Татьяна Исмайлова - Три дня на расплату

Люсьен неслышно выпорхнула из комнаты. Анна, приложив палец к губам, приказала ей молчать. Потом, повернув ключ в двери, чтобы любвеобильный Ращинский не ворвался неожиданно в номер, увлекла Люсьен в дальнюю комнату.

— Ну? Все идет по плану? — Люсьен в нетерпении уставилась на Анну.

Сегодня их трудно было различить: все одинаково до мелочей — одежда, прическа, тщательный макияж. В ожидании Анны Люсьен выпила два стакана вина, глаза у нее были шальные, на порозовевшем лице ярко горели губы.

— Я в полной готовности, дорогая. Не волнуйся, он будет наш!

— Да он уже чересчур наш, и я уверена, Люсьен, что тебя ждет увлекательное приключение. Ты точно не против?

— Мне было бы обидно пропустить любовное приключение в России! Так он готовенький? Жаль, я люблю предварительную игру.

— О, он тоже это дело любит, можешь не сомневаться. Но ты должна помнить, Люсьен, что свидание с ним завтра в восемь вечера и обязательно в его доме. Ты поняла меня?

— Но ведь сегодня свидание не отменяется, раз он готовенький?

— Это уж сама решай, дорогая. Отвязаться от него будет непросто.

— Это было бы чересчур обидным. — Люсьен рассмеялась.

Анна приготовила два нарядных свертка. Сейчас Люсьен выйдет с ними из номера, вручит подарки Клавдии и Ращинскому, пококетничает с Коленькой. Планировалось, что милое кокетство обернется совсем не милым для Коленьки свиданием завтра. Но если оба они, Ращинский и Люсьен, не смогут обойтись друг без друга сегодня — это их личное дело. Главное, чтобы новоявленная Анна Морель не забыла договориться о свидании на завтра.

Анна взяла визитку, написала на ней крупно «21.06. 20.00. Анна» и вручила Люсьен.

— Отдашь это ему. Наверняка поймет, что ты назначаешь ему новое свидание. Люсьен, будь осторожна, он опасный мужчина.

— Самое главное, чтобы он оказался мужчиной. А там я разберусь. За меня не волнуйся.

В немалой любовной коллекции Люсьен не было ни одного русского. Собираясь в Россию, она решила, что не пропустит случая и обязательно пополнит свой списочек. Случай, как говорится, шел прямо в руки: в дверь настойчиво стучал Ращинский.

Анна подтолкнула Люсьен к двери.

— Сразу выходи и ни в коем случае не задерживайся с ним в холле. Спускайся в ресторан. И помни, Люсьен, не забудь, ради бога, что в два часа ночи ты должна быть в гостинице одна.

— Все помню, все помню, радость моя!

В голосе Люсьен появились особые нотки, и Анна подумала: «Ох, Коленька, держись!»

Она еще минуты две постояла у двери, прислушиваясь и сдерживая внутреннюю дрожь: а вдруг Ращинский напористо развернет Люсьен в номер? Нет, слышно было, как Люсьен, громко смеясь, вручает подарки. Голоса стали удаляться. Анна хмыкнула: как тот телок, поплелся Коленька за Люсьен.

Анна крепко зажмурилась, тряхнула головой: нет, совсем не безучастной была на ужине губернаторская жена, не спуская глаз и наблюдая за Анной! И ведь почти узнала…

Господи, уже девять часов! Киря ждет ее.

Уже битый час Ксения сидела у зеркала, так и не решив, каким образом и где убить сегодняшний вечер. В пустом доме оставаться было невмоготу. Лева наверняка в казино, но она туда не пойдет, азарт игры не увлекал ее, а Леве лучше не мешать.

В молодежный бар? Там весело, но Леве не нравится, когда она бывает там. Он никогда не спрашивает, с кем она общается, потому что знает: ни с кем Ксения общаться не будет. Пару раз потусовалась она там с едва знакомым Ленечкой, которого помнила по институту, поболтали в баре, потанцевали пару раз — больше Ленчик в баре не показывался, а когда спросила ребят, где он, те как-то странно поглядели и отошли в сторону. Ксюшка не дурочка: все поняла сама.

Она решила, что пойдет в ресторан на Горького. Сегодня там новая программа, в кордебалете много девчонок, бывших участниц конкурса красоты. Может, удастся с кем-нибудь из них поболтать.

Она натянула колготки — душно, жарко, но помнила: настоящие леди с голыми ногами бывают только в постели или на пляже. Примерила переливающееся блестками платье. Красиво, но не хотелось быть сегодня в длинном вечернем одеянии. Раз она идет одна, то и не надо строить из себя мужнюю жену. Вот наденет короткую юбчонку из зеленой лайки, желтенькую маечку на узких бретельках, из-под которой соблазнительно выглядывает нежная полоска живота.

Ксюша «нарисовала» личико легкомысленной капризули — такой ей сегодня хотелось быть, вытащила из волос заколку — блестящие пряди рассыпались по спине. Усмехнулась: волосы оказались длиннее конца юбочки, едва прикрывающей попку. В небольшую желтую сумку она засунула косметичку и кошелек, хотя последний, знала, ей наверняка не понадобится: в барах и ресторанах, принадлежащих другу ее мужа Кириллу Маслову, денег с Ксении Бессарабовой не брали.

Через час, когда Ксюша залпом выпила подряд два коктейля, она уже жалела, что пришла в этот ресторан. В баре Кирилл даже не подошел к ней, помахал только ручкой приветственно. Любезничает с какой-то незнакомой девицей, из кожи вон лезет, чтоб понравиться.

Можно пойти в малый зал, перекусить что-нибудь, пообедать она опять забыла, а теперь уже и ужин наступил, да в малом зале свадьбу гуляют. «Поем внизу, позже», — решила Ксения. Она заказала еще коктейль, на этот раз с ромом, не спеша выцедила его. В большой зал спускаться рано, девочки начнут свои пляски не раньше десяти. Ну чем же ей заняться одной? И никто ведь, кроме Кирилла, не посмеет подойти. А тот занят — девица, правда, та, что с ним сидит за столиком у окошка, смотрится ничего. Но и ничего особенного, чтобы так увиваться!

Ксюша вытянула ножки, легко спрыгнула с высокого табурета. Пойти, что ли, к девчонкам в раздевалку? И что она им скажет — здрасьте вам? Нет уж, посмотрит она на них из зала, сядет поближе к сцене, чтобы все девчонки заметили Ксению Бессарабову, на которой одна маечка стоит больше, чем получают эти танцорки за целый месяц.

Скучно было ей. Она взяла еще один стакан с ромовым коктейлем, пошла, покачивая бедрами, в зал, оттуда гремела музыка — на невест Ксюша любила смотреть с малых лет. Рядом со столиком, где сидели Кирилл и его знакомая, чуть задержалась:

— Привет! Я хочу посмотреть твою новую программу.

Кирилл, поднявшись, окинул ее оценивающим взглядом:

— Все хорошеешь, Ксюша. Конечно, посмотри. Мне твое мнение важно. Только стриптиз начнется не раньше полуночи, может, Леве позвонишь?

Она не ответила, приподняла свой стакан — «За тебя, дорогой!» — сдунула тонкую прядь волос с щеки. Шагала твердо, уверенная, что с ножек ее не сводят глаз и Кирилл, и все, кто находится в баре.