Ольга Свириденкова - Ведьмины цветы

Ознакомительный фрагмент

– Я хочу поехать вместе с братом, – капризно заявила она, топнув для пущей убедительности ногой. – Я не оставлю Алексея без поддержки в такой трудный час.

Петр Андреевич философски пожал плечами.

– Не вижу причин возражать. Небольшой отдых от столичного шума пойдет тебе только на пользу.

День блистательной светской красавицы графини Анастасии Белозерской начинался в уютном будуаре, куда она после совершения утреннего туалета перебиралась из роскошной спальни. Предназначенный для приемов «самых близких друзей», маленький будуар являл собой истинное олицетворение комфорта. Обитые нежно-голубым муаром стены и такие же драпировки на окнах, мебель с мягкими сиденьями, белый обюссоновский ковер с рисунком из роз – все так и располагало к ленивому отдыху и интимным беседам.

В это утро графиня полулежала на низкой фигурной кушетке и неспешно потягивала кофе. Время было самое раннее – одиннадцать часов, и Анастасия куталась в пеньюар из белоснежного муслина, отделанного тонкими кружевами и розовыми атласными лентами. Ее распущенные черные волосы украшал невесомый тюлевый чепчик с живой веточкой яблони. Графиня укрыла изящные ножки в белых ажурных чулочках под розовой кашемировой шалью. Поза светской красавицы дышала соблазном и негой: ведь Анастасия ждала не кого-то там, а своего mon amie, что в переводе на грубый русский язык означало «милый друг».

Прелестное личико графини, подкрашенное незаметной косметикой, выглядело чуть бледнее обычного. И это имело свое объяснение: последние дни доставили ей немало переживаний. Ее дорогой Алекс едва не погиб на дуэли, а затем подвергся гневу императора, что было не менее опасным. Но теперь, слава Богу, все эти чудовищные волнения остались позади.

Услышав в коридоре твердые мужские шаги, Анастасия быстро взглянула на себя в маленькое зеркальце, а затем вернулась в прежнюю непринужденно-изнеженную позу. Вскоре Алексей Тверской вошел в будуар, и, сбросив на ходу перчатки и фуражку, направился прямиком к кушетке.

– Боже, как я рада, что снова вижу вас целым и невредимым, – промолвила Анастасия, протягивая руку для поцелуя. – Это было так ужасно! Я не спала две ночи, тревожась за вашу жизнь.

– Я пришел проститься, Анастази. – Алексей невесело посмотрел на молодую женщину. – Мне придется на время уехать из Петербурга. Император требует, чтобы я отправился в Смоленскую губернию… за будущей княгиней Тверской.

– О нет!

– Увы, это так. Но послушайте, как было дело…

В продолжение подробного рассказа об императорском приеме Анастасия раз десять подносила к лицу хрустальный флакон с нюхательными солями, дабы избежать обморока. Но вот Алексей замолчал, и в будуаре на несколько минут повисло напряженное молчание. Наконец, «мужественно преодолев дурноту», графиня грациозным движением отбросила шаль, соскользнула с кушетки и, подойдя к стоящему у окна Алексею, ласково заглянула ему в глаза.

– Понимаю, как тебе нелегко, но не стоит смотреть на вещи так мрачно, – сказала она тихо и проникновенно, чуть касаясь его плеча. – Помни, что у тебя есть я, и, как бы там ни сложилось в дальнейшем, я всегда готова тебя поддержать.

По лицу Алексея скользнула едва уловимая усмешка.

– Я приму это к сведению, – ответил он, мягко привлекая женщину к себе.

Не совсем довольная столь прозаическим ответом, Анастасия капризно поджала губки. Однако в следующий момент она напрочь забыла о своем недовольстве, так как нежные руки mon amie уже восхитительно скользили по гладкому шелку ее пеньюара. Тихо ахнув, Анастасия порывисто подалась назад, будто столь быстрый и неожиданный напор слегка шокировал ее. Однако этот наигранный испуг ничуть не смутил Алексея, хорошо изучившего любовницу за полгода близкого общения. Не отпуская женщину, он протянул руку к оконному шнуру, и шелковая портьера с мягким шелестом скользнула вниз, погрузив будуар в интригующий полумрак. Минутой позже яблоневая веточка с чепчика графини также упала на ковер, смешавшись с букетом вытканных цветов.

Час спустя, уже распрощавшись с Анастасией и направляясь в сторону Невского проспекта, Алексей с неудовольствием отметил, что его настроение еще более ухудшилось. Погода была чудесная, приближался июнь, со дня на день двор должен был перебраться в Петергоф, Павловск или Царское село. А он, вместо того, чтобы, как все нормальные люди, готовиться к летним развлечениям, собирался в деревенскую глушь. Да еще ради такого прескверного дела.

Совсем иные чувства обуревали в эти минуты его утонченную любовницу. Дождавшись, пока Тверской покинет особняк, Анастасия раздвинула занавески, кликнула горничную и велела подавать завтрак. Подкрепившись с завидным аппетитом, графиня объявила, что едет кататься по Английской набережной, и начала собираться. Настроение ее с каждой минутой становилось все более приподнятым. Известие о том, что Алексей Тверской должен жениться на глупой деревенской уродине, привело Анастасию в восторг. Ведь это означало, что он будет нуждаться в понимающей утешительнице, а кто сможет справиться с этой задачей лучше, чем она сама?

– Уж теперь-то он точно меня не бросит, – весело мурлыкала она, прихорашиваясь перед зеркалом. – И, самое главное, – наши петербургские невесты и их отвратительные мамаши наконец перестанут за ним охотиться. Да, все складывается как нельзя лучше. С такой ужасной женой Алекс вынужден будет иметь любовницу. Хотя бы ради того, чтобы не сделаться посмешищем в глазах приятелей.

Елена, старшая дочь Михаила Потапыча Безякина, только что проснулась, когда в ее спальню, победно размахивая перед собой какой-то запиской, влетела взволнованная сестра.

– Леночка, родная моя, – с порога закричала Лиза, – ты даже не догадываешься, какие у меня потрясающие новости! Боже мой, до сих пор не могу прийти в себя! Вот, посмотри. – Плюхнувшись на кровать рядом с сестрой, Лиза сунула ей в руки несколько измятый лист бумаги. – Прочти вот здесь, это официальное письмо от командира Семеновского полка, которое мне только что вручил нарочный.

Озадаченно взглянув на сестру, Елена углубилась в чтение. Дойдя до конца, она перечитала его во второй раз и в третий, а затем порывисто отбросила одеяло и переместилась поближе к Лизе.

– Господи, – ее голос звучал взволнованно, – да, в это действительно трудно поверить, однако сомнений не остается. Командир полка, в который недавно перевелся Дмитрий Глебов, сообщает, что три недели назад тот был убит на дуэли. Так, значит, – Елена слегка покусала губы и выразительно взглянула на Лизу, – теперь ты свободна?