Александра Авророва - Гадание на кофейной гуще

— Если вы в нервном состоянии, то разумеется, — кивнул Владимир Владимирович. — Она очень любящая и чуткая, она будет переживать. А я решил, вы, как и я, флегматик и не больно-то реагируете на посторонние события.

— Посторонние?

— Ну, касающиеся посторонних людей. Не близких. Вика — милая девочка, однако совершенно чуждого нам с вами типа. Она бы из-за нас не нервничала, я вас уверяю. Это только Лиля — такое удивительное существо, которое способно страдать из-за горестей совершенно чужого человека. Другой такой просто нет. Мы можем восхищаться ею, но вряд ли поймем, правда?

— Правда.

Середа еще некоторое время попел высокопарные дифирамбы Лильке и вдруг перешел на меня.

— Она вас очень любит, а у нее чутье. Она не полюбила бы плохую. Впрочем, я всегда относился к вам с уважением. Думаю, ваша карьера сложится весьма успешно, Таня.

Я улыбнулась:

— Какая там карьера? Вы смеетесь?

— Я совершенно серьезен. Главное, без потерь пройти нынешний тяжелый для нас всех период. Марченко прав — мы в сложном положении, и перспективы впереди весьма сомнительные. Однако я сейчас не о нас, а о вас. Я не знаю, что вы не поделили с Ритой, только недооценивать ее нельзя. Это очень целеустремленная женщина. Очень. И обычно она добивается всего, чего хочет. Любыми методами. Я подчеркиваю — любыми. Вам следует иметь это в виду.

Я кивнула.

— Хотелось бы мне, — заметила я, — знать о ней что-нибудь помимо того, что я вижу на работе. Вот вы общаетесь с нею уже много лет, может быть, вы мне что-нибудь подскажете?

— Зачем это вам?

— Если вы правы и она решит любым способом поставить меня перед милицией в сложное положение, я должна знать, как защищаться.

— Ну… Рита очень несчастна в личной жизни. Возможно, если б не это, она вела бы себя совсем иначе. Неудовлетворенность семьей гложет ее и толкает на… — он неожиданно смутился и закашлялся, — на…

Я остановилась.

— Владимир Владимирович! Неужели вы и Рита…

Сама не понимаю, как меня вдруг озарило. Вроде бы, мне даже в голову такое не могло прийти!

— Я надеюсь, — Середа поднял на меня полные отчаянья глаза, — наш разговор останется между нами? Я просто хотел вам помочь.

— Я никому ничего не скажу. Особенно Лильке. Я даю вам слово. Расскажите мне, пожалуйста, все, что знаете. Вдруг это действительно мне поможет!

— Это было давно, — поспешил уверить он. — Вас обеих тогда еще в помине у нас не было. Мы встречались на квартире у ее подруги. Так она, по крайней мере, утверждала. Хотя возможно, квартира специально снималась для подобных встреч.

— Рита что… — я с трудом подыскивала слова, — она… не вполне здорова?

— Вы имеете в виду нимфоманию? Не думаю, что это так. Она — крайне темпераментная женщина, крайне, но, полагаю, в пределах нормы. Будь у нее подходящий муж, она вполне могла бы вести себя, как положено порядочной женщине.

— А муж у нее импотент, — вырвалось у меня.

— Вы считаете? Возможно. Она его не обсуждала, но, мне кажется, боится до крайности.

— И почему… почему вы расстались?

— Думаю, я ей надоел. Ей требуется частая смена впечатлений.

— Это, по-моему, и называется нимфоманией, — уточнила я.

— Да? Я не очень-то разбираюсь во всяких ваших женских болезнях. Короче, я поддался ее уловкам, но всерьез нашу связь никогда не воспринимал.

Я почувствовала легкое раздражение. Взрослый мужчина самодовольно сообщает, что поддался уловкам, и вообще повествует о своих похождениях таким языком, словно отчитывается на общем собрании! Однако я взяла себя в руки. Передо мной — будущий муж лучшей подруги, и я должна его любить.

— Через несколько месяцев она сменила меня на более молодого, — продолжил мой собеседник. — Это был Владик Капица.

Я во второй раз остановилась.

— Владик! Не может быть! Вы уверены?

— Вполне. Рита не афишировала связь ни со мной, ни с ним, но в данном случае я просто знаю. Мы столкнулись как-то… В общем, я знаю.

— А Галя? — ужаснулась я.

— Ну… Силой воли Владик не обладает, а Рита как женщина крайне привлекательна. В определенной ситуации мужчине трудно устоять. Вы уж мне поверьте, Таня, и не судите нас строго.

— А кто еще из наших… ну, у кого еще был с Ритой роман? — почему-то от этого вопроса сердце мое встало колом в груди.

— Еще? Не знаю. Ну, последний был Углов, так тут вы в курсе. Не знаю. Все, что знал, я вам рассказал.

— Спасибо, — поблагодарила я. — Это как раз мой дом. Передавайте Лильке привет и поддержите ее, хорошо?

— Обязательно.

Дома я заперлась в своей комнате с целью наконец-то хорошенько поплакать. Не получилось. Слезы часто приносят облегчение, а тут они от меня бежали. Правда, я знала простой способ их добиться — дать себе волю и вспомнить, представить себе, как красивая, веселая Вика лежит на холодном полу, а сверху ее придавливает камень. Только как раз этого я больше всего боялась. Страшная картина и без того во всей своей правдивости и обнаженности стояла где-то на периферии моего сознания и постоянно, поминутно причиняла мне боль. А я эгоистка. Я не хочу боли. К тому же сосредоточиться мешали дурацкие телефонные звонки. Снова кто-то дышал в трубку и не желал говорить.

Тогда я вынула тетрадь, в которую когда-то — давным-давно, ровно неделю тому назад! — записывала свои мысли и подозрения. Что там у меня?

«1. Сергей Сергеевич Марченко, завотделом, 45 лет. Отношения с Угловым бесконфликтные. Способен убить ради своего положения.

2. Николай Андреевич Зубков, заведующий сектором, 55 лет. Отношения с Угловым взаимовыгодные. Способен убить ради сохранения своего покоя.

3. Андрей Глуховских, ведущий инженер, 30 лет. Отношения с Угловым дружеские.

4. Владимир Владимирович Середа, ведущий инженер, 40 лет. Отношения с Угловым внешне нейтральные.

5. Анна Геннадьевна Горбунова, конструктор, 52 года. Отношения с Угловым прагматичные. Способна убить ради своей семьи.

6. Иван Иванович Бойко, техник, 50 лет. Отношение со стороны Бойко откровенно осуждающее, со стороны Углова прагматическое.

7. Вика Бачурина, лаборант, 19 лет. С Угловым отношения легкого флирта. Способна убить ради выгоды.

8. Юрий Владимирович Германн, заведующий сектором, 37 лет. С Угловым нормальные рабочие отношения.

9. Даниил Абрамович Дольский, заместитель, 50 лет. Возможно, недолюбливает Углова. Способен убить из зависти.

10. Владик Капица, старший инженер, 27 лет. Отношения с Угловым натянутые.

11. Рита Крылова, бухгалтер, 35 лет. Отношения с Угловым любовные и неискренние. Способна убить ради собственной безопасности».