, — самодовольно произнес Роджер.

— И как давно ты стоишь здесь, подслушивая? — возмутилась сдержанная от природы Сью.

— Подумать только — шахматная партия, и весь мир рушится, как от землетрясения, — издевательски провозгласил Роджер. — А ведь будь я лучшим учителем, она бы в мгновение ока преподнесла ему мат, после чего они свободно могли заняться сражением в трик-трак или в шашки вместо любовной игры.

— О Господи! — простонала Кристина, прижавшись пылающим лбом к столу. — Клянусь, если в вас не проснется хотя бы чуточку сочувствия и деликатности, я уеду домой.

— Кстати, дороги еще не расчищены, — заметил Роджер с притворно виноватым выражением. — Заметь, между прочим, мы для тебя стараемся.

— Верю. Но знаете что?

— Что? — в один голос спросили Роджер и Сью.

— Я, пожалуй, и в самом деле напишу историю о Джастине Магнуссоне.

— Какая смелость! Тогда-то он тебе окончательно поверит, — не удержался от иронии Роджер.

— Ну вот это уже меня не волнует. Единственное, что имеет значение, так это…

— Что? Что это? — торопила ее с ответом Сью. Кристина невесело усмехнулась. Теперь она могла заставить их поломать головы над разгадкой таинственных событий прошлых лет.

— Настоящий убийца до сих пор не найден. Может быть, мне удастся обнаружить что-нибудь важное, проливающее свет на преступление — какой-нибудь неизвестный штрих, серьезную, но никем не замеченную улику.

— Например, кто именно выходил гулять в эту ночь, — продолжил ее мысль Роджер. — Правда, по отпечаткам следов удалось установить, что выходили все. Но можно сделать еще какое-нибудь открытие, ускользнувшее от глаз блюстителей закона.

— Ты хочешь сказать, что убийца был человек со стороны, не поленившийся приехать в эту глушь и дождаться, пока из уединенного особняка выйдет женщина, которую необходимо убить? — сделала свои выводы Кристина.

— Едва ли. Хотя исключить твою версию, полностью нельзя, — заметил Роджер. — И все же гораздо вероятнее, что это был кто-то из присутствующих на вечере. Тогда остается искать мотив…

— …Который сразу выведет тебя на Джастина, потому что он больше других имел оснований желать ее смерти.

— Ерунда, просто дело толком не было расследовано, — возразила Кристина, дрожа, как гончая, напавшая на след.

Конечно, о разговоре с Джастином не может быть и речи — она по-прежнему зла на него. Но нельзя забывать, что Джастин спас ее от неминуемой гибели. Если бы не он, она давным-давно замерзла бы в этой заснеженной глуши. Пусть Кристина была для него непрошеным гостем, но умереть ей он не дал.

Вот почему ее святая обязанность — доказав его невиновность, независимо от того, как он отнесется к ее замыслу.

Кристина, несмотря ни на что, все еще влюблена в него, и даже боль и оскорбленное чувство собственного достоинства не в состоянии избавить ее от этого всепоглощающего чувства.

В наступившей тишине донесся из-за окна какой-то вибрирующий звук.

— Снегоочиститель, — догадалась Сью. — Это значит, что дорога вскоре будет очищена.

— Можно съездить, взглянуть, как там машина Кристины.

— Господи! — У Кристины сжалось сердце. Слишком близко к дому Джастина Магнуссона заглохла ее машина. — Роджер, а не мог бы ты сделать это без…

— Нет, тебе придется поехать со мной, — прервал ее Роджер.

— Ты такой жестокий!

— И вовсе нет. Просто я не смогу управлять один одновременно двумя машинами.

И, улыбнувшись дамам, он вышел из комнаты.

— Сью… — попросила Кристина, надеясь, что она ей поможет и отправится с Роджером, но Сью решительно отказалась.

— Мне кажется, именно ты должна с ним поехать. Надеюсь, что ты не боишься Джастина, к тому же, тебе не придется заходить к нему домой.

— Не боюсь я его, — возразила Кристина. Сью протянула через стол руку, накрывая ладонью ее холодные пальцы.

— Кристина, мне кажется, твоя затея — настоящее сумасшествие. Не ввязывайся в это безнадежное расследование! Ненароком накличешь на себя беду. Убийца может догадаться, что кто-то его выслеживает, а человек, совершивший преступление однажды, без труда способен повторить его. Кроме того, разве можно затевать такое ответственное дело без ведома и согласия Джастина?..