Наталья Перфилова - Увидеть Париж и разбогатеть

Я посмотрела вслед, скрывшемуся за дверями кухни Денису и вздохнула. Этот парень вызывал во мне какие то странные чувства. Не смотря на то, что он вел себя со мной не слишком уважительно и нежно, скорее даже наоборот, всеми силами пытался задеть и даже слегка укусить, он меня непреодолимо притягивал к себе… И хоть был он из совершенно другого, малопонятного мне мира, нас абсолютно ничего в повседневной жизни не связывало, более того, он даже не относился к тому типу хорошо воспитанных, ухоженных, уверенных в себе и очень успешных мужчин, которые обычно привлекали мое внимание, было в нем что то такое, что вызывало искренний интерес… И дело, пожалуй, совсем не в молодости и его весьма привлекательной внешности… Нет… Таких мужчин вокруг меня десятки и даже сотни… Мне интересен он сам, его взгляды, отношение к жизни, к людям… Мне отчего то вдруг чертовски захотелось узнать, а каков этот колючий и не сговорчивый мужчина в отношениях с женщинами… Умеет ли он хоть иногда быть нежным и ласковым, шептать на ушко любимой очаровательные глупости…

Я достала из Дианиного шкафа белую махровую простынь и пошла в ванну. Приоткрыв дверь, я осторожно заглянула внутрь. Тихомиров стоял под душем задом ко мне и, похоже, моего присутствия даже не почувствовал. Я невольно залюбовалась его загорелым тренированным телом, белые мыльные струйки торопливо стекали с его широких плеч и потом уже более медленно и размеренно завершали свой путь на длинных мускулистых ногах. Я, как завороженная, прослеживала глазами траекторию каждого ручейка. Во рту мгновенно пересохло, а рука сама потянулась с желанием дотронуться до его мокрой загорелой кожи. Я чуть было не сделала шаг вперед, но потом, устыдившись своей непозволительной слабости, взяла себя в руки, положила простынь на банкетку у входа и бесшумно прикрыла дверь.

Вернувшись в кухню, я прижала ладони к своим горящим от стыда щекам и закрыла глаза. Господи! Ну надо же, до чего я докатилась, подглядывать в ванне за совершенно чужим мужиком, который даже не смотрит в мою сторону… И это я, вполне взрослая, состоятельная женщина, всегда гордившаяся своей разумностью и независимостью! Страшно подумать, что делает с нами женщинами одиночество… Я сделала глубокий вдох и медленно сосчитала до десяти. Видя, что это не слишком помогло мне успокоиться, я подошла к бару, встроенному в нише стены, достала бутылку коньяка и плеснула на дно стакана, потом подумала и добавила еще. Ароматная жидкость быстро разбежалась по всему организму, согревая не только желудок, но и душу. Я постояла у бара еще немного, потом облегченно вздохнула, улыбнулась и вернулась снова к приготовлению завтрака. Когда Тихомиров с мокрыми волосами и голым торсом вернулся в кухню, я была уже совершенно спокойна. Простыней Денис пользоваться так и не стал, а может, просто не заметил ее на стульчике у входа, он натянул джинсы прямо на влажное тело, но ни рубашку, ни носки одевать не стал. Он как то вполне по хозяйски уселся за стол и пододвинул к себе тарелку с яичницей.

— Надо же! — С набитым ртом весело посмотрел он в мою сторону. — Вот уж не предполагал, что богатые женщины умеют хоть что то готовить, особенно глазунью…

— А что тут уметь то? — Пожала плечами я. — Берешь сковородку, разбиваешь яйца…

— Не скажи! — Перебил меня Денис. — Вот у меня, например, такая вкусная яичница ни разу не получалась, то пересолю, то сожгу…

— Это дело не мужское. — Буркнула я, разливая только что сваренный кофе в чашки.

— А что делать, если я все никак на домработницу не могу заработать, а бесплатно как-то никто не соглашается даже примитивными бутербродами по утрам кормить?

— Да что ты, в самом деле, к этой домработнице то привязался? — С досадой обернулась к нему я. В этот же самый момент горячий кофе перелился через край чашки и оказался прямо у меня на коленке. Я вскрикнула и выронила турку из рук, она упала и больно ударила меня по ноге.

Тихомиров мгновенно вскочил со стула и опустился на пол у моих ног. Он подул на обожженную коленку и вдруг, совершенно неожиданно для меня, поцеловал. Боль сразу же ушла куда то на второй план, я так и застыла, изумленно уставившись на мужчину у своих ног. А его губы между тем поднимались все выше и выше от моего колена. Я прислонилась спиной в шкафу и боялась даже дышать, чтобы не спугнуть то теплое и завораживающее чувство, которое рождалось в этот момент в моей душе. Тихомиров поднялся с пола и подхватил меня на руки, я не сопротивлялась, напротив, я как можно сильнее прижалась всем телом к его горячей груди. Денис отнес меня на мягкий кожаный диван кабинета. Когда он снял с меня шелковый халат, я почувствовала под спиной гладкую и прохладную поверхность кожи… Может, от этого, а скорее от того, что я снова, но только уже намного ближе от себя, увидела обнаженную фигуру Дениса, я слегка вздрогнула и, протянув руку, дотронулась до его бедра. В этот момент будто какая то искра проскочила между нами, он снова опустился передо мной на колени и начал покрывать все мое тело торопливыми и страстными поцелуями. Я не только душой, но и разгоряченным телом стремилась навстречу его жадным губам и нетерпеливым рукам. Почувствовав, что я больше ни одной минуты не могу находиться вдали от его тела, довольствоваться лишь частью того, чего желала со всей силой и страстью, я опустилась на мягкий ковер рядом с ним. Теперь я могла позволить себе наслаждаться всем его мускулистым и сильным телом целиком. Он не мешал мне, давая возможность исследовать каждый сантиметр на ощупь и вкус… Но вскоре и он был уже не в силах сдерживать свою страсть, он даже не стал поднимать меня обратно на диван, а просто резко перевернул на спину и так прижал своим телом, что на мгновение стало буквально не чем дышать… Потом это стало не важно, я забыла о дыхании, да и вообще обо всем на свете. В голове осталась только одна мысль, сколько же нежности и ласки в сильном теле этого почти не знакомого мне мужчины, разве может быть столько энергии в одном человеке… как же мне повезло, что всю свою силу и нежность он почему то решил подарить сегодня мне… Потом исчезли и эти мысли…

Мы лежали на пушистом Дианином ковре совершенно измученные и обессиленные. Я повернула голову и посмотрела на Дениса. Он, закинув руки за голову, внимательно рассматривал узор на потолке. Я перекатилась на живот и положила щеку ему на грудь. Он приподнял голову и поцеловал меня в макушку. Мы долго лежали молча, практически не шевелясь. Потом я встала и не торопливо накинула на себя халат. Денис сел и с улыбкой посмотрел на меня.

— Ну что, принцесса? Как ты себя чувствуешь? — Он взял меня за руку и прижался губами к запястью. — Пульс учащенный, но, учитывая ситуацию, нормальный… Не надо было, конечно, тебя волновать, но я просто не смог сдержаться… Еще там, в ванне, когда ты, стоя сзади, рассматривала меня, я понял, что сбежать от себя мне вряд ли удастся…