Дениза Уайт - Между Севером и Югом

Подобные мелочи имеют очень большое значение хотя бы уже потому, что для брачного союза между совершенно разными людьми необходима безумная, всепрощающая любовь. В то время как людям, внутренне схожим, вполне достаточно глубокой дружеской привязанности и теплой душевной симпатии. Разумеется, если говорить о счастливом браке!

Джордж так измучился от всех этих размышлений, что в один прекрасный момент даже решил бросить жребий, но потом вовремя остановился.

Итогом постоянных сравнений Синтии и Долорес стало то, что он составил собственную классификацию женщин, согласно которой все они делились на два основных типа: «котят» и «львиц».

«Котята», как правило, это невысокие, хорошенькие девушки или молодые женщины, которые отличаются лукавством, игривостью, привязчивостью, иногда упрямством или даже строптивостью. С ними легко иметь дело, если только не принимать их слишком всерьез. Их приятно знакомить с родными и друзьями в качестве будущих жен, хотя даже это следует делать с юмором, поскольку некоторые «котята» ужасно своенравны!

Вообще, юмор — это главное, что требуется для умелого обращения с женщинами, а потому и разговаривать с «котятами» надо в легком и покровительственном тоне, никогда не умолять, не устраивать сцен и не выяснять отношений.

«Львицы» — это обычно высокие женщины, хотя здесь могут быть исключения, с отличной фигурой, красивыми ногами и длинной пышной гривой. У «котят» традиционная длина волос — до плеч.

«Львицы» не так милы, как «котята», зато намного элегантнее. Они горды, холодны, самоуверенны, расчетливы, поэтому с ними ни на минуту нельзя расслабляться. Их следует возводить на пьедестал, пылать к ним страстью, разыгрывать трагедии или сходить с ума от ревности. В крайнем случае, можно держаться с ними как с равными.

Это не только нравится самим «львицам», но и нисколько не удивляет окружающих.

Составление подобной классификации и отнесение к ней всех знакомых ему девушек и женщин до поры до времени забавляло Джорджа. Но вскоре он стал томиться, словно бы его раньше времени настиг мужской кризис среднего возраста, из которого имеется только один достойный выход — скорейшая женитьба.

Только кого предпочесть: «львицу» и «боевую подругу» Долорес, с которой они пережили столько смертельных опасностей, или своенравного «котенка» Синтию, которая любит гулять сама по себе? Как бы то ни было, сейчас он всей душой стремился к львице…

13

Пришла зима. Город в одночасье завалило снегом, и, словно бы на крыльях метели, примчалось и неожиданное разрешение мучившей Джорджа дилеммы. Впоследствии он не раз думал: ради того, что произошло в тот незабываемый холодный вечер, стоило основательно пострадать!

Все началось с того, что ему в офис позвонила Синтия и пригласила в ресторан, чтобы отпраздновать свое двадцатиоднолетие. Разумеется, Джордж не смог отказаться от подобного приглашения.

— Конечно, приду! — обрадованно воскликнул он. — Мне очень хочется поздравить тебя с тем, что ты стала совсем взрослой.

— Я уже давно совсем взрослая, — сдержанно произнесла Синтия. — Просто кое-кто так и остался мальчишкой, потому упорно этого не замечает.

— Уж не меня ли ты имеешь в виду? — засмеялся Джордж. — Хорош мальчишка, которому в январе следующего года исполнится уже тридцать один!

— Это зависит не от возраста, а от отношения к жизни, — последовал удививший его ответ.

— Да ты просто стала маленьким философом!

— Возможно, — задумчиво ответила Синтия. — До встречи, господин сыщик!

Положив трубку, Джордж призадумался над тем, что ему сказать Долорес. Разумеется, ревнивая аргентинка ни за что не захочет отпускать его к той, в которой с первого взгляда увидела свою соперницу.

К счастью, ему не пришлось ничего выдумывать, поскольку именно в этот вечер Долорес, по ее собственным словам, выступала в варьете и собиралась прийти домой лишь под утро.

И этот вечер оказался самым невероятным, фантастическим, безумно счастливым вечером его жизни!

Для начала выяснилось, что, кроме Джорджа, Синтия не пожелала никого видеть, и, таким образом, у них получилось нечто вроде любовного свидания.

Он сразу, едва поцеловав и поздравив Синтию, почувствовал в девушке какую-то затаенную решимость. Нельзя было сказать, что это его испугало или обрадовало, однако заставило насторожиться. Какой сюрприз ему приготовил этот славный, но отнюдь не домашний котенок?..

В тот вечер они здорово повеселились, поочередно побывав в двух самых дорогих ресторанах города, причем, несмотря на протесты Джорджа, платила Синтия.

— Мой папочка-банкир наконец-то проявил долгожданную щедрость, — со смехом объяснила она, демонстрируя «золотую» кредитную карточку. — Положил на мой счет сто тысяч долларов.

— Неплохо, — кивнул Джордж, подумав, что считает большой удачей, когда ему удается заработать подобную сумму за год.

— И, что особенно приятно, — продолжала Синтия, — в день своего рождения Сидней получил от отца втрое меньше.

— Ну, у него же была не столь знаменательная дата. К тому же не следует быть такой злорадной, — упрекнул ее Джордж. — Лучше скажи, как тебе понравился мой подарок.

— Очень понравился. Я буду его носить всегда и никогда с ним не расстанусь! — самым серьезным тоном ответила девушка.

«Не расставайся лучше со мной», — хотел было сказать Джордж, но сдержался.

Он подарил девушке тот самый золотой медальон, который снял с убитого индейца в достопамятную ночь своей встречи с Долорес — ночи, которая вполне могла стать последней в его жизни!

Как объяснили ему специалисты из Национальной галереи, медальон, хоть и не является подлинным, представляет собой мастерски сделанную в начале нашего века копию знаменитого медальона времен расцвета цивилизации инков, хранящегося в Метрополитен-музее в Нью-Йорке, и стоит немалых денег.

Джордж рассудил, что, поскольку эта вещица досталась ему в качестве боевого трофея, лучшего предназначения, чем служить подарком очаровательной девушке, найти для него просто невозможно. Вот только почему ему не пришло в голову преподнести его женщине, с которой он разделил смертельные опасности той ночи, когда был найден медальон, и которую он вроде бы намеревался назвать своей женой, осталось бы загадкой для самого Джорджа. Впрочем, он не только не увидел в этом знака свыше, но даже не задумался над сим многозначительным фактом…

Далеко за полночь они с Синтией оказались в фешенебельном ночном клубе. Клуб назывался «Казанова» и служил любимым местом сборища золотой молодежи и так называемой «творческой элиты».