Irene - Умри красиво

— Не неси чушь! У тебя прекрасная внешность, ты запросто пройдешь этот кастинг!

— Кстати, Вика права. У тебя шансов больше, — Светка смущенно кашлянула.

Я изогнула бровь. Блин, мнение специалиста, конечно, хороший аргумент, но можно было обойтись и без такого безрадостного для меня подтверждения!

— Нет. И это мое последнее слово, — Алиса выдернула руки из моих ладоней. — Тоже мне, красотку нашли! Помочь тебе — ну, одеть, проводить, поддержать — могу. Но не заставляйте меня дефилировать в купальнике перед пузатыми мужиками! Тьфу, гадость какая…

— Хорошо. Значит, дефилировать буду я. Потому что хочу, чтобы Стас опять улыбался. Вот так, как на этой фотке. И ему ничего не угрожало.

Я спокойно забрала со стула свою сумку и вышла из комнаты.

— Так, ну, давай посмотрим, что тут у нас есть?

И в эту же секунду на меня полетело все содержимое бездонного шкафа Алисы. Такого количества дорогих брендовых шмоток я не видела никогда — даже в бутиках, даже по телевизору. Меня буквально погребли под собой творения звездных модельеров и знаменитых мировых лейблов, а подруга все выбрасывала и выбрасывала на кровать новую одежду, пока вокруг меня не образовалась гора впечатляющих размеров.

— Раздевайся!

— Что, вот так сразу?

— Нет, сначала потанцуем! — ухмыльнулась Алиса. — Это ведь тебя посетила гениальная идея пробоваться в модели, должна быть ко всему готова! Бери вот это, это и вон то платье — и бегом в ванную.

Через пару минут я мелкими шажками вышла на центр комнаты и, поморщившись, взглянула на подругу. Та, как строгий судья, внимательно рассмотрела меня с ног до головы и указала на двери ванной, швырнув мне новый наряд. Так продолжалось еще раз пять, прежде чем я, уже почти готовая расплакаться от бессилия, не начала бунт.

— Не хочу больше! Дело ведь не в шмотках! А в том, что я… ужасно растолстела. Кирилл слишком хорошо готовит.

Алиса часто заморгала.

— А, ну если это ты так растолстела, представляю, какой худющей ты была раньше! — Она подошла ко мне и положила руки на плечи.

— Ты бессовестная, — вздохнула я. — У тебя все это вышло бы на раз-два-три! А я ведь опозорюсь! А ты будешь сидеть и хихикать, да?

Алиса мягко развернула меня лицом к огромному зеркалу, встроенному в дверцу шкафа, и обняла за талию.

— У тебя все получится, Вика. Я в тебя верю! — Она расправила складки небесно-голубого облегающего платья у меня на животе. — К тому же, тебе вовсе не обязательно выигрывать этот кастинг. Просто подцепить фотографа!

Не помню, кто говорил: для того, чтобы узнать настоящие чувства человека к тебе, нужно одновременно с ним посмотреть в зеркало. В этот момент он не сможет ничего скрыть и на лице отобразится или ярость, или презрение, или безграничный восторг, или безнадежное обожание. И вот сейчас мы смотрели в одну и ту же зеркальную поверхность: белое и черное, инь и ян, совершенно разные и такие похожие в то же время. Руки Алисы, два теплых пятна на моей талии, вдруг стали нестерпимо жечь, а на ее лице внезапно появилось и исчезло, как мимолетная дымка, выражение странного игривого любопытства.

— Да они с ума сойдут, только увидят твои ямочки на щеках! А эти сияющие сине-зеленые глаза, которые все время меняют цвет? — ее горячий шепот коснулся моего уха, я вздрогнула. — Вика, ты очень опасная штучка. Ты можешь мгновенно очаровать кого угодно.

Все, что меня окружало в тот момент, — было ею. Все здесь дышало ею и пело ее имя. Меня вдруг накрыла такая волна смущения, что я невольно оттолкнула ее и покраснела. Алиса хмыкнула, а я все еще чувствовала кожей обжигающее прикосновение.

— Наверное, вот это платье и надену, — с трудом выдавила я. — Ладно, мне домой уже надо. Еще ведь придумывать, как перед Кириллом оправдаться.

— Сейчас позвоню Костику…

— Нет, не надо, — я быстро замотала головой. — Хватит с него, бедняги. Я доеду на маршрутке.

Глава 9

Кирилл молча открыл двери и теперь рассматривал меня, скрестив руки на груди. Наконец суровое выражение на его лице, как молния, осветила такая родная ироническая ухмылка. Я опустила голову и шмыгнула носом.

— У тебя вид, как у смайлика «Sorry» в аське.

— Ну, потому что я действительно «sorry»…

Он протянул мне руку, и я с радостью вцепилась в нее, как утопающий.

— Кир, я больше никогда… честно-честно! Мне стыдно…

— Есть будешь?

Пока я с внезапно проснувшимся волчьим аппетитом уплетала овощное рагу (когда он только успевает все это приготовить, и остаться на кухне живым?!), Кирилл молча пил кофе и наблюдал за мной.

— А что это у тебя за платье? Ты же вроде в свитере и джинсах уходила.

— Алиса дала, — я кивнула, пережевывая булочку. — Иду в модели.

— Хм… — заявление явно обескуражило его. — И почему мне кажется, что это как-то связано с нападением на Стаса?

Я допила компот и, отвалившись на спинку стула, сложила руки на животе. Да, Сидни Кроуфорд заплакала бы от такого зрелища — ей и не снились такие сытные обеды!

— Если я скажу, что не связано, ты успокоишься?

Он шумно вздохнул и поднялся из-за стола.

— Я могу чем-то помочь?

— Да. Не мешать. Кир, там ничего страшного, просто хочу с девочкой одной познакомиться. Мы с Алисой справимся сами.

Кирилл остановился посреди кухни, пронзив меня пристальным взглядом.

— Да, «вы с Алисой». Я, кстати, хотел поговорить с тобой о ней.

Ох, знаю я эти «нам нужно поговорить»! Как же меня иногда бесят его «психологические» фразы! Я упрямо не отводила глаз, внутренне приготовившись защищаться.

— Ну-ну.

— Она мне не нравится.

— Ты ей тоже, — я пожала плечами. — Хотя не пойму, почему.

— Мне не нравится, что ты постоянно с ней. Ты все время о ней думаешь…

— Ну, вот как ты можешь знать, о чем я думаю?!

— Хотя бы по тому, что уже дважды слышал ее имя за десять минут разговора! Вика, я не собираюсь мешать вашей дружбе и не ревную тебя к друзьям, — голос Кирилла стал мягче, он присел около меня на корточки. — Но мне кажется, особенно после беды со Стасом, ты просто замкнулась на ней. Это плохо.

О, Господи! Ну что за ересь! Вот, с одной стороны, прикольно встречаться с психологом. Но с другой — никогда не застрахована от душеспасительных бесед в самый неподходящий момент и о самом странном предмете.

— Это неправда!

— Ой ли?

«Вика, ты очень опасная штучка». Обжигающее прикосновение. Все, что меня окружает, — это она.

Я смущенно прочистила горло и почувствовала жар на щеках, сама не понимая, почему.