Беверли Брандт - Игра в свидания

Блейн снова повернулся к Лейни, поставил тарелку с теплым хлебом на стоявший рядом стул, с соседнего стула взял стакан с водой и бело-зеленый флакон с тем, что, как догадалась Лейни, и было чудодейственными таблетками.

— Лейни, могу я попросить вас о еще одном одолжении? Вы не против?

— Нет, конечно, — ответила Лейни.

Вблизи Блейн выглядел довольно милым. Его кожа не была такой гладкой, как на снимке на сайте. Вживую он выглядел более… настоящим. Что, подумала она, вполне естественно.

— Вы согласны принять одну таблетку? Подействует моментально. Обещаю, больно не будет.

— Да, я уже это слышала, — с невозмутимым видом заявила Лейни и лукаво посмотрела на аудиторию, которая ответила ей добродушным смехом.

Блейн хмыкнул и протянул ей белую капсулу и стакан воды. Лейни пожала плечами. Почему бы не попробовать? Какой от нее вред?

Она положила в рот капсулу и запила ее половиной воды.

— Все, — сказала она, возвращая стакан Блейну.

Блейн поставил стакан на стул рядом с флаконом, затем взял тарелку с хлебом и сунул ее Лейни под нос.

— Что вы чувствуете сейчас? — спросил он.

Лейни принюхалась. Гм. Она наклонилась ниже и снова принюхалась.

— Ничего, — ответила она. — Я ничего не чувствую.

— И ведь вам уже не хочется съесть этот хлеб, верно? У вас нет желания отломить кусочек и намазать его подсоленным маслом, которое имеет сто калорий на чайную ложку и сто процентов жира, ведь так?

— Так, — призналась Лейни, но не добавила при этом, что у нее не было этого желания и до приема таблетки.

— Вот так, дамы и господа, — объявил Блейн, указывая на Лейни обеими руками. — Нужно ли вам еще какое-то доказательство того, что CR-252 работает? У вас есть подтверждение, что оно будет работать и у вас.

Аудитория зааплодировала, Блейн поклонился и с улыбкой повернулся к Лейни, взял ее за руку и, вытащив к краю сцены, заставил поклониться.

— Было очень весело, — почти не двигая губами, прошептала она.

Блейн прикрыл микрофон, прикрепленный к вороту шелковой рубашки.

— Через час у меня еще одно шоу. Хочешь повторить?

Лейни ошеломленно уставилась на него: Он что, серьезно?

— Нет, шучу, — рассмеялся Блейн. — Я на это пойти не могу. В зале может оказаться человек, побывавший на прошлых шоу, и тогда за это они разорвут меня на куски.

Ну вот. Конечно, он говорил несерьезно. Лейни с трудом удалось сохранить улыбку на лице.

— Но было весело. Наверное, это лучшее шоу. Ты была потрясающей. — Блейн через ее плечо посмотрел на покидающих зал зрителей. Кто-то из них прямиком шел к торговым стендам, расставленным по периметру зала, а кто-то направлялся к сцене. — Послушай, у меня не так уж много времени. И это вполне нормально. Все хотят познакомиться со мной. Задать вопросы. Ну, ты понимаешь. — Он пожал плечами ив следующее мгновение поразил Лейни тем, что взял ее за руку. — Некоторое время я пробуду в городе. Вообще-то я родом из Нейплза, — с пренебрежительным хмыканьем добавил он. — Как бы то ни было, я веду к тому, что ты дашь мне свой телефон? То есть номер телефона? Я бы с радостью позвонил тебе, Лейни Эймс из Сиэтла.

Глава 20

Она не дала ему свой телефон.

Лейни застонала и стала биться головой о приборную панель «БМВ» Джека. Ее школьная любовь — тот, кто мог бы восстановить ее авторитет в глазах одноклассников, — попросил у нее телефон. А она его не дала.

Вместо этого она воспользовалась правилом свиданий номер четыре Лиллиан Брайсон. Зачем? Она не знала. И дело было не в том, что она верила в подобные вещи. Свидания не являются игрой. Для них не существует правил. Нелепо даже думать, что они есть. Однако по какой-то причине, когда Блейн попросил у нее номер телефона, у нее в голове всплыла фраза: «Заставьте его потрудиться ради этого». Поэтому, вместо того чтобы продиктовать семь простых цифр, она подмигнула ему (о, кажется, она была самим олицетворением дерзости) и сказала: «Я работаю в «Бесстрашных сыщиках». Номер есть в телефонном справочнике».

А потом, едва не взвыв, потому что ее охватывал ужас от сделанного, она повернулась и пошла прочь.

Не удостоверившись, что он услышал ее, не проверив, что он правильно записал название и не убедившись, что он вообще его записал.

Лейни снова стукнулась лбом о приборную панель.

Какая же она идиотка!

— Гм, я, знаешь ли, не люблю лезть в чужие дела, но ты не могла бы мне хотя бы намекнуть, в чем дело? Если ты продолжишь в том же духе, ты пробьешь мне панель.

— Разве у тебя нет страховки? — пробурчала Лейни.

— Она все равно не покроет ущерб от умышленных действий преступно настроенного сумасшедшего, — парировал Джек.

Лейни вздохнула и спрятала лицо в ладонях. У нее был шанс — маленький, крохотный — вернуть свою жизнь на прямую дорогу, а она упустила его! Да что же с ней такое?

Неудивительно, что судьба так жестока с ней. Каждый раз Лейни разбрасывается ее подарками.

— А-а-а… — застонала Лейни. Стон получился приглушенным.

— Хорошо, что она больше не бьется головой о панель, — заметил Дункан с заднего сиденья.

— Да, но теперь она воет и скрежещет зубами, — сказал Джек, останавливая машину перед дверью офиса. Выключив двигатель, он повернулся к Лейни:

— Хватит. Я хотел бы получить кое-какие ответы.

— Делавэр, все вышесказанное, тридцать два градуса[8], — проговорила она сквозь пальцы.

— Очень смешно.

— Действительно смешно. Эта женщина создана для меня. Могу я ее заполучить? — спросил Дункан.

— Тебе ничего не надо скопировать? — осведомился Джек.

— Нет. — Дункан подался вперед и положил локти на спинки передних сидений.

— А позвонить кому-нибудь?

— Не-а.

— Не боишься, что придется заполнять анкету безработного? — пригрозил Джек.

— Слушаю, босс! Уже ухожу. — Вылезая из машины, Дункан насвистывал какую-то песенку.

— Я все равно тебе ничего не скажу, — предупредила Лейни. — Это личное. — Ну вот, теперь он подумает, что это как-то связано с ее гормональным фоном или чем-то в этом роде. Мужчины не любят говорить о таких вещах.

— Гм. Ладно… — Джек помолчал. Было очевидно, что ему неловко. — Не знаю, что происходит, но… если я могу тебе помочь… Или вдруг тебе захочется поговорить. В общем, я хочу, чтобы ты знала, что я рядом. Чтобы помочь. Как друг.

Ну и ну. Речь Джека так удивила Лейни, что она даже отняла руки от лица.

— Как друг? — переспросила она.

Он прокашлялся и расслабил ворот рубашки, вероятно, забыв, что ворот и так расстегнут.

— Да. Как друг. А почему нет? То, что я подписываю зарплатную ведомость, не означает, что мы не можем быть друзьями, верно?