Дерзкая для Бандита - Кара Райр

Хм. Видимо они точно не в ладах.

На телефоне видео.

Артур танцует с моей матерью в Австралии. Это видно, они в людном месте и прямо напротив оперного театра.

Она начала туда летать только полгода назад. Только пол года назад и видео сделано 4 месяца назад, вижу это по дате, которая высвечивается.

Я обомлела, но не больше.

Кажется, стресс стало моим привычным состоянием.

— ЧТо она хочет от меня?

— Чтобы ты нас убила, — коротко ответил отец.

Я взглянула в его ясные глаза.

— Зачем ей это?

— Постепенно, Карина, — брат сжал мою ладонь.

Я взяла вторую сигарету, закурила.

Фак.

Мой муж. Моя мать.

Эти двое.

Я делала тяжку за тяжкой. Пусть судят меня все. Судите меня за курение, давайте. Я не вывожу. Я устала. Я не могу найти покой. Я не знаю как мне жить и что мне делать

Это сейчас так-то меньшее, о чем я должна переживать.

— Ясно, — я прокатила телефон в сторону брата.

Повисла тишина. Тишина, которая бесила меня просто до невозможности. У меня такое ощущение, что даже венки на моем лбу вздулись. А лучше бы вздулись, я очень хочу показать, что я сейчас максимально раздражена и зла.

Я. ОЧЕНЬ, ЗЛА.

— Что мы будем делать? Пить или что-то другое? — я смотрела то на брата, то на отца.

— Для начала, ты должна знать, что мы твоя семья и мы тебя любим, — папа смотрел на меня и не сводил взгляда.

Я тяжело вздохнула. Закрыла глаза, сделала затяжку, открыла, выдохнула, взглянула на него.

— Допустим, дальше.

Я была хладнокровной и желала лишь одного. Информации.

И они мне ее дадут, так же как и сука мать, которая мутит эту темную воду.

Нужно было плюнуть ей в лицо при последней встрече. Теперь пазл сложился в моей голове. Я хотя бы тут, что-то да поняла.

Две недели назад.

Карина

— Карина! — неожиданный крик разрезал тишину в квартире.

Я выронила ложку, которой мешала кофе. Мама.

Стоит забрать у нее ключи. Она врывается в мое личное пространство с ноги.

— Мама, я просила тебя не приезжать без звонка? — то, что я была возмущена, мягко сказано.

Я люблю ее, но это моя квартира. Мой дом. Я не люблю незваных гостей. Даже если мы одной крови.

— Не шипи, я приехала отдать ключи, улетаю в Австралию, раньше чем через месяца-два не жди, связь будет плохая, короче, если трубу прорвет или пожар, чтобы открыть смогла.

Я выпала в осадке. Какая Австралия? Опять?

Насупившись, я развернулась в сторону уже разрядившейся матери. Эта пышная женщина 57 лет стояла в элегантном костюме с белой кожаной сумкой в руках.

— Мам, почему так срочно и что вообще за дело? — я сложила руки на груди.

— Хочу проветрить мозги, в общем по поводу ключей поняла, — мама кинула в меня ключи и я еле успела поймать их на лету.

— Поняла, — лишь коротко ответила я.

— Давай, не убей никого тут, пока я не прикажу.

Что вообще за формулировка?

После того, как послала мне воздушный поцелуй, удалилась из комнаты.

Что за прикол? Я из дома не выхожу. А если выхожу, очень и очень редко. Пару раз в месяц для меня максимум. Мне нормально.

Я привыкла быть затворницей, а она. А она просто бестия. Ей лишь бы где-то быть, где-то, но не как ни рядом с дочерью.

Никаких объятий, никаких пожеланий, не желания узнать, как дела у ее единственной дочери у нее давно нет.

Она зацикленная на себе, эгоистичная. Холодная и безжалостная стерва. Но понять ее тоже могу и не осуждаю.

Она живет свою жизнь, так как хочет.

Отношения у нас мягко говоря не теплые, поэтому я привыкла.

Она не была со мной на похоронах мужа, она не была на моем выпускном. Она не была нигде и никогда. Она врываеться, вот так, ко мне и требует только одного — подчинения.

И сейчас ее фраза, пока я не прикажу, не убей никого.

Мама? Ты в свое уме? Может тебе в больничку?

Вернувшись к употреблению кофеина, пританцовывала под бодрящие обеденные песни.

Да, я снова проснулась в обед. Работа у меня отдаленная. Я писатель.

Пишу, пью кофе, пишу, пью кофе и сплю. Ничего интересно.

Телефонный звонок разрушил весь настрой. Ненавижу звонки без предупреждения. Можно написать смс, я прочитаю и отвечу чуть ли не сразу же. Вика…

Глава 34 Позвони мне, позвони

Алик

— Бери глубже, — я засунул член в рот белобрысой худышке, одной рукой наматывая на кулак ее длинные мокрые волосы, а другой опираясь на стенку душевой.

Кровь приливала к напряженному паху. Горячая вода текла по спине.

Я не знал имени девушки, но её пухлые губки и шаловливый язык заставляли мое тело вздрагивать. Ноги подкосились, дыхание участилось. Она подняла глаза.

— Не смотри, а занимайся делом, — я надавил на ее голову. Она чуть не поперхнулась, но ей это понравилось. — Продолжай милая, — зверский шепот сорвался с моих уст.

Девушка такая неукротимая. Застонала, ускорилась.

Я сжал волосы сильнее и остановил ее. Мотнул головой, капли сыпались с моих волос, словно град с неба. Ее голое мокрое тело возбудило меня еще сильнее.

По сочной груди стекала вода, а зеленые глаза горели от похоти. Недолго думая, мы пошли в спальню, чтобы продолжить.

Тело молодой блондинки, которая не хотела стать одним из экспериментов проекта, извивалось подо мной.

Я держал ее руки, крепко связанные толстой веревкой и вдавливал ее тело в кровать.

Она отдалась мне, почти добровольно.

Громкие стоны в моем номере не прекращались.

Мне было жарко, очень жарко.

Я входил в эту сучку снова и снова, снова и снова, сжимая в руках ее большой зад.

Наслаждение, возбуждение, ее крики в подушку.

Зазвонил телефон, но я не хотел отвлекаться.

Позже отвечу.

Продолжал входить в узкое лоно блондинки, сильно натянув ее волосы.

Снова звонок.

Да кто там черт побери?

Просто так мне не звонят. Особенно когда я в отъезде.

Я отбросил блондинку на кровать, встал, подошел к журнальному столику.

Карина.

— Да, — я тут же ответил.

— АЛик, мне страшно, — совершенно спокойно сказала она.

Я напрягся. ЧТо там произошло?

— Что случилось, принцесса? — даже как-то тревожно.

Что Коля допустил такого, что его сестра боится? Может о ней стоило заботиться мне?

— Мне рассказли про маму, рассказали что Артур жив. Мой муж жив и мама хочет, чтобы в наследство всех корпораций вступила я. Она никогда мне ничего не рассказывала,