Кей Хупер - Волшебное зеркало

Когда они часов в десять вышли из фургона, то увидели надувшегося Лео, мирно дремлющих зверей и прочих обитателей лагеря, сгруппировавшихся рядом с фургоном Тины и что-то бурно обсуждавших.

— Я думаю, мне нужно пойти побриться, — сказал Гедеон, глядя на группу и пытаясь представить, на какого рода вопросы ему придется отвечать после того, как он провел ночь в фургоне Мэгги.

— Трус, — улыбнулась она ему. — Но все к лучшему, я полагаю. Я пойду к этим зевакам и скажу, что мы с тобой остаемся в лагере. Нам нужно побыть одним, — добавила она нежно.

Гедеон, понимавший глубину ее чувств как никто другой, совсем не обиделся на ее поддразнивание.

— Так и поступим, — он взял ее за подбородок кончиками пальцев и поцеловал в губы.

— Ву-у-у-у?

Гедеон посмотрел через плечо на что-то бормочущего себе под нос кота, который подкрадывался к его тени и при этом выглядел надутым.

— Пошли со мной, кот, и ты сможешь посмотреть на то, как я бреюсь. Я понимаю, что это не ахти какое развлечение, но, кажется, вчера это зрелище доставило тебе удовольствие.

Лео презрительно фыркнул, но тем не менее последовал за своим павшим идолом, направившимся в другой конец лагеря.

Мэгги провожала их взглядом несколько мгновений, затем позволила некоторым из своих эмоций проявиться на лице и направилась к группе у фургона Тины.

— Доброе утро.

Фэрли прищурил один глаз и глянул на солнце.

— Едва ли, — изрек он.

— Это любовь заставляет мир вращаться, — пробормотал Освальд и затем поспешно прибавил: — Тише ты! — когда попугай, сидевший на его плече, начал свою первую фразу, целиком позаимствованную из матросского лексикона.

Ламонт, нацепивший голубой нос, выглядевший, скорее, как птичий насест, просто сказал:

— А мне он нравится.

— Попугай? — спросила Мэгги, несколько растерявшись.

— Нет, Гедеон. Он душка.

Тина слабо улыбнулась.

— Он будет им до тех пор, пока не начнет храпеть.

Мэгги попыталась выглядеть достойно.

— Если и будет, я не замечу. А почему вы все здесь стоите?

— Решаем, кто остается, — ответила Тина.

— Никаких проблем. Остаемся мы с Гедеоном, — к своему удивлению, Мэгги почувствовала, что заливается румянцем. — Мы не против того, чтобы провести немного времени наедине.

Шон посмотрел на нее несколько озадаченно.

— Я думал, вы были одни в твоем фургоне. Или там был кто-то еще?

Мэгги беспомощно посмотрела на Тину, которая немедленно приказала сыну:

— Иди в фургон и надень обувь. Босиком ты в город не поедешь.

— А почему нет, — настаивал мальчик.

— Они не пустят тебя в кино.

Эта угроза возымела на Шона эффективное действие, и он скрылся в фургоне без дальнейших возражений.

— Спасибо, — пробормотала Мэгги.

— Не стоит, — улыбнулась Тина. — Твой час еще настанет. Дети всегда задают самые неудобные вопросы.

— Кстати, чуть не забыла. По дороге в город ты не могла бы остановиться у мистера Дэвидса и заплатить ему за аренду поляны?

— Ладно. О, для того, кто останется здесь, у себя в фургоне я оставила кое-что перекусить. На тот случай, если вы с Гедеоном проголодаетесь. Мы же поедим в городе.

Мэгги кивнула, а затем вопросительно посмотрела на остальных.

— Нужны ли какие-нибудь припасы, о которых я не знаю?

— Мы могли бы запастись свежим мясом для кошек, — сказал Фэрли. — Это означает, что мне нужно взять батарею для холодильной установки и перезарядить ее.

— Хорошо, я принесу деньги. Всем вам лучше поторопиться, если вы хотите, чтобы у вас хватило времени на магазины, поесть и попасть в кино.

Они засуетились, когда Мэгги пошла к фургону, чтобы достать деньги из потайного места, устроенного на полу в бывшей клетке удава.

Примерно полчаса спустя фургон-кладовая был освобожден от оставшихся припасов, чтобы служить в качестве транспорта, затем он и еще один, не антикварный, а вполне приличный на вид фургон, были заняты группой отъезжавших. Кэрни заняли свои места, и два фургона покатились от поляны по направлению к дороге.

Гедеон, стоя позади Мэгги и наблюдая за отъездом, не мог сдержать мыслей о том, как выглядит эта процессия — одновременно смешной и трогательно-очаровательной.

— Они не собирают толпы зевак? — спросил он у Мэгги.

— Нет вообще-то. Мы получили специальное разрешение на въезд фургонов в город, и первую пару визитов привлекали большое внимание. Но теперь мы уже пробыли здесь несколько недель, и жители к нам достаточно привыкли.

Гедеон посмотрел на нее сверху, слегка улыбаясь.

— Ты всегда говоришь «мы», когда упоминаешь об этом месте.

— Один из способов вжиться — это рассматривать себя как часть окружающей обстановки.

— Да. Я вижу, — Гедеон обхватил Мэгги руками и привлек к себе. — Ну, а теперь кто ты?

— Кэрни, — сказала она невинно.

Он прислонился лбом к ее виску и вздохнул.

Мэгги хихикнула, затем посерьезнела.

— Ты знаешь, у меня была счастливая жизнь, но я никогда прежде не чувствовала себя такой живой, какой чувствую с тобой. Кажется, изменился весь мир, стал ярче и полон обещаний. Это все ты. Я люблю тебя, Гедеон.

— Я тоже люблю тебя, дорогая, — он поцеловал ее, затем негромко ругнулся. — Впервые мы с тобой, действительно, одни, а ты хочешь устроить охоту за сокровищами.

— Думай об этом иначе, — сказала она в утешение. — Чем скорее мы найдем то, что нам нужно, тем скорее сможем уехать отсюда.

Он просветлел.

— Это обещание?

— Вот тебе крест!

— Хорошо. Черт возьми, тогда приступим к обыску жилищ?

— Осторожному обыску. Мы же не хотим, чтобы кто-то узнал о наших поисках. И фургоны наиболее предпочтительны. В палатках трудно что-либо спрятать.

— О'кей. Какой первый?

Мэгги окинула лагерь задумчивым взглядом.

— Я не знала, что это имеет значение. У меня такое чувство, что где бы ни был тайник, он не будет находиться поблизости от того, кто его устроил. Он должен быть осторожным и рассчитывать на то, что тайник может быть обнаружен.

— Фургон Джаспера пуст. Ты обыскивала его вчера.

— И не увидела ни одной вещи не на своем месте. Я думаю, мы прибережем его напоследок.

Гедеон задумчиво кивнул и посмотрел на нее.

— Все остальные фургоны заняты. Если бы я собирался что-то спрятать в чьем-либо фургоне, я бы выбрал личность наименее наблюдательную, которая не станет обследовать трещины и укромные уголки, — он внезапно нахмурился. — У Мерлина был фургон?

Мэгги широко раскрыла глаза.

— Какая же я глупая. У него был фургон. Когда он погиб, Фэрли и Ламонт тянули жребий, оба хотели жить в фургоне. Ламонт выиграл.

— Тогда давай начнем оттуда.