Александра Авророва - Весеннее сумасшествие

Тут я прикусила язык. Прав был Сашка — мне следовало сразу лечь спать. Я и ему-то не собиралась открывать то, что узнала за сегодняшний вечер, а тем более кому-то другому. Если Алена хочет скрывать определенные вещи, не мое дело афишировать их. Ее тайны принадлежат ей, а не мне. Но алкоголь сделал меня болтливой, а слово, как известно, не воробей.

— Значит, она действительно лесбиянка? — явно обрадовалась Светка. — Так ей и надо! Нечего было выгонять тебя на мороз без денег.

— Я не просила у нее денег.

— Ты что, ее еще и защищаешь? — удивилась Нелька.

— Нет. Она плохо вела себя по отношению ко мне, и она меня ненавидит. Я тоже ее не люблю. Просто я знаю, что она несчастная, и не хочу… Вы ведь не станете никому рассказывать то, что я сейчас наговорила, хорошо?

— Конечно, раз ты не хочешь, — легко согласилась Светка. — И без нее хватает проблем.

Она действительно выглядела не такой, как всегда, более озабоченной и издерганной. Впрочем, а я разве нет? У всех у нас нервы. Я плакала, Наташа плакала, Алена, и та сегодня почти плакала, разговаривая с отцом. Одна Нелька держится, такой уж у нее спокойный характер.

Не успела я это подумать, как раздался грохот, потом крик. Мы со Светкой в испуге вскочили. Нелька сидела на полу, схватившись за ушибленный бок, кругом валялись учебники. Ведь я давно собиралась забить этот дурацкий гвоздь в этажерке, мы не первый раз за него цепляемся! Неожиданно Нелька уставилась на свою ногу, всхлипнула и принялась горько рыдать.

— Думаешь, сломала ногу? — ужаснулась я. — Болит?

— Брю-ю-ю! — провыла Нелька.

— Живот болит? — не поняла я. «Брю» — может, брюхо?

Она отрицательно замотала головой, продолжая жалобно повторять: «Брю-ю-ю! Брю-ю-ю!»

— Господи! — догадалась, наконец, Светка. — И ты так убиваешься из-за каких-то брюк?

— Но-о-овые! — с трудом выдавила Нелька.

Лишь тут я сообразила, в чем дело. Те самые модные бордовые брюки с вышивкой и стразами, приобретенные седьмого марта, порвались о гвоздь. А ведь одни трусы к ним стоят десять долларов, хоть и обошлись в семь из-за праздничной скидки. Я запомнила цену. Конечно, обидно испортить новую вещь. Хотя понятно, что реально Нелька плачет не из-за этого — ну, кто же станет по подобному поводу всерьез страдать? Просто она, как мы все, не железная леди, а обычная слабая женщина, у нее тоже нервы. Убийство, случившееся рядом, никому не проходит даром. Любой, самый ничтожный повод оказывается достаточным для взрыва.

Это я и объяснила Светке, которая явно пребывала в недоумении.

— Ей надо выплакаться, — добавила я. — Слезы очень помогают.

— Проверю при случае, — мрачно ответила Светка и выключила свет. Наутро меня немного знобило, и я порадовалась, что как раз воскресенье и не нужно идти на занятия. Добросердечная Наташа тут же принялась меня лечить. Я пыталась убедить ее, что рядовая простуда не стоит подобной заботы, но в глубине души было очень приятно. Видимо, дома меня избаловали, и за месяцы в чужом городе я страшно истосковалась по плечу, на которое можно опереться. Наташа, настойчиво и нежно заставляющая выпить противное молоко с содой, обещая вознаградить за страдания шоколадкой, казалась ангелом с небес.

— А я думала, ты никогда не болеешь, — сказала она. — Видимо, у тебя вдруг упал иммунитет. Укрепляй его витамином С. Я думаю, все дело в том, что ты слишком переживаешь из-за последних событий. Физическое нездоровье обычно следствие душевного дискомфорта.

Поскольку хмель давно выветрился из моей головы, я не стала уточнять, что лично мое физическое нездоровье — следствие столь примитивной вещи, как пробежка без куртки по вечерним улицам. Вместо этого я обрадовалась поводу сесть на любимого конька.

— А тебя милиция вчера не вызывала, Наташа?

— Нет. Они и восьмого-то меня особо не расспрашивали. Тобою, правда, интересовались. Кто-то им насплетничал, что у вас с Марго был конфликт. Но ты не переживай, они разберутся. Кто тебя знает, тот никогда на тебя не подумает.

Боже мой, ведь всего два дня назад я и впрямь переживала, что меня подозревают в убийстве! А кажется, прошло сто лет. Теперь я твердо знаю, что подозрения переместились на бедную Светку. Еще я знаю, что она ни в чем не виновата. Ведь она вчера вечером сама мне об этом сказала!

— А кто именно насплетничал, милиционеры не намекнули? — полюбопытствовала я.

— Нет. Но, наверное, Алена. При ваших отношениях…

— Так ведь мы же ее спрашивали, и она ответила, что это не она!

— Ну и что? Соврать, что ли, трудно?

Данная мысль меня поразила. Действительно, каждый может соврать. Почему я решила, что раз Светка отрицает причастность к убийству, значит, она не при чем? Этак было бы слишком просто.

— Еще, конечно, расспрашивали про характер Марго, — продолжила Наташа. — Не была ли она склонна к депрессии и все такое. Ну, она не была.

— И детективов не писала, — разведя руками, вставила я.

Наташа посмотрела на меня с удивлением.

— Забавное совпадение! А почему ты вдруг так странно пошутила?

— Я не пошутила. Просто Алену и родителей Марго расспрашивали, не писала ли она детективов. А тебя нет?

— Меня нет. Интересно… Видимо, это все-таки не совпадение, а… Хотя не знаю…

— Мы никак не поймем, откуда у милиции подобная идея, — пояснила я. — А ты что, понимаешь?

— Скорее всего, да, — пробормотала Наташа. — Хотя не уверена.

— Так расскажи!

— Ну, видишь ли… В тот день… когда это было? А вот когда отключали свет, но не в день убийства, а раньше…

— Когда я нашла тело, да? Пятого числа?

— Да, именно. Сперва мы с тобой поискали на черной лестнице тело, а потом ко мне на кухню пришла Марго и стала советоваться. Дело в том, что я очень люблю детективы.

— И что?

— А Алена их презирает, поэтому Марго стесняется их читать. Хотя на самом деле ей нравится. Нравилось. Пока нет Алены, она часто берет у меня книжку. Брала.

— Ты хочешь сказать, она действительно писала детективы?

— Нет, но… Короче, она задала мне необычный вопрос. Где можно узнать о преступлениях, совершенных в такой-то день в таком-то районе. Я, естественно, ответила, что в районном отделении милиции. А она возразила, что там любого интересующегося пошлют подальше и не станут отвечать. Я объяснила, что интересоваться надо адресно. Если у тебя, к примеру, угнали машину, так надо оставить заявление, и тебе обязаны показать все найденные похожие машины. Но ее это не устроило, потому что речь шла не о чем-то конкретном, а о простом любопытстве. Как бы ей просто пришло в голову, например, на пари, обвести ментов вокруг пальца и выкачать из них информацию.