Линда Ховард - Все, что блестит

— Очень хорошо, — ответствовала она. — Передайте ему, пожалуйста, сообщение от меня, Андрос. Скажите ему, что я согласна на его условия, если он всё ещё этим интересуется, и что он может позвонить мне. Это всё.

Она развернулась на каблуках и услышала, как Андрос воскликнул в тревоге.

— Миссис Стэнтон! — возразил он. — Я не могу…

— Сможете, — бросила она коротко, и, открыв дверь, покидая офис, мельком увидела испуг в его чёрных глазах. Он проклянёт себя в любом случае, поскольку если он передаст сообщение Николасу, тот узнает, что Андрос отказался её впустить, а не передать он не посмеет, потому что если Николас когда-нибудь узнает об этом — а сомневаться не приходилось, что Джессика это устроит, — Андрос чертовски дорого заплатит за своеволие. Джессика улыбнулась сама себе, направляясь обратно к лифту. Андрос надолго запомнит её визит.

Лифт задерживался, но она не спешила. Она полагала, что Николас получит известие от Андроса приблизительно через десять минут и попытается дозвониться ей, когда решит, что у неё было достаточно времени, чтобы вернуться домой. Если она задержится с возвращением, это пойдет ей только на пользу. Пусть Николас немного подождёт.

Когда лифт, наконец, прибыл, в нём оказалось несколько человек, и им пришлось останавливаться на каждом этаже по пути на первый этаж.

Джессика направилась к стеклянным дверям, но когда она потянулась к ним, чтобы открыть, одетая в тёмное рука показалась из-за её спины и распахнула для неё дверь. Она подняла голову, чтобы поблагодарить человека за любезность, но слова застряли у неё в горле, когда её взгляд наткнулся на чёрные глаза Николаса.

— Ты запугала Андроса на десять лет вперёд, — небрежно произнёс он, об руку с нею проходя через двери.

— Отлично. Он заслужил это, — ответила она, взирая на него с любопытством. Он нёс свой портфель, как будто уже собрался уезжать. — Но как ты спустился так быстро?

— Лестница, — признался он и усмехнулся, глядя на неё. — Я не рискнул позволить тебе уйти от меня и таким образом потерять возможность найти тебя, прежде чем сегодня днём я уеду. Это, вероятно, единственная причина, по которой Андрос нашёл в себе смелость передать мне твоё сообщение так быстро: он знал, что я свернул бы ему шею, передай он мне его позже. Ты это серьёзно, Джессика?

— Абсолютно, — уверила она его.

Николас всё ещё держал её за руку, и хотя его пальцы были тёплыми и ласкающими, хватка — властной и твёрдой. Лимузин подъехал к тротуару, она скользнула на просторное заднее сиденье, а он сел рядом с ней. Назвав шофёру её адрес, он закрыл скользящее окно, изолирующее водителя от пассажиров.

— Но здесь моя машина, — заволновалась Джессика.

— Она будет в полной безопасности, пока мы не вернёмся, — сказал он, поднося её пальцы к губам и легко касаясь их поцелуем. — Или ты решила, что я спокойно уеду в унылую командировку после того, как получил подобное сообщение? Нет, любимая, это невозможно. Я возьму тебя с собой, — и он посмотрел на неё таким горящим, полным примитивного голода, взглядом, что она невольно задрожала в ответ на его чувственный призыв.

— Но я не могу просто уехать, — возразила она. — Саманта…

— Не смеши меня, — мягко прервал он её. — Неужели ты думаешь, что я не смогу решить вопрос с маленькой собачкой или позволю такому пустяку встать на моём пути? Саманту поместят в превосходную конуру, я лично займусь всем до последней мелочи. Тебе нужно только собрать вещи.

— Куда мы отправимся? — спросила она, повернув голову, чтобы посмотреть на пролетающие мимо улицы города. Очевидно, его страсть не остыла, и он не испытывал никаких сомнений.

— В Париж. Правда, всего на нескольких дней. Прекрасный город, чтобы начать отношения, — заметил он. — К сожалению, днём я должен присутствовать на деловых встречах, но ночи будут полностью принадлежать нам. Или, возможно, я просто отменю встречи и вовсе не выпущу тебя из постели.

— Не очень хорошая деловая практика, — небрежно заметила она. — Я не расстроюсь, если ты должен будешь отправиться на свои встречи.

— Какой удар по моему эго, — поддразнил он, потирая её запястье своими сильными пальцами. — Мне хочется думать, что ты сгораешь от ожидания встречи со мною так же, как и я. Я почти достиг предела своего терпения, любимая: ещё неделя — и я поехал бы за тобой в Корнуолл.

Поражённая, она посмотрела на него:

— Ты знал, где я была?

— Конечно. Ты думала, что я позволю тебе просто бросить меня? Если бы ты не вернулась ко мне, я решил бы проблему, сделав тебя своей, даже если бы ты кусалась и царапалась, но не думаю, что ты сопротивлялись бы слишком долго, нет?

Было оскорбительно думать, что она не смогла оказаться вне его досягаемости даже в Корнуолле; он знал, где она находилась, и, по сути, позволил ей всё обдумать. Джессика снова отвернулась, невидяще глядя в окно, безуспешно пытаясь найти утешение в том факте, что его, в конце концов, всё ещё влекло к ней. Возможно, он её не любит, во всяком случае так, как она понимала любовь, но она действительно обладала некоторой властью над ним.

Он снова поднял её руку и нежно прижался губами к мягкой ладони.

— Не сердись, любимая, — тихо сказал Николас. — Я знал, что ты возвратишься ко мне, когда решишь стать реалисткой. Я могу быть очень щедрым человеком, тебе ни в чём не придётся нуждаться. Ты будешь выглядеть, как королева, я обещаю тебе.

Джессика демонстративно отняла руку.

— Есть кое-что, что я хочу обсудить с тобой, Николас, — произнесла она отстранённым тоном. — Есть несколько условий, при соблюдении которых я буду с тобой встречаться, иначе у нас с тобой не будет никаких отношений.

— Конечно, — согласился он сухо, и его сильный рот изогнулся в циничной усмешке. — Сколько, моя дорогая? И как ты хочешь получать — наличными, акциями или драгоценностями?

Не обращая внимания на его слова, он продолжила:

— Для начала, я хочу иметь свой собственный дом. Я не хочу жить с тобой. Ты можешь навещать меня, или я буду приходить к тебе, если для тебя это предпочтительней, но я хочу жить собственной жизнью помимо тебя.

— В это нет необходимости, — съязвил он, и его прямые брови сошлись над внезапно посуровевшими глазами.

— Есть и очень большая, — ровным тоном твёрдо заявила Джессика. — Я не заблуждаюсь относительно того, что отношения у нас с тобой будут постоянными, и не хочу оказаться перед необходимостью жить в гостинице, потому что у меня нет собственного дома. И, как я уже говорила, меня не интересует совместное проживание с тобой.

— Не будь настолько уверенной в этом, — поддразнил он её. — Очень хорошо, я согласен на это условие. Ты всегда сможешь переехать ко мне, если передумаешь.