Кей Хупер - Эта колдовская ночь...

Он оторвался от ее губ.

— Бэннер… — тихо позвал он.

— Я люблю тебя, — прошептала она, притянув к себе его голову и страстно целуя его в губы.

Глухой стон вырвался у него из груди, его губы завладели ее губами, язык проникал все глубже. Она отвечала на его поцелуй, и это заставило их страсть разгореться с такой силой, что не было уже никакой возможности сдерживать ее.

Рори поднял Бэннер на руки и понес в спальню, где свет из мастерской падал прямо на кровать, все остальное же скрывала тень. Потом он осторожно поставил ее на ноги, обеими руками приподнял ее лицо и заглянул в глаза. И тут его осенило.

— Черт возьми, да ты все это подстроила! — изумленно воскликнул он.

— Мог бы, как джентльмен, этого не заметить, — пробормотала она, расстегивая пуговицы на его рубашке.

Рори смеялся, как сумасшедший, в то время как пальцы его так же ловко расстегнули ее легкую блузку.

— Вы не дама, миледи, — поддразнил он, пробегая губами от ее подбородка к шее.

— А я не хочу сейчас быть дамой, — выдохнула Бэннер.

Рубашка и блузка упали на пол, джинсы и туфли полетели прочь, ненужные и забытые. Белье соскользнуло к ногам, сорванное нетерпеливыми руками, — и между ними не осталось никаких преград.

Бэннер с интересом посмотрела на Рори — и где-то внутри нее зародился жар, который сразу охватил все тело. Он был так красив, что у нее сжалось горло, а восхищение, которое читалось в его взгляде, заставляло ее чувствовать себя красивее во сто крат.

Он перевел дыхание, крепко прижав ее к себе на какой-то ошеломительный миг, потом одной рукой откинул покрывало и осторожно положил ее на кровать.

Бэннер обвила руками его шею, и он опустился рядом с ней. Ее дыхание было быстрым и прерывистым, дрожь сотрясала ее тело. Пальцы зарылись в волосы у него на затылке, губы отвечали на его поцелуи. Каждое его прикосновение вызывало в ней новую волну желания, и это продолжалось, пока у нее не закружилась голова.

Своим телом Рори почти полностью накрыл ее, не давая Бэннер пошевелиться. Он целовал ее закрытые глаза, брови, щеки, долгим поцелуем приникал к ее зовущим губам. И хотя его тело было напряжено и охвачено жаром, казалось, что он решил окончательно измучить их обоих. Медленно, неторопливо, как будто у них была в запасе вечность, он изучал ее тело. Его руки исследовали вздрагивающую плоть, не пропуская ни одной выпуклости, ни одного изгиба. Губы следовали за руками с нежной страстью.

Желание все больше и больше охватывало Бэннер. Ей казалось, что не кровь, а расплавленное желание течет в ее жилах. Внутри нее росла голодная пустота, которую ей хотелось поскорее заполнить. Ее лицо окрасилось румянцем, руки сжимали его плечи так, что побелели костяшки пальцев.

Руки и губы Рори добрались до самых интимных местечек, и это заставляло ее стонать и метаться в его объятиях.

— Рори… — шептала она.

— Господи, Бэннер, как же я хочу тебя! — Он пожирал ее глазами, осторожно двигаясь на ней. Он приник к ее губам глубоким нежным поцелуем, потом поднял голову и заглянул в ее зовущие зеленые глаза. — И я люблю тебя, — прошептал он, не прекращая осторожного движения.

И когда он вошел в нее, она только прерывисто вздохнула и широко раскрытыми глазами посмотрела на него. Она обхватила руками его шею, как бы заявляя свои права на него. В ней вдруг проснулась дикая, первобытная женщина, ликующая от уверенности, что ее мужчина любит ее. Она отдавалась ему с радостью, со страстью, с желанием слиться с ним в этом бушующем пламени, которое грозило испепелить их обоих.

Они двигались все быстрее, ускоряя бег к желанному финалу. Дыхание стало быстрым и прерывистым, тела сплелись и двигались в едином ритме навстречу удовлетворению. Два сердца бились в унисон, и два голоса наперебой шептали слова любви…

Бэннер удержала его, когда он начал подниматься, что-то тихонько пробормотав просящим тоном.

— Я слишком тяжелый, — выдохнул он куда-то ей в шею.

— Нет. — Ее пальцы лениво скользили по выпуклым мышцам его спины и плеч. Она любовалась его золотистой кожей, которая матово блестела, отражая свет, идущий из комнаты. Даже намек на сожаление о происшедшем не омрачил ее блаженного состояния. Рори вздохнул.

— Вы такая тоненькая, миледи. Я боюсь сделать вам больно, — прошептал он.

— Нет. — Она дотронулась до его щеки, когда он поднял голову, и улыбнулась, глядя в серые глаза. — Нет, ты не сделаешь мне больно.

Он понял, что она хочет сказать, и ему пришлось проглотить вставший в горле комок, прежде чем он смог говорить беззаботным тоном:

— Если бы я знал, что именно заставит тебя передумать, я не стал бы так чертовски терпеливо ждать все это время.

Бэннер загадочно улыбнулась.

— Я передумала еще до того, как мы пришли сюда, — заявила она.

— Но тогда что именно заставило тебя сделать это? — удивился он.

— Твой прыжок, — серьезно проговорила она.

Ее улыбка увяла, сменившись тревожным выражением, когда она подумала, чем все могло кончиться.

— Ты знаешь, я ведь могла тебя потерять… — сказала она. — Я видела, как лошади падают, выполняя менее рискованные прыжки. И когда Паж благополучно приземлился, я решила, что должна воспользоваться этой удачей.

— Так ты веришь мне? — изумленно спросил он. Она пригнула к себе его голову для очередного поцелуя.

— Ну конечно, я верю тебе, дурачок, — промурлыкала она и коснулась его губами.

Вдруг Рори поднял голову, и в его глазах появился воинственный блеск.

— Так, подожди-ка минутку. Если ты передумала до того, как мы пришли сюда, значит… — Тень догадки мелькнула, но тут же погасла — он еще не был уверен полностью.

— М-м-м? — Бэннер решила, что ей определенно нравится на вкус его кожа.

— Значит, черт возьми, ты меня разыгрывала? — Он изобразил, как сильно на нее сердится.

— Разыгрывала? Это был не розыгрыш. Каждое мое слово было истинной правдой, — решительно заявила она.

Рори нахмурился, пытаясь сосредоточиться, а потом понял, что все ее слова могли иметь совсем не то значение, которое придавал им он.

— Но ты и не скрывала, что разыгрываешь меня, — сердито заключил он.

— Ну что ты, вовсе нет. — Она откинула с его лба густую прядь светлых волос и нежно улыбнулась. — Это был тщательно продуманный, но родившийся под влиянием момента план.

— Ты маленькая ведьма! — Он был поражен. Бэннер восприняла это как комплимент.

— Ну, понимаешь, ты был так занят соблюдением приличий, что я просто вынуждена была что-нибудь сделать. Тебе не кажется, что это неплохо сработало? — спросила она и удовлетворенно вздохнула.

— Сработало. — Он шутливо нахмурился. — Однако я не уверен, что мне нравится, когда мной манипулируют.