Лазарус - Джессика Гаджиала

Минуту спустя другая женщина подошла к бару рядом со мной и заказала мартини. — Мне нужно около шести, чтобы забыть всю эту кровь, — объяснила она, качая головой.

Когда бой закончился, раздался громкий взрыв радости и гнева, Слейт потерял сознание в центре ринга, когда Паган победоносно поднял руки вверх.

Он покинул ринг весь в крови, но не направился туда, где исчез Лазарус, чтобы переодеться, что, по-видимому, было своего рода раздевалкой.

Нет.

Вместо этого он направился прямо ко мне. Нам. В бар. Не важно.

Он встал между мной и другой женщиной, заказал неразбавленный виски и одним глотком опрокинул его в себя, швырнув стакан обратно на стойку, оставив кровавые отпечатки пальцев на стекле.

Его темные глаза остановились на мне, брови сошлись вместе. — Ты с Лазом.

— Я, ах… да, — я запнулась на своих словах, чувствуя странное желание извиваться под его пристальным вниманием. В нем было что-то первобытное. Может быть, дело было в том, что он был весь в крови и поту, но я чувствовала, что это было нечто большее, это было что-то, что просачивалось из его пор.

— Хорошо, — сказал он с кивком и повернулся, чтобы посмотреть на другую женщину, слегка улыбнувшись ей. — Привет, красавица, — сказал он глубоким, сексуальным голосом.

Черт возьми, я почувствовала, как мой живот немного налился тяжестью, и я стала искать Лазаруса. В нем просто что-то было.

Очевидно, другая женщина не была так же поражена. Или, что более вероятно, она была, но не хотела показывать этого. Все в ней говорило о «деньгах», а «денежные» женщины не заводились от кровавых бойцов в клетке по имени Паган.

— Я тебе не красавица, — сказала она холодным тоном.

Глубокая рана рядом с его глазом открыто кровоточила по его лицу, на что он, казалось, совершенно не обращал внимания, когда одарил ее медленной, дьявольской улыбкой, явно не поняв намека. — Нет? — спросил он, слегка наклонив голову на бок, когда сделал всего один шаг ближе, его окровавленная одежда угрожала испачкать ее дорогое темно-зеленое платье.

— Нет, — сказала она, но я бы поклялась, что ее тон был немного более задыхающимся.

— О, держу пари, я могу заставить тебя согласиться позволить мне погладить тебя везде, где я захочу, — сказал он, придвигаясь еще ближе, и дыхание женщины стало немного прерывистым. Я не винила ее. Он был абсолютно на сто процентов первобытным альфа-самцом, жаждущим победы. Или нет. Было не понятно. — Ты так не думаешь, котенок? — спросил он, и я увидела, как рухнула последняя ее защита, когда его окровавленная рука поднялась, схватила ее сзади за шею и притянула ее нетронутое тело к своему разбитому. Потом они поцеловались прямо там. И это был не просто поцелуй. Я бы поклялась, что он пытался сожрать ее.

— Паган. Комната, — прозвучал глубокий отрывистый голос за мной, заставив меня виновато подпрыгнуть, осознав, что я пялилась, как придурок. Я оглянулась и увидела Росса Уорда, стоящего там с бесстрастным лицом, как будто было нормально видеть, что его люди наполовину занимаются этим в его клубе. Паган продолжал в течение короткой минуты, прежде чем потащить женщину за собой. Когда я снова посмотрела на Росса, он пожал плечами. — Большинству из них нужна женщина после драки, — объяснил он, подходя ко мне и кивая в сторону бармена. Когда он протянул мне стакан, я сразу же начала качать головой, но он вложил его мне в руки. — Это имбирный эль, — объяснил он. — Ты очевидно проходишь детоксикацию, — с этими словами он взял свой напиток и ушел.

Очевидно?

Очевидно?

Было ли это действительно так очевидно? Я имею в виду, я знала, что выгляжу немного бледной и осунувшейся, и, возможно, у меня были синяки от бессонной ночи под глазами и тому подобное, но я не думала, что это было каким-то образом очевидно.

— Что означает этот взгляд, милая? — спросил Лазарус. Я даже не заметила, как он подошел, наблюдая, как уходит его босс. Поэтому, когда я подняла глаза и обнаружила его в шортах и больше ни в чем, я была почти уверена, что мой рот открылся, когда мои глаза скользнули вниз по его груди, его прессу, рассматривая шрам, который выглядел большим, и, возможно, затем даже скользнула ниже. — Продолжай так смотреть на меня, милая, и я пропущу свой бой, потому что я буду трахать тебя в раздевалке.

Пойманная, я покачала головой, пытаясь спасти свою гордость. — Я выгляжу так, будто прохожу детоксикацию? — спросила я немного нуждающимся голосом.

Его голова склонилась набок, и он выдохнул, я была уверена, что его пресс сделал потрясающее сокращение, но я не сводила глаз с его лица, прежде чем поимею его снова у него на глазах.

— Уорд, — прорычал он, качая головой, — извини, иногда он ведет себя как придурок. Никаких социальных навыков, о которых можно было бы говорить. Нет, Бетани. Ты выглядишь прекрасно и, может быть, просто немного устала. И как будто у тебя болят ноги, — добавил он с ухмылкой. — Вот и все. И как только я покончу с этим дерьмом, — сказал он, указывая на клетку, где несколько охранников тщательно вытирали кровь, насколько могли, — я отведу тебя обратно в здание клуба и заставлю забыть обо всей усталости и боли, — пообещал он и с этими прекрасными прощальными словами направился к клетке.

Может быть, немного чересчур возбужденная, я сама пошла туда на онемевших и кричащих ногах. У меня точно не было никакого желания смотреть, как Лазарусу причиняют боль, но я подумала, что это может показаться невежливым или как будто мне неинтересно, если я не буду стоять там для поддержки.

— Draga mea, — поприветствовал меня Эдисон, когда я подошла к нему, — не волнуйся, — продолжил он, явно действуя мне на нервы, — я дрался с Лазом. Он может постоять за себя.

— Ты дрался с Лазом? — спросила я, в замешательстве сдвинув брови. Разве братья не должны были быть… братьями? — Почему?

— Разногласия по кулинарным мнениям, — сказал он, улыбаясь.

— Вы… подрались из-за готовки? — спросила я, совершенно не понимая.

— Честно говоря, я только что отошел от того, что меня месяцами держали в подвале. Я был на взводе.

И прямо тогда