Мерил Сойер - Слепой случай

— Театр Ридженси... Что-то не слыхал.

Эйлис почувствовала, что краснеет.

— Вполне возможно. В нем давно не играли.

— И как давно?

Запнувшись, она ответила:

— Десять лет.

— Что ж так?

— Здание... э... в неважном состоянии.

— А, старая развалюха!

— Владелец дает нам скидку, чтобы мы могли сделать ремонт.

Марк взглянул на часы:

— Надо позвонить администратору и попросить у него ключ.

— Зачем?

— Хочу взглянуть на театр Ридженси.

Марк хочет посмотреть театр! И моментально перед глазами, словно крупный план на кинопленке, возникла картина: прекрасные кожаные туфли Марка, давящие мышиные экскременты.

— Я отдала ключ Ренате. Она в театре, репетирует.

— Ты уверен, что тебе надо на это смотреть? — спросила Эйлис, когда они уже шли к красноватому спортивному «Ягуару» Марка.

— Конечно, — ответил он, распахивая перед ней дверцу.

Опустившись на роскошное кожаное сиденье, Эйлис провела рукой по ореховой обшивке приборной доски. Обшивка была не новой, но чистой, отполированной, в прекрасном состоянии. Видно было, что за автомобилем ухаживают тщательно и любовно. Марк включил зажигание, и машина рванулась с места.

— Инвесторам придется сдать театр в субаренду, если пьеса провалится.

— Конечно. — Это ей не приходило в голову. Эйлис и мысли не допускала, что ее пьеса может провалиться. Он увидит это убогое здание и, разумеется, не даст ни пенни. Ухитриться поставить в таком театре спектакль, делающий сборы, — да это надо гением быть!

На Шефтсбери-авеню была пробка. Шикарный спортивный автомобиль Марка, предназначенный стрелой мчаться по автотрассе, передвигался вперед еле-еле.

Когда машина припарковалась возле театра Ридженси, Эйлис охватила настоящая паника. Притащить Марка сюда можно было только в припадке безумия.

— Крыша течет, — бесстрастно констатировал Марк.

Эйлис в изумлении замерла.

— Старое здание, — продолжал Марк, разговаривая словно сам с собой, — ничего удивительного.

И прежде чем она успела что-то сказать, он, крепче подхватив ее под локоть, повел в зрительный зал. Они шли по проходу к сцене, и Эйлис не верила своим глазам: не только фойе, но и зал было не узнать. Исчезли паутина и пыль, и театр моментально стал походить не на опустившуюся алкоголичку, как это было еще недавно, а на обедневшую, но вполне достойную особу знатного происхождения.

— Привет, Марк, Эйлис! — помахала им со сцены Рената. Здесь тоже произошли изменения: починили рампу, и занавес теперь не казался кривым и провисшим.

— Рената! — радостно приветствовал актрису Марк.

— Ты очень кстати! — с первого ряда поднялся Уоррен. С ним была Линда. Уоррен широко улыбался им, блестя глазами. Он тут же пустился в разговор с Марком, начав рассказывать ему о том, каким был театр Ридженси во времена его юности.

Эйлис прошла на сцену. Та по-прежнему была завалена бутафорией и старыми декорациями, но мышиный помет убрали.

— Кто это здесь так постарался? — шепнула Эйлис.

— Я! — с озорной улыбкой призналась Рената. — Правда, лучше стало?

— Ты еще спрашиваешь!

Начался общий оживленный разговор. Эйлис чувствовала себя неловко из-за Марка и предпочитала помалкивать. Похоже, Уоррен пришел сюда из-за Линды. Может быть, она ему все-таки еще не безразлична? Жаль только, что он не собирается финансово участвовать в постановке. Помнится, у него, как и у Чонси Беддингтона, деньги куда-то вложены. Хорошо бы, однако, Уоррен уговорил Марка.

— Посмотрим теперь директорский кабинет, — прервал размышления Эйлис голос Марка. — В договоре это никак не обозначено, но думаю, что ты займешь кабинет директора.

Кивнув, Эйлис повела Марка к задней лестнице.

В директорском кабинете, освещаемом одинокой лампочкой под потолком, фестонами висела паутина и стояла весьма скудная мебель. Пахло пылью до такой степени, что хотелось удержать дыхание. Под ногами что-то зашуршало, и мимо Эйлис прошмыгнула мышь, тут же юркнувшая под диван.

— Нет, так дело не пойдет. В ценах на недвижимость я все-таки разбираюсь. Учтите, владелец уступает вам недостаточно. Крыша течет — в фойе это ясно видно, но, наверное, и в остальных местах тоже. Понадобятся новые ковры и обивка... — Он покачал головой. В сумраке серые глаза его поблескивали холодным блеском стали. — Проводка, несомненно, также в неисправности.

— Уступка действительно невелика, но пусть тебя это не смущает. Мы выкрутимся, наймем рабочих на пособии, — сказала Эйлис и тут же осеклась на полуслове, заметив, что Марк внезапно изменился в лице.

— Нет, ни в коем случае!

Что это так вывело его из себя? Ах, да! Марк с его политическими амбициями и авторитетом в профсоюзах никогда не согласится поддержать малейшее отступление от законности. Все, к чему он имеет отношение, должно быть без сучка и задоринки. Как это она сразу не догадалась...

— Но так все делают, — пробормотала она.

— Я вкладываю деньги только в полностью законные предприятия. — Он нервно зашагал по кабинету.

— Чем это вы там вдвоем занимаетесь? — раздался за закрытой дверью голос Ренаты.

— Да вот размышляю насчет вашей постановки, — ответил Марк, выходя из кабинета. Он подчеркнул слово «вашей», как бы говоря, что к нему она не имеет никакого отношения. — Надо еще подумать.

Расстроенная и рассерженная своей оплошностью, Эйлис последовала за ним. Все кончено. Построенный ею карточный домик рухнул, оставив в груди щемящее тоскливое чувство. Она потеряла свой шанс.

— Мы идем выпить к Мортону, — сообщил Уоррен, когда в фойе они присоединились к остальным. — Хотите, с нами?

— Ладно, — без особого энтузиазма согласился Марк.

— У меня деловая встреча, — солгала Эйлис. Как она посмотрит в глаза друзей теперь, когда она собственными руками все испортила?

Эйлис заставила себя поблагодарить Марка.

— Спасибо, что уделил мне время, — сказала она. — Я очень благодарна за участие.

Марк ограничился легким кивком, и Эйлис оставалось только распрощаться с остальными.

Она вышла из театра. На улице моросило. Темнота казалась гуще в тени старых домов. Она и не знала, что так поздно.

— Подвезти? — раздался за спиной голос Марка.

— Нет, — испуганно ответила Эйлис. Она считала, что он еще в театре, с остальными.

Повернувшись к нему спиной, она торопливо пошла прочь. Лишь пройдя квартала два, она поняла, что опять забыла зонт и что идет в сторону, противоположную станции метро.

Глава 15

В три часа, в три часа, в три часа... Каждый ее шаг вызванивал на тротуаре эти слова, когда она шла в офис Марка. В три часа ей предстоит узнать, даст ли он ей денег. Эйлис глубоко вздохнула. Весь район был в строительных лесах и кранах. Эйлис совсем не нравились эти выраставшие там и сям как грибы современные конструкции. Только вид портят. Интересно, не являются ли эти монстры плодом деятельности Марка Кимброу?