Дженис Хадсон - Неподвластные времени

— Тогда в чем же дело, детка? «Детка»… Словно глоток пьянящего вина растекся по ее жилам.

— Я просто не знаю, что мне делать после этой ночи. Наверно, я все такая же наивная, как прежде.

Он тихонько хмыкнул.

— Детка, после этой ночи я могу тебе сказать, что это не так.

Анни почувствовала, как краска смущения заливает ее лицо.

— Я поверить не могу, что мы…

— Но ведь мне все понравилось, верно? И тебе тоже. Пожалуйста, не гони меня снова, Анни. Только не теперь.

— Мне кажется, что я просто боюсь, Харлер.

Руки его скользили по ее спине:

— Чего же?

— Того, что случится дальше. Я не знаю, чего ты от меня ждешь.

Он помолчал — и эти несколько мгновений показались Анни вечностью.

— Тебе не приходило в голову, что и я не знаю, чего ты ждешь от меня? — голос его успокаивал так же, как и ласка его рук; иное дело — слова. — Ты с самого начала дала мне понять, что чувствуешь вину за то, что произошло десять лет назад. Что ты хочешь как-то исправить это. И, насколько понимаю, ты вполне могла подарить мне эту ночь именно из подобных соображений. Чтобы заплатить по счетам и успокоить совесть.

Анни ощутила резкую боль в груди. Неужели он действительно думает, что она могла бы попытаться загладить свою вину, предлагая ему свое тело? За что — за то, что поверила лжи Майка?

Вслед за болью пришел жаркий гнев; она уже хотела оттолкнуть Харпера, шагнуть прочь от него — но тут ее озарило. «Господи — он так же смущен, как и я, он так же неуверен, так же, как и я, не знает, что будет с нами после того, что произошло!»

Именно эта неуверенность, подмеченная ею у Харпера, придала ей сил. Анни подняла голову и встретилась с ним взглядом:

— Эта ночь была у нас потому, что я хотела тебя. Потому что ты — единственный мужчина, которого я когда-либо желала, но уже много лет назад я потеряла надежду на то, что мы можем быть вместе. И тут появился ты, и ты тоже хотел меня, и… и я ни капли не жалею о том, что произошло!

Его серые глаза посветлели. Харпер улыбнулся:

— Это правда?

Она ответила ему мягкой улыбкой:

— Да.

Поздно вечером Харпер вместе с Анни решил заехать за Джейсоном к его приятелю Заку.

— Ну что, ты уже решила, как быть с этим щенком? — поинтересовался он.

Анни все решила уже неделю назад, но вовсе не собиралась так легко это признавать.

— Если ты действительно хочешь что — то значить в жизни Джейсона, тогда, полагаю, решение должен принять ты.

— Как это любезно с твоей стороны, — суховато усмехнулся он. — Хочешь, чтобы тебе было на кого свалить вину, когда я уеду домой, а тебе придется ухаживать за псом?

Анни ощутила холодок в груди. Она ведь отлично знала, что он уедет домой. Конечно, она отлично знала и понимала это. И напоминание о скором отъезде не должно ее ранить…

Она крепче сжала руль, не отрывая взгляда от шоссе.

— Мне хорошо известно, что девятилетние мальчишки — не слишком ответственные существа, но Джейсон — другое дело. Если ты хочешь, чтобы у него была собака, я согласна.

Харпер привалился плечом на дверцу машины, пристально глядя на Анни. Странное дело: этим ее чертовски сдержанным тоном она запросто может оттолкнуть — и при этом произносит слова, словно считает его полноправным членом ее семьи. Да, он хотел, чтобы у Джейсона была собака. Кроме того, он полагал, что щенок и самой Анни добавит хорошего настроения. Он понимал, что она делает сей час: заставляет его почувствовать себя отцом. Он и был отцом Джейсона — Анни хотела, чтобы он чувствовал и вел себя соответственно.

Прикусив губу, Харпер задумался о том, как будет чувствовать себя Джейсон, если за Него решения станет принимать его отец.

— Он не спрашивал моего разрешения, Анни. Разрешать ему это или не разрешать, должна решить ты.

— Это просто потому, что он не привык воспринимать тебя как своего отца.

— А что, если я разрешу ему иметь собаку, это изменит его отношение ко мне?

— Если ты не хочешь быть ему отцом, — спокойно проговорила Анни, словно бы его решение не имело особого значения, — так прямо и скажи. Я не стану больше поднимать эту тему.

— Я очень хочу сблизиться с сыном, и ты знаешь это. Когда я думаю о Джейсоне, у меня такое чувство, что небо меня благословило. Я просто не хочу торопить ни его, ни себя. Пусть все идет своим чередом. И если я скажу, что он может завести себе щенка, я не хочу, чтобы меня снова обвиняли в том, что я подкупаю мальчика.

— Ну, можно ведь найти и другой выход.

— Да? И какой же?

— Сказать ему, что он не может завести щенка.

Харпер рассмеялся:

— Благодарю вас, мэм, вы просто-таки меня спасли!

Солнце уже коснулось края горизонта, когда их машина затормозила у фермы Робсонов, где жил Зак, приятель Джейсона. Робсонам, Питеру и Эмме, перевалило за сорок, и у них было четверо сыновей. Зак был младшим из них. Все четверо ребят пошли в Эмму — они унаследовали от нее темные глаза и черные волосы.

— Мам, ты должна посмотреть на щенков, прежде чем мы уедем! — требовательно заявил Джейсон.

Анни бросила быстрый короткий взгляд на Харпера:

— Вообще-то мне сегодня не до щенков, но, может, Харперу будет интересно…

Лицо Джейсона сморщилось в разочарованной гримасе. Разумеется, коли уж его матери щенки неинтересны, значит, ему не повезло.

— Пошли, парень, — подмигнул мальчишке Харпер. — Покажи мне этих щенят.

Джейсон был смущен и несколько насторожен — на такой поворот событий он не рассчитывал, — однако же повел его к сараю за домом; следом за ними двинулись Анни, Зак и его родители.

Что-то больно сжалось в груди у Харпера, когда он заметил, как вспыхнули глаза Джейсона при виде шестерых толстеньких неуклюжих щенят. Малыши были лохматыми, черно-белыми, с веселыми мордочками; они бросились к мальчику на разъезжающихся лапах, толкая друг друга, спотыкаясь и падая. Зрелище было умилительное. Джейсон опустился на колени — щенки окружили его, тыкаясь нежными розовыми носами, и мальчик принялся возиться с ними, позабыв обо всем на свете.

— Похоже, они тебя держат за своего, — заметил Харпер.

— Еще бы, — широко ухмыльнулся Робсон. — Они с Заком в этих малышей влили по крайней мере галлон молока — и не далее как сегодня днем!

Анни подняла бровь:

— Без разрешения?

Эмма Робсон толкнула своего разговорчивого супруга в бок локтем.

Питер покраснел и снова усмехнулся — на этот раз с долей смущения:

— Ну-у… не совсем.

— «Не совсем» — верно сказано, — вставила Эмма, выразительно глядя на своего супруга. — Им немножко помогли.

Харпер усмехнулся и снова перевел взгляд на возившегося со щенятами Джейсона:

— Какой тебе нравится больше? Джейсон мгновенно вскинул голову и уставился на Харпера удивленными круглыми глазами; потом посмотрел на мать.