Энн Максвелл - Тень и шелк

— Черт побери, прекратите!

— Наверняка я не первый из мужчин, обративший внимание на ваши ноги, — невозмутимо заметил Шон.

— Да, но… — Голос Дэни затих.

— Но… — услужливо подсказал Шон. Дэни стиснула зубы, едва не признавшись: взгляд Шона тревожит ее отнюдь не случайно.

— Катитесь ко всем чертям! — выпалила она.

— Там я уже бывал, и не раз. Не рекомендую следовать моему примеру. Вот поэтому я и советую вам удирать, пока есть возможность.

Дэни смерила Шона ледяным взглядом и переключила все внимание на затемненные стекла в окнах лимузина.

Шон вытянул свои длинные ноги перед пустым сиденьем и опустил плечи, видимо, наслаждаясь покоем.

Но левую руку он по-прежнему держал возле кобуры.

Дверь лимузина открылась. Кассандра Редпас скользнула на откидное сиденье рядом с Шоном. Женщина-посол двигалась уверенно и грациозно. Очевидно, в лимузинах она чувствовала себя как дома.

Как только за Редпас захлопнулась дверца, она уронила на пол кожаную сумку. Сумка ударилась о толстый коврик на полу с глухим стуком, словно была набита тяжелыми книгами.

Джиллеспи зашел с другой стороны машины и опустился на сиденье рядом с Дэни. Прозвучал решительный хлопок еще одной дверцы.

«Вам следовало бы выбраться из лимузина, пока еще не поздно».

Дэни подозревала, что уже опоздала, и в этот миг вручила свою жизнь Шону.

— Я Кассандра Редпас. Прошу прощения за таинственность, — приветливо произнесла Редпас. — Вероятно, она ни к чему, но это так, на всякий случай.

С этими словами, она взяла Дэни за руку и дружески пожала ее жестом тетушки, успокаивающей любимую племянницу.

— А это — Рэнальф Джиллеспи, отставной солдат британской армии, — добавила она.

— Мы познакомились в зале, — машинально напомнила Дэни.

— Я знаю, но иногда за работой Джилли забывает о формальностях, — отозвалась Редпас. Джиллеспи коротко кивнул:

— Мисс Уоррен, я счастлив познакомиться с вами, и так далее.

Привстав, он протянул руку над плечом Редпас и постучал по пуленепробиваемому стеклу. Лимузин почти бесшумно тронулся с места.

— Передай-ка ее мне, — попросил Джиллеепи, усаживаясь на место.

Шон подобрал с пола тяжелую кожаную сумку и протянул ее Джиллеспи. Пока лимузин лавировал в потоке автомобилей, бывший солдат открыл сумку.

Дэни увидела устрашающего вида ручной пулемет и несколько обойм.

— Не обращайте внимания на сержанта, — шутливо обратилась Редпас к Дэни. — Он один из тех профессиональных вояк, о которых я говорила комитету. Это значит, что он видит врагов даже там, где мы с вами их никогда бы не обнаружили.

— Ну, тогда я могу быть спокойна, — иронически отозвалась Дэни.

— Джилли все еще немного дуется, — добавила Редпас. — Он не привык к упрекам сенаторов США.

— Зато, дорогая, я давным-давно привык ставить на место безмозглых политиканов за исключением присутствующих, — вмешался Джиллеспи. — И юных прихлебателей, работающих на них, как тот, что попался нам сегодня.

Повернувшись, Джиллеспи пригвоздил Дэни к месту взглядом черных блестящих глаз.

— Что вы обо всем этом думаете? — поинтересовался он.

— Мне надо почаще смотреть телевизор, — невозмутимо сообщила Дэни. — Я и понятия не имела, что заседания сената настолько любопытны.

— Это еще что! Иногда здесь творится настоящий «чарли-фокстрот», — заявил Джиллеспи.

Дэни постаралась не подать виду, что поняла, о чем он говорит.

Шон подмигнул ей.

— Этот мальчишка пытался выставить «Риск лимитед» чем-то вроде тайной армии Олли Порта, — продолжал Джиллеспи. — А потом он передал бы якобы утерянную копию протокола заседания бывшему однокашнику, который теперь работает в «Вашингтон пост».

Темные брови Дэни приподнялись.

— Что этот секретарь имеет против «Риск лимитед»? — удивилась она.

— Насколько мне известно, личных претензий к нам у него нет, — ответил Шон. — Перед заседанием мы не получили никаких предупреждений.

— Значит, он просто еще один будущий вашингтонский заправила, рвущийся к власти?

— Может быть. — Шон пожал плечами. — Судя по тому, что я выяснил об этом Марче, он настолько амбициозен, что ему плевать, даже если его используют.

— Используют?

— Вот именно. — Шон повернулся к Редпас:

— Ты выяснила, под чью дудку пляшет Марч?

Улыбка Редпас стала почти кошачьей.

— Нам удалось побеседовать с юным мистером Марчем, — сообщила она. — Узнав, с какой стороны булка намазана маслом, он становится весьма вежливым и сговорчивым молодым человеком.

Джиллеспи фыркнул.

— Он заинтересовался «Риск лимитед», — продолжала Редпас, — не без подсказки партнеров сенатора — Демби, Кравица и Шорра — здесь же, на Пенсильвания-авеню.

— Это не тот Джордж Демби, который прежде был председателем Демократического национального комитета? — поинтересовался Шон.

— Тот самый, — нахмурился Джиллеспи. — Официально эти люди всего лишь представляют одну из влиятельных вашингтонских юридических фирм…

— … а на самом деле являются агентами полудюжины холдинговых компаний из Люксембурга и Лиги банкиров с острова Аруба, — докончила Редпас.

— Аруба? — резко переспросил Шон, — Значит, все действительно идет из «Гармонии»?

Ни Редпас, ни Джиллеспи не ответили, и это молчание само по себе стало подтверждением.

Шон повернулся к Дэни.

— Подумать только! — негромко произнес он. — Решив вляпаться в дерьмо, вы выбрали самую большую кучу на этой планете!

Минуту Дэни непонимающе смотрела на Шона. Но мрачно сжатые губы и прищуренные глаза ясно давали понять, что ему не до шуток.

— Из всех гармоний мне известна только музыкальная, — сообщила Дэни. — Как же я могла в нее, как вы выразились, «вляпаться»?

— Вы пытались спасти шелк, — отозвалась Редпас.

— В Лхасе? — уточнила Дэни. Шон кивнул.

— Разумеется, я пыталась спасти шелк, — нетерпеливо подтвердила Дэни. — Всю жизнь я только тем и занимаюсь, что ищу, приобретаю, а потом готовлю для хранения образцы древних тканей. И за все это время я ни разу, как вы деликатно выразились, не «вляпалась в дерьмо».

Улыбка Шона оставалась холодной, словно он наслаждался тонкой и небезопасной иронией.

— Я же говорил вам: мир слишком тесен, — напомнил он.

— И что это значит?

— А то, что сукин сын, который убил Фана и пытался прикончить вас, русский по имени Илья Касатонов.

— Откуда вы узнали? — изумилась Дэни, чувствуя себя загнанной в угол. Увидев ее смятение, Шон покачал головой.

— Слишком поздно, — произнес он. — Вы увязли по самые уши.

— Касатонов, — объяснил Джиллеспи, — разжалованный ветеран спецназа.