Джудит Гулд - Плохо быть богатой

Толстая металлическая цепь рассекла воздух, подобно змее, распластав сутенера на мостовой. Выбитый из руки нож загремел по асфальту.

— Пошли, лиска! — кивнул мотоциклист девушке. Голос его звучал уверенно и властно. — Давай сматываться, пока этот ублюдок не пришел в себя. — Наклонившись, он подтянул Ширли к себе, а потом легко закинул за спину, на вибрирующее сиденье. — Ну как? — крикнул он через плечо и, прежде чем она собралась ответить, рванул с места, устремив мотоцикл вниз по 9-й авеню.

С тех пор прошло уже три года, и все это время Ширли не расставалась со Змеем. После брата Дэна и первого знакомства с улицей та жизнь, которую она узнала среди Воинов Сатаны, казалась ей почти раем. Несмотря на беспутство, жестокость и наглость членов банды, она чувствовала себя рядом со Змеем в полной безопасности. Большой, как медведь, и безрассудно бесстрашный, для нее он стал единственной защитой. С первых же дней Змей четко дал понять „троглодитам", что Ширли — „его старушка", а не просто „телка", которую можно пользовать всем кланом, передавая друг другу, как было заведено среди одуревших от марихуаны и распухших от пива рокеров. Даже когда он проявлял гонор, поддавая ей время от времени, все равно это было куда лучше той жизни, которую она знала до этого.

Ширли и в голову не приходило, что бывает иная жизнь. Ни разу до этого самого утра, когда Олимпия Арпель экзотической птицей выпорхнула из автомобиля в самом сердце площади Святого Марка, чтобы, подхватив ее, Ширли, унести в иной мир. В царство земное.

Олимпия, отойдя в сторону, курила сигарету за сигаретой и наблюдала за суетой Альфредо вокруг Ширли.

— Просто превосходно, малышка! — радостно вопил тот. — Ну просто пре-вос-ход-но! — Он взглянул на часы. — У меня еще есть полчасика. Давай-ка попробуем сделать несколько солнечных снимков. Надеюсь, ты умеешь улыбаться? Ну хотя бы вполовину так искренне, как только что хмурилась?

Олимпия сердито выпустила к потолку струю дыма. Альфредо ведет себя так, словно это он нашел девушку. Придется напомнить ему, чья это заслуга, чтобы не заблуждался.

— Мисс Арпель!

Олимпия очнулась, услышав свое имя, и обернулась: кто бы это мог быть?

Один из многочисленных помощников Альфредо спешил ей навстречу, помахивая в воздухе розовым радиотелефоном.

— Вас просит ваша секретарша, — добавил он, приблизившись. — Говорит, это очень срочно.

— Потом, — досадливо отмахнулась Олимпия, прикуривая очередную сигарету от предыдущей. — Скажите Долли, что я перезвоню ей через полчаса.

Молодой человек не уходил.

— Вам все же лучше ответить, мисс Арпель, — настойчиво проговорил он. — Убита Вайяна Фэрроу.

15

Пробиваясь к дому Вайяны, Олимпия окончательно уверилась, что участвует в каком-то невероятном массовом действе — то ли карнавале, то ли демонстрации. Квартал был забит полицейскими, а репортеры, перехватывая обрывки их переговоров, держали в напряжении местные студии и редакции газет. Почти все телевизионные каналы уже прислали на место происшествия свои команды, и на тротуарах возились операторы, устанавливая оборудование. Кое-кто из ведущих программ криминальных сообщений уже бойко рассказывал что-то перед камерами, зажав в руках микрофоны. Привычные толпы жадных до крови зевак, привлеченных на место происшествия суетой полицейских, как стервятники падалью, толклись поблизости. Атмосферу какого-то жуткого карнавала усиливали и жители окрестных домов, приклеившиеся носами к окнам, и выкрики находчивого торговца жареными каштанами и кренделями, сделавшего сегодня, похоже, неплохой бизнес.

Олимпия прокладывала себе путь сквозь толпу. Наткнувшись на желтые ленты, препятствующие проходу на место происшествия, она попросту нырнула под них.

Почти мгновенно кто-то быстро ухватил ее за руку.

— Давайте обратно, мадам, и оставайтесь по ту сторону, — строго предупредил ее одетый в форму полицейский. — И не пытайтесь пробраться обратно, иначе я вынужден буду вас арестовать.

— Вайяна… — Олимпия заняла прочную позицию, как бы вросла в землю, не собираясь уступать ни пяди завоеванного пространства, и лишь вертела головой, стараясь рассмотреть что-то на сером фасаде здания. Она все еще не могла поверить, что сообщение, переданное ей по телефону, и вправду подтвердится. Еще можно было как-то допустить, что убита другая девушка, но Вайяна… Нет, конечно же, они обознались, приняв кого-то за блистательную, в миллион долларов, красавицу с обложек модных журналов.

Да-да, именно так.

— Мадам, я прошу вас податься назад, — нахмурился полицейский.

— Я… Мне позвонили… что убита Вайяна… — пролепетала Олимпия.

— Что-что? — Стальная хватка стража законности чуть ослабла. — Что вы сказали?

Глубоко вздохнув, она повернулась и посмотрела ему прямо в глаза. Молоденький, красное обветренное лицо подчеркнуто серьезно от искреннего служебного рвения. Форменная фуражка сползла на затылок, словно велика ему на целый размер, от холодного воздуха изо рта вырывается пар.

— Меня зовут Олимпия Арпель, — заявила она. — Меня попросили приехать сюда, чтобы… опознать тело.

И, конечно же, убедиться, что это ошибка, хотелось ей добавить. Она ни на секунду не сомневается, что это не Вайяна, и вот сейчас убедится в этом собственными глазами.

Молодой полицейский окинул взором невысокую фигурку упакованной в твид женщины, всю состоявшую из углов и треугольников — даже там, где природой предусмотрены изгибы. Несмотря на морщинистое лицо, обрамленное длинными, стриженными „под пажа", чуть подогнутыми снизу волосами с седеющей челкой, женщина казалась безвозрастной. В удивительных глазах цвета морской волны светилась решимость. Решимость — и надежда.

— Хорошо, сейчас проверю. — Все еще не выпуская ее руки, лишь ослабив хватку, он подвел ее к двум другим полицейским.

— Все правильно, ее там ждут, — небрежно проговорил один, кивая куда-то в неопределенность. — Пусть проходит.

— Извините, мадам, — бросил молодой страж порядка, тут же выпуская ее руку. — Вы просто не поверите, сколько тут психов, рвущихся внутрь!

Понимающе кивнув, она повернулась и, втянув голову в плечи и слегка ссутулившись, быстро зашагала по направлению к дому. Ей еще дважды пришлось предъявлять документы: первый раз снаружи, а второй — уже под самой дверью Вайяны. Там ее имя и время прибытия занесли в журнал, в котором позднее будет отмечено и время ее ухода.

— Что случилось? — требовательно вымолвила она, быстро пройдя в квартиру. Оглядевшись по сторонам, Олимпия поняла, что основные события, похоже, сосредоточены в спальне, и, прежде чем кто-нибудь успел ее остановить, решительно направилась туда.