Медаль благородных - Алеся Кузнецова

столе разместились листы бумаги со схемами, перемежающимися множеством треугольников, которые машинально выводила Арина.

– Давай еще раз по пунктам все, что случилось в твоей жизни месяц или два назад накануне травли.

– Я выступила на конференции психотерапевтов, и это был оглушительный успех. В зале было полторы тысячи именитых специалистов из самых разных городов.

– Теоретически могло взыграть чье-то самолюбие. Но могло ли оно так взыграть, чтобы нанять смм-щиков? Эти комментарии… их же не просто так строчат. Такая работа тоже денег стоит. Могла ли ты своим ярким успехом разозлить кого-то из коллег так, что они бы заплатили кровно заработанные только чтобы навредить тебе?

– Сомнительно, наверное, там большей частью серьезные специалисты были, хотя… мало ли в мире психов.

– Среди психотерапевтов? – вопросительно поднял бровь Артур.

– Проехали, – улыбнулась Арина. – Гипотеза сомнительная.

– Идем дальше.

– Месяц назад меня пригласили экспертом на постоянной основе в телешоу Петра Дягилева на первом канале.

– Здесь уже выбор у нас побольше. Помимо реальных специалистов, можно закинуть в круг подозреваемых целую толпу инфоцыган.

Арина рассмеялась:

– Или охотников за ними. Добавь себя в список. Примерно в это же время ты пришел на сеанс и рассказал о ненависти, которую испытываешь ко мне.

– Я не говорил, что испытываю ее к тебе.

– Артур, я хороший специалист. Мне не надо говорить. Хотя, на самом деле здесь имел место перенос эмоций на более безопасный объект.

– Типа я сам себя убедил, что испытываю столь мощную эмоцию к барышне с сырниками из интернета не только потому что с детства ненавижу сырники и лицемерие, и она загубила своими россказнями свадьбу моего Сокола, а заодно и его победу на чемпионате?

– Точно.

– И к кому же тогда я ее испытываю на самом деле? Только не говори, что к бабушке, которая заставляла меня питаться жареным творогом в детстве.

– Скажешь тоже, – фыркнула Арина, – жареный творог… И бабушка ни при чем, сейчас так модно искать проблемы в детстве только потому, что это еще одна шикарная возможность переложить ответственность с себя на других.

– Нет, у меня была прекрасная бабуля. Я ее обожал просто. А какое у меня детство было в витебских лесах… Мы же там в почти настоящих окопах играли. После войны много всего осталось. Я все каникулы там проводил. Ладно… Там меня и заметили для спорта. Представляешь? Прямо в деревне у бабушки с дедушкой школьный физрук. Отчаянный мужик был. Горел своим делом. На каникулах вроде мог и не заниматься ничем, а он что только не придумывал. Ну и я как-то влился к ним в школьно-дворовую команду еще вместе с несколькими парнями. У меня еще друг был, из России, кстати. Захар тоже на каникулы приезжал. Ох мы с ним там давали жару. А когда пришли отбирать в школу мальчишек тренеры из Минска, то местный физрук не только своих показал, но и всех, кто к нему просто на каникулах приходил. Нас с Захаром сразу и отобрали. Только Захара спорт не особо интересовал, а у меня прямо глаза загорелись. Вот так с восьми лет все и началось с партизанских белорусских лесов, где мы летом устраивали военный штаб и полевой госпиталь, а зимой на лыжах шли тропами и представляли себя разведчиками.

– Хорошее у тебя детство было. А меня одна мама воспитывала.

– У нас большая семья, дружная. А когда все братья двоюродные приезжали, то бабуля с дедом выставляли посреди гостинной комнаты большой стол, потому что мы не помещались на кухне.

– Сейчас встречаетесь?

– Редко. Выросли все. У каждого свои заботы. Да и дом тот давно продали.

– Понятно.

– Так что твоя идея с переносом ненависти с кого-то из близких на незнакомого специалиста, торгующего в сети счастьем, не выдерживает критики при рассмотрении.

– А я и не говорила, что ты эту ненависть с кого-то из близких перенес. Лучше думай, ты же сказал, что сообразительный.

Артур рассмеялся и задумался. И вдруг помрачнел, вытянул губы трубочкой и сокрушенно кивнул головой:

– Я никогда не думал, что так может быть… Да, эту ненавить я с себя на тебя перенес. А потом с тобой познакомился.

– И что?

– И увидел, какая ты.

– Какая?

– Не важно, ты замужем.

– Я помню. Возвращаемся к списку подозреваемых.

– Кстати, а муж твой мог бы что-то подобное замутить?

– Ты что? С ума сошел? К тому же я с Костей с девятнадцати лет знакома, а не с прошлого месяца.

– Ну может в прошлом месяце что-то изменилось?

– Ничего не меняется уже много лет, – тихо улыбнулась Арина. Наша жизнь размерена и привычна.

– А ему в принципе может быть выгодно твое падение? Ну например, его много лет мучает чувство нереализованности рядом с мега популярной и яркой женой?

– А я разве яркая? Я всегда старалась быть максимально сдержанной, я бы даже сказала классически сдержанной. И к тому же в случае моего падения Костя теряет все. У нас в семье заработок на мне. На нем все остальное.

– Понятно. Завидующие сестры? Мечтающие уничтожить подруги?

– Сестер у меня нет. Мы с мамой всю жизнь вдвоем. Отец мог затаить злобу, но последний раз когда мы встречались он выглядел ужасно виноватым, да и не хватит у него ресурсов и возможностей на все это.

– Подруги?

– Женечка. Она по складу характера в принципе на такое не способна. Честная и порядочная девочка, очень одинокая в этом мире, довольно закрытая, не сильно медийная, точнее какое-то время пыталась быть звездой тусовки, но не по душе ей это было. Игорь настаивал, что в силу профессии нужно время от времени появляться на публике и в соцсетях. Вообще, у нее есть только Игорь, я и ее спортивная семья. Женечка сирота с детства. Она жила с мамой в Челябинске и мама в самом детстве отвела ее на гимнастику. А потом мамы не стало, но Женей занялся спортивный комитет. Она недавно стала в третий раз олимпийской чемпионкой, – улыбнулась Арина.

– Да ладно?! Так твоя Женя, это Алмазова, что ли? Ну и клюква… – Артур в изумлении посмотрел на улыбающуюся Арину.

– А ты думал, что только у тебя крутые знакомые среди чемпионов?

– Подожди, а этот ваш Игорь, это что… Арбалетов?! Нет! – он взялся за голову зажмурил глаза нарочито напоказ. – Нет! Только не этот хлыщ и позер!

– Да ладно, это ж детская влюбленность была.

– Ничего себе детская. Ты после нее чуть не бросила учебу, год провела в депрессии и выскочила замуж за первого встречного.

– Зато какой результат получился. Психологию освоила сразу на практике