Норма Бейшир - Время легенд

— Нет, не поддерживали, — согласилась Элис. — Мы узнали об этом от того человека, который велел нам забрать тебя из пансиона.

— Кто этот человек? — спросила Джейм. — Кто велел забрать меня?

— Это не имеет значения…

— Для меня имеет! — упрямо настаивала Джейм.

Элис пропустила ее слова мимо ушей.

— Главное в том, Джейм, что твой отец похитил огромную сумму денег, которые ему не принадлежали, и решил скрыться, но самолет потерпел катастрофу, — сказала она девочке.

Джейм энергично замотала головой.

— Нет. Мой папа ни за что не сделал бы этого, — возразила она. — Никогда и ни за что. И мне плевать, что говорите вы или кто-то еще.

Голос женщины смягчился.

— Мне очень жаль, Джейм. Я не хотела, чтобы ты об этом узнала, — заговорила она, словно извиняясь. — Твой папа не собирался возвращаться домой.

— Лгунья! — воскликнула Джейм и, схватив с подноса стакан молока, с яростью швырнула его в лицо Элис. — Вы лжете!

Стакан упал на пол и разбился. Прежде чем Элис успела остановить девочку, та выскочила из комнаты, с треском захлопнув за собой дверь.

Джейм сидела на огромном валуне на берегу, безучастно взирая на спокойные темные воды залива. Ее заплаканные глаза припухли и болели, волосы прилипли к мокрым от слез щекам. Дул сильный холодный ветер, Джейм начинала замерзать, но ей было все равно. Теперь уже ничто не имело значения. Джейм не хотела возвращаться в дом, даже если ей было суждено погибнуть здесь от холода. Элис солгала ей об отце, и она не хотела больше видеть эту женщину.

— Я так и знал, что найду тебя здесь.

Услышав смутно знакомый голос, Джейм подняла голову. В нескольких футах от нее стоял Джозеф Харкорт, кутаясь в теплое пальто и глядя на девочку с усталой улыбкой.

— Я не вернусь, — упрямо заявила она. — Вы не можете меня заставить.

— Могу, — возразил Джозеф, — но я хочу, чтобы ты вернулась по своей воле, — добавил он.

Джейм покачала головой.

— Ни за что, — мрачно отозвалась она. — Я больше не хочу встречаться с этой женщиной.

— Под «этой женщиной» ты, очевидно, подразумеваешь свою тетю, — сказал Джозеф, продолжая улыбаться.

Джейм нахмурилась и кивнула.

— Она сказала о моем папе не правду. Я знаю, она лжет.

Джозеф нерешительно помедлил.

— Нет, Элис не солгала, — ответил он, усаживаясь рядом с девочкой. — Она лишь передала тебе то, что сказали нам.

— Папа ни за что не сделал бы тех вещей, о которых она мне говорила, — продолжала упрямиться Джейм.

Джозеф терпеливо улыбнулся.

— Я знаю, как ты любишь папу, как ты веришь в него. Откровенно говоря, нам, вероятно, никогда не удастся точно узнать, что с ним приключилось, — мягко произнес он, обняв девочку и глядя на нее сверху вниз. — Твой папа очень любил тебя, и, если бы у него была возможность вернуться, он обязательно так бы и поступил.

— Это точно. — Джейм помолчала и добавила:

— А он действительно умер? Я имею в виду, нам пришлют его тело, чтобы мы могли похоронить его, как маму?

— Вряд ли, — сказал Джозеф, нахмурившись.

— Почему? — спросила Джейм, бросив на него озадаченный взгляд.

Харкорт набрал полную грудь воздуха.

— Самолет врезался в землю и загорелся. Там почти ничто не уцелело…

Джейм напряглась.

— Так значит, папа мог остаться в живых! — воскликнула она, впервые за все время улыбнувшись.

— Его имя числилось в списке пассажиров, — с печалью произнес Джозеф.

— Папа очень часто резервировал место в самолете, но так и не улетал, — возразила девочка. — У него была такая суматошная работа, что он иногда не знал до последней минуты…

— На твоем месте я бы не стал очень уж рассчитывать на это, — заговорил Джозеф.

Джейм покачала головой:

— Неужели вы не понимаете? Если папа жив, он вернется ко мне. Я знаю, он вернется!

Джозеф привлек ее ближе к себе.

— Я от всей души желаю, чтобы твои надежды сбылись.

Джейм оставалось лишь гадать, насколько искренними были его слова.

Шли дни, и надежды Джейм постепенно угасали. Порой она засыпала ночью, лишь окончательно обессилев от слез. Большую часть времени она проводила, запершись в своей спальне либо бродя в одиночестве по берегу залива. Теперь она редко заглядывала в конюшни, предоставив конюхам заботиться о Кристобале и выгуливать его. Ее ничто не интересовало, все казалось пустым и ненужным. Она почти не разговаривала с людьми, разве что с Джозефом Харкортом, и пользовалась любым предлогом, чтобы поменьше бывать в обществе Элис.

Джейм ела только у себя в комнате, хотя Элис поначалу энергично протестовала. Там же она проводила вечера, забавляясь с музыкальной шкатулкой либо рассматривая фотоальбом, который ей помог собрать отец. Порой взгляд Джейм надолго застывал на фотографии Фрэнсис в подвенечном платье, как будто она пыталась проникнуть в душу матери. Джейм пыталась понять маму, пыталась представить, чем она так плоха, если даже родная мать не смогла ее полюбить.

После этого Джейм брала в руки снимок отца — свой любимый, тот самый, что сделала сама. Отец стоял, прислонившись к забору конюшни, одетый в простую голубую рубаху и серую куртку. Он счастливо улыбался. Все воспоминания Джейм об отце были наполнены радостью. Во всем мире она не любила никого и ничто так, как папу, и ни капли не сомневалась в том, что он любит ее.

«Если ты жив, папа, ты обязательно приедешь за мной, — думала она. — Я знаю, ты обязательно приедешь».

— Я хочу вернуться в «Брайар-Ридж», — заявила Джейм во время завтрака одним воскресным утром. С тех пор как Харкорты привезли ее в Саунд-Бич, миновал целый месяц, и сегодня девочка впервые села с ними за обеденный стол.

Элис с озабоченным выражением на лице протянула супругу корзиночку с горячими пресными лепешками.

— Ты действительно этого хочешь, Джейм? — спросила она.

— Придется, — просто сказала девочка. — Я и так изрядно запустила занятия, мне потребуются недели, чтобы наверстать упущенное. Теперь, когда папы нет, мой родной дом не здесь, а в «Брайар-Ридж». Там остались мои подруги.

— Если ты и впрямь хочешь туда вернуться — что ж, так тому и быть, — поспешно вставил Джозеф, оборачиваясь к жене. — Ведь правда, Элис?

— Да, разумеется, — неохотно согласилась та.

— Спасибо. — Джейм отложила вилку и растянула губы в улыбке. — Можно мне встать из-за стола?

— Да, конечно, — ответил Харкорт.

Джейм поднялась на ноги и выбежала из столовой.

Услышав ее торопливые шаги по лестнице, Элис повернулась к супругу:

— А что, если он попытается связаться с ней? Что, если он напишет или позвонит…