Хелен Рой - Давай нарисуем смерть...

   - За городом снимает дом, - сквозь зубы простонал Валентин, бледнея от боли, удерживая рвущийся наружу крик.

   - Поехали, - велел Павел, дав знак браткам.

   Они подхватили под руки Кирилова и потащили к выходу.

***

   Во двор к Султану въехали, сбив ворота. Не в правилах Строителя таиться и заходить в дом к врагу с чёрного входа. Эффект внезапности получился. На встречу выскочил ошарашенный охранник. Павел его уже поджидал, направил ствол пистолета в висок.

   - Не дёргайся! Где Султан?

   - Здесь, - телохранитель положил свою оружие на землю.

   - С ним кто?

   - Паук - начальник безопасности. И в доме ещё два охранника.

   Павел подошёл к нему и выстрелил в голову. Из джипа за ним последовали амбалы, таща раненого Валентина. В доме действительно оказались два охранника, они были так же убиты, как и первый.

   Строитель с ноги толкнул дверь в кабинет. Юсуф и Александр подскочили со своих мест. Смотрящий увидев, кто пожаловал в гости, спокойно сел обратно в кресло и вновь приступил к просмотру документов, как будто ничего не произошло.

   - Здравствуй Строитель, - холодно сказал Султанов, не отрываясь от папки взглядом. - Зачем пожаловал? Ответить за смерть моего сына - Коли Костылёва?

   - Костыля? Он твой сын? Тогда мы квиты! Ты замочил моего, а я твоего. Только тут ещё одна неувязочка... Ты ещё убил мою жену и Карпа! - Ковалёв продолжал держать на прицеле смотрящего. - За них ответить придётся.

   - Во-первых, кто тебе дал право в таком тоне со мной разговаривать? Зачем пацанов моих завалил? - Султан лёгким движением поправил рукав дорогого пиджака. - Во-вторых, я не знаю ни о каких убийствах. Ты можешь говорить, что хочешь, - свирепо смотрел на него смотрящий. - И в-третьих, пошёл вон!

   - Я знаю, что это ты! У меня свидетель есть! - продолжал настаивать на своём Строитель.

   Павел толкнул вперёд Валентина и выстрели в папку. Тут же последовал ответ. Про Паука все забыли, только Юсуф был уверен, что у его начальника безопасности всё под контролем, поэтому и вёл себя спокойно, но пуля попала именно в его грудь, решив жизни. Султан так и остался сидеть с открытыми глазами полными изумления, но уже мёртвый.

   - Он не знает, кто Карпа замочил. Ты лучше у своей покойной жены спроси об этом...

   Павел застыл от неожиданности, когда услышал слова Паука. Тот смотрел на него холодным, строгим взглядом, поднял руку с пистолетом и два раза не целясь выстрелил. Быки стоящие рядом со Строителем рухнули на пол.

   - Не понял...

   - А чего тут понимать... - Саша равнодушно пожал плечами. - Я сам помогал ей труп закапывать у тебя на стройке. И весточку тебе кинул тебе, - ни единой эмоции не проскользнуло на лице Паука, мгновение и пистолет направлен на Павла. - Теперь твоя очередь искупать грехи. Ствол брось. Тебе привет от Наташи.

   - От какой? У меня много всяких Наташ было.

   - Тринадцать лет назад в клубе выпускники отмечали окончание школы. Там была выбрана королевой выпускного бала. Ты и твои дружки подкараулили девушку у выхода из кабака и увезли в лес, где зверски избили и изнасиловали. Она умерла в больнице.

   - Да... помню королеву выпускного бала. Мы её харили на пятерых. Потом ещё её брат притащился на разборки. Подожди, - растеряно произнёс Павел, пристально изучающе рассматривая Паука. - Так ты её брат? Но мы же тебя замочили...

   - Нет, не убили! Как видишь, жив и здоров и пришёл за долгом, - зловеще усмехнулся Саша.

   Строитель был потрясён таким поворотом. Кинул своё оружие на пол, понимая, что в живых его всё равно не оставят. Умирать не хотелось. Но видно пробил его час, а может ещё нет? Он рывком кинулся на Александра, но был остановлен сильным и стремительным ударом. Схватился за живот, рухнул на колени. Боль и тоска в глазах и поиски сочувствия.

   Паук наклонился к нему, приставил ствол под его подбородок.

   - Очень забавная получиться картина. Сначала ты убил Султана, потом своих охранников и затем застрелился сам. До встречи в аду, - Александр нажал на спуск, раздался громкий выстрел.

   - И наконец, последний свидетель... - он повернулся к Кириели.

   - Не убивай, - безжизненными, поникшими глазами смотрел на него Валентин. - Я никому ничего не скажу.

   - Конечно, не расскажешь! Ну да ладно живи, если совесть позволяет. Я тебе не судья, - Саша опустил руку с пистолетом, посмотрел на Кирилова, прожигая ненавистью. Если бы не Лена, то он и с этой мразью расправился, спросил с него за всё.

ЭПИЛОГ

   У ворот не большой церкви, находившейся на окраине города, стояла женщина. На её голову был накинут синий платок, закрывая светлые пряди. Она ждала, вглядываясь с надеждой вдаль.

   - Дочь моя будь счастлива. Живи с миром, - сказал появившийся рядом Отец Гавриил. - Ты его заслужила, - Он благословил Лену, повернулся и вошёл в ворота храма.

   На дороге остановился чёрный джип, открылась дверца со стороны водителя, оттуда вышел Александра. Увидев Елену, остановился в не решительности, поимая, что ещё не прощён.

   Он приехал за ней...

   Лена долго всматривалась в его лицо и не спешила идти к нему. Перед глазами всё ещё стоял ужас пережитого. Она вспомнила, как прощалась с жизнь, прижимая Ваньку к себе, когда люди в масках выхватили из-под полы курток пистолеты и наставили на них. Уже в момент похищения Елена смирилась с мыслью о смерти и готова была её принять, только страх за сына не давал пасть духом окончательно.

   Придерживая на мушке Ковалёву, мужчина в камуфляже и в маске с вырезами для глаз вдруг поднял пистолет вверх и выстрелил. Он ленивой походкой подошёл к ней. Стянул с себя маску.

   - Саша, - выдохнула она, а сердце забилось сильнее. - Козёл! - прошипела Лена и залепила ему звонкую пощёчину.

   Ковалёва быстрым шагом пошла к машине, ведя за собой испуганного Ваню.

   - Прости, - прошептал ей в след Паук...

   И теперь он шептал одними губами те же слова:

   - Прости...

   Она медленно, робко сделала один шаг, затем другой, сокращая расстояние между ними.

   - Ну, скажи что-нибудь, - попросил Паук, пристально смотря в её глаза. - Только не молчи...

   Лена нежно дотронулась до Сашиной щеки и обняла за шею. Не говоря ни слова - поцеловала, осторожно прижимаясь губами к его губам. Он тут же сжал её своими сильными руками, наслаждаясь поцелуем, словно никогда прежде не делал этого. С этой женщиной у него словно всё было впервые - с ней учился жить заново, вновь смог полюбить и сам был любим. Он снова чувствовал, дышал, мечтал...