Медвежий Яр. Часть 2 - Алёна Берндт

что в садик он сегодня не пойдёт. А сама Шура сидела перед большой чашкой горячего чая с малиной и смотрела на маму.

– Я сегодня поеду на станцию и куплю вам билеты. Поедете к одной моей знакомой, мы вместе учились. Я позвоню и договорюсь. По дороге ни с кем не разговаривайте, если кто-то с вами заговорит – молчите! Будут настаивать – кричи и зови на помощь.

– Шура… что происходит? – испуганно спросила Наталья.

– Пока ничего страшного не происходит, – Шура взяла в руки ладонь матери, – Но я не хочу, чтобы произошло! Понимаешь, пока вы здесь, на меня можно давить, а если вы будете далеко и в безопасности…

– Что ты задумала?

– Я закрою фирму. Провожу вас, поеду в город, рассчитаю и отпущу девчонок, порушу программу и этим объясню закрытие – программа вышла из строя. Все отчёты, которые должны уйти сейчас – отправлю, и разошлю клиентам уведомление, они как раз успеют подыскать нового исполнителя. Я думаю, что при таком раскладе я буду уже никому не нужна и не интересна. Хотят- пусть потом фирму забирают, если так! А что больше, ничего и нет. Вся фирма – это я, мои девчонки, и Федина программа!

– А это не опасно? Шура, может быть в милицию?..

– Боюсь, там нам не помогут, скорее даже наоборот, это усугубит положение. Мам, хватит разговоров, давай соберём самое необходимое, и я на станцию поеду. Оттуда и позвоню.

Наталья не стала спорить с дочерью, в конце концов, когда такое происходит, ни к чему игры в «дочки- матери»! Ничего лучше она всё равно не может предложить Шуре, поэтому самое лучшее – это сделать так, как она говорит… Глядишь, хоть внука от всего этого убережёт!

Мать и дочь тихо переговаривались, собирая вещи в две небольшие сумки. Страшно было обеим, но сидеть и ничего не делать было еще страшнее.

– Мам, а там к нам дяденька идёт в гости! – Алёшка отлепился от окошка и прибежал в комнату к матери.

Наталья и Шура замерли, глядя друг на друга. Кто это? Кого еще нелёгкая к ним принесла? Очередной «доброжелатель»?! Наталья схватила внука на руки и унесла в дальнюю комнату, Шура же вышла в сени, взяв по пути старую бабушкину кочергу, на всякий случай…

Резко открыв входную дверь, она шагнула на крыльцо, подняла кочергу, и тут же уткнулась носом в поднявшего руку для стука в дверь Фёдора… Приехал! Шура охнула, выронила кочергу на пол и прижала руки к лицу.

– Шурка? Ты чего… с кочергой гостей встречаешь? – Фёдор улыбался, но присмотревшись к выражению Шуркиного лица, улыбка сползла с его губ, – Что случилось?

– Входи в дом, – Шура осмотрела пустую улицу до дома Терентьевых, который был на самом въезде в Бобровку, – Дома расскажу.

Долгим разговор не был, Фёдор с первых слов всё понял, и Шура подумала, что он, возможно, и сам с таким уже сталкивался, работая со своим другом в Москве…

– Вещи собрали? – спросил Фёдор у Натальи, и та кивнула в ответ, – Я сейчас приеду, вас заберу. Ты, Шура, собирайся тоже. Поедете на старую заимку, там всё обустроено, Дима Гаврилов приедет вечером, привезёт вам продукты и всё необходимое. Поживёте там некоторое время. Шура, давай мне ключи от офиса.

– Но… я же… они тебя…, – начала было Шура, но осеклась под серьёзным взглядом Фёдора.

– Не время сейчас для споров, – мягко сказал Фёдор, – Жаль, но ни для чего не время… Я ведь к тебе не просто так шёл!

Он достал из-за пазухи маленькую бархатную коробочку, открыл её и вопросительно посмотрел на Шуру:

– Возьми. Потом скажешь, что решила, когда это всё закончится! Ничего не бойся, всё будет хорошо.

Растерянная Шура смотрела на Фёдора полными слёз глазами, а он будто и смутился от этого взгляда, в котором читалась безграничная, живая и неугасающая любовь. Он крепко сжал её ладони, вложив в них колечко, а потом поднялся, достал из-за пазухи телефон, Шура слышала про такие, спутниковые что ли, но в живую еще не видела, и стал кому-то звонить.

Наталья каким-то невероятно глубоким чувством поняла – да, всё теперь непременно будет хорошо.

Глава 56.

Никита, который на самом деле был Сергеевичем и имел фамилию Романенко, весьма довольный собой шёл утром в свой, как он теперь считал, офис. Конечно, числиться он там не будет и имя его нигде станет фигурировать, но это вовсе не помешает ему сделать такие же красивые визитки, как у его друга Герки, такие черные и с золотыми буквами. Будет называться «генеральным директором», как всегда и мечтал. А эта клуша, Александра Юрьевна… ну а что, надо же кому-то и работу выполнять, ведь самому ему будет некогда – у него всякие встречи будут, поездки… А эта, пусть работает, до поры до времени.

«Она кстати, ничего такая на внешность то, – весело думал Никита, вышагивая по улице, – Приодеть, накрасить, юбочку покороче, с такой и в ресторане не стыдно посидеть!»

Вообще, он был очень доволен собой! Ведь это именно он придумал и посоветовал Антону Смыку провернуть это с бухгалтерской фирмой, узнав про неё после того, как помогал Смыку отжать самый востребованный в городе автосервис. И если раньше в этой всей компании, сложившейся вокруг Смыка, он был мало кому известным по имени человеком, к которому приклеилась унизительная кличка «Ромаша», то теперь Антон не только знал его по имени, но и поручал серьёзные и важные дела, выделив среди остальных! Если так и дальше пойдёт, что через пару-тройку месяцев он сможет поменять свою старенькую «восьмёрку», которая почти постоянно была сломана и стояла на ремонте, на «девяносто девятую», например!

Пружинящей походкой он вошёл в офис и чуть свысока кивнул сидевшему на вахте мужику, который как-то странно, чуть насмешливо, на него посмотрел… Наберут проходимцев от пивного ларька, подумал Никита, не приучен еще наш народ с бизнесменами уважительно обращаться! Ну, ничего! Всё впереди ещё!

Открыв дверь офиса, он остолбенел, потом похолодел и побледнел одновременно. Никого из этого «курятника», как прозвал он коллектив фирмы, в большом кабинете не было… Мало того, столы тоже стояли пустыми – ни одного компьютера на месте не было, только удлинители и сетевые фильтры лежали на столах, аккуратно свёрнутые. Шкафы, в которых раньше стояли папки с документами, тоже опустели и зияли темнотой из чуть приоткрытых дверок.

«Что… что это?! Что задумала эта мразь! – зло подумал Никита про Шуру, – Надо было её отделать хорошенько