Энн Максвелл - Тайные сестры

– Пока все нормально.

– Что значит «пока»? Ты ждешь какой-нибудь неприятности?

– Нет. Но когда я был здесь в прошлый раз, я тоже не ждал неприятностей.

– А когда ты был здесь в прошлый раз?

– Когда в меня стреляли.

Холодок пробежал у Кристи по спине. Она ждала, что Кейн еще что-нибудь скажет, но он молчал.

– Ты был именно здесь, когда в тебя стреляли? – допытывалась она.

– Нет, ближе к подножию Сестер.

– И что ты делал?

– Просто шел через сосновый, бор, как мы сейчас.

– И вдруг раздался выстрел?

Кейн кивнул.

– Но почему? – недоуменно спросила Кристи.

– Если верить Деннеру, кто-то принял меня за оленя.

Кристи посмотрела на него. На оленя он был совершенно не похож.

– Я думаю, это возможно, – сказала она. – Такое часто случается во время охотничьего сезона.

– Это был не охотничий сезон.

– Ты тогда занимался своим гробокопательством?

– Слушай, Рыженькая, для тебя мое «гробокопательство», может быть, и забава, но вообще-то это серьезное правонарушение, – тихо сказал Кейн. – Если заметят, что я подобрал какой-нибудь вшивый черепок без разрешения на то владельца земли, то тюрьмы не миновать. Тем более на мне уже есть одна судимость.

– Извини.

Кейн ничего не ответил и отвернулся. Было ясно, что он нервничает.

– Извини, – сказал он через минуту, – я просто слишком обидчив, когда, речь заходит об этом. У меня нет разрешения здесь копать. Хаттон никого на свою землю не пускает, а на общей земле не позволяет копаться Бюро по пользованию землей.

– Тогда что же мы делаем здесь?

– Просто гуляем. Гулять на общей земле не возбраняется. Но если ты подберешь хоть какой-нибудь черепок, я заставлю тебя положить его обратно.

– Тогда зачем мы гуляем там, где находиться тебе неприятно?

– Потому что я надеюсь найти здесь доказательства моей теории о том, что эти земли входили в империю анасазей.

– Какие доказательства?

– Руины, черепки.

– Почему именно здесь?

– Господи, да что ты за почемучка такая?!

– Я…

– Журналистка, – подсказал он ей. – Это я уже понял.

Несколько минут они шля молча.

– Так почему? – спросила Кристи.

– Ты о чем?

– Почему ты вдруг решил, что анасази здесь жили?

– Могу показать тебе свою диссертацию, – сердито ответил Кейн.

Кристи вздохнула, но не сдалась.

– А вдруг в тебя стрелял какой-нибудь конкурент-археолог, профессионал или любитель?

Кейн рассмеялся.

– По крайней мере, – продолжала она, – это разумнее, чем считать, что тебя перепутали с оленем.

– Археологи не так хорошо стреляют.

– Что значит «хорошо»?

– Тот, кто стрелял, попал в меня с расстояния в триста ярдов.

Кристи даже остановилась.

– Откуда ты это знаешь?

– Пуля отбросила меня. Я упал. Лежа на земле, пытался понять, что произошло.

Кристи непроизвольно погладила руку Кейна.

– Между выстрелом и тем, как пуля попала в меня, прошло две секунды – может быть, чуть меньше, – спокойно объяснил он. – Это означает расстояние в триста ярдов.

Кейн снова устремился вперед.

– Это также означает, – продолжал он, – что стрелявший обладает великолепным зрением.

Кристи шла за Кейном, напряженно обдумывая его слова. По пути она задела ветку кедра. Запах клейких иголок напомнил ей гардеробную Джо-Джо.

– Неужели с такого расстояния можно рассмотреть мишень? – удивилась она.

– По крайней мере человека с оленем спутать трудно.

– А можно узнать человека?

Кейн на минуту задумался.

– Да, – сказал он наконец, – при условии, что видел его раньше.

– Ты понимаешь, что это значит? – испугалась Кристи.

– Конечно. Тот, кто стрелял в меня, отлично знал, кто перед ним. Никакой это не несчастный случай, Рыженькая. Убийство. Самое настоящее убийство.

ГЛАВА 12

Кристи застыла на месте, не в силах двинуться дальше. Смысл слов Кейна медленно доходил до нее.

Вплоть до этого момента она не сомневалась, что это все-таки был несчастный случай. Она пыталась уверить себя, что Кейн просто не может смириться с трагической случайностью, с тем, что во всем виновата злая судьба, а вины людей здесь нет.

Но это была не слепая судьба.

«Самое настоящее убийство».

Однако даже сейчас Кристи не могла до конца поверить в это. Никто не совершает преступлений просто так. Кейн сам не знает, кому понадобилось его убивать и за что.

Тем не менее выстрел был. Доказательство – шрам на спине Кейна.

«Я стала слишком городской, – неожиданно подумала Кристи. – Мне легче поверить в несчастный случай, чем в преднамеренное убийство».

– Эй, Рыженькая! – Кейн помахал рукой перед ее лицом.

Она тупо уставилась на него.

– Ты так на меня смотришь, словно у меня выросли оленьи рога, – усмехнулся он.

– Не каждый день приходится слышать, как человек так спокойно признается, что его пытались убить.

– Я это говорю уже не первый раз.

– Но я только сейчас…

– …только сейчас в это поверила? – закончил за нее Кейн.

Кристи кивнула.

Он отвернулся.

– Черт возьми, Кейн! А ты бы поверил, если бы тебе незнакомый человек вдруг заявил, что его пытались убить, в то время как все остальные думают, что это просто несчастный случай?

Кейн провел рукой по волосам и посмотрел на Кристи через плечо.

– Пошли, – сказал он. – Хорошо бы успеть здесь все облазить до дождя.

Облака действительно собирались в тучи, угрожая дождем.

Из-за сосен выбежал Моки, радостный, с высунутым языком. Он явно наслаждался дикой природой и суровым вольным ветром. Потыкавшись носом в ладонь Кейна, он стал вертеться вокруг Кристи.

– Чего он хочет? – спросила она.

– Немногого. Всего лишь компании, когда он одинок или у него есть что-нибудь, чем он хотел бы поделиться. – И Кейн быстро зашагал вперед. Моки весело побежал за ним, и Кристи оставалось сделать то же самое.

В лесу было тепло, а на равнине ветер пронизывал до костей. Но Кристи нравились суровые скалы и суровый бег облаков над головой.

Горы, возвышавшиеся вдали, были покрыты позолотой росших на них осин. Олени и лоси в этих лесах уже, должно быть, начали собираться в стада, чтобы спуститься в долины, где еще ненадолго задержалось лето.

«Ты надеялась убежать от этого, – говорила себе Кристи, – думала, что все осталось в прошлом. Нет, вот оно, прошлое, никуда не ушло, всегда ждало тебя – всего лишь в нескольких часах полета от Манхэттена. И оно всегда будет здесь».

Когда-то эта мысль раздражала Кристи, теперь же успокаивала. Эта перемена была ей непонятна, как непонятно было и то, почему ее так влечет к Кейну. Да, что-то неумолимо влекло ее к Кейну – как и к земле своего детства.