Мэри Уибберли - Самая опасная игра

Сначала в спальне стояла тишина, но потом Девлин услышал какие-то звуки и сел на кровати. Оказывается, это рыдала Кэтрин. Она уткнулась носом в подушку, пытаясь заглушить рыдания, и закрыла лицо ладонью. Девлин терпеть не мог женского плача. Он встал с кровати, подошел к ней и тронул за плечо.

— Кэтрин?

Он чувствовал ладонью, как сотрясается все ее тело. И вдруг она замерла. Девлин услышал ее тихий, очень тихий голос.

— Прошу вас… оставьте меня в покое.

— Не могу.

Девлин повернул Кэтрин на спину и присел на краешек кровати. Он снова почувствовал, как дрожит ее тело. Нет, ни в коем случае нельзя было оставлять Кэтрин в таком состоянии, иначе она может заболеть.

— Ничего вы не можете, — прошептала Кэтрин. — И никто ничего не может. Это будет продолжаться вечно… Лучше уж умереть.

Девлин глубоко вздохнул. Что поделать, придется посвятить ее в некоторые свои планы. Последние слова Кэтрин говорили о том, что она на грани отчаяния.

— Послушайте, я же обещал вам, что во Франции все будет иначе. Я скажу вам, куда мы поедем. Это небольшая деревня, расположенная в горах Прованса. Называется Сен-Доминик. Там живет замечательная женщина. — Девлин чувствовал, что Кэтрин слушает его и начинает успокаиваться. — Она вдова тоже замечательного человека, его звали Жюль Кассон. Он, как и ваш отец, работал на французский филиал МИ-99 под кодовым названием «Немезида». Жюль умер два года назад. И он, и его жена Луиза Кассон хорошо знали вашего отца. Там вы будете не только в большей безопасности, чем здесь, но и более свободной… — Девлин замолчал. — Вы слушаете меня?

— Да, слушаю, — почти шепотом промолвила Кэтрин.

— Отлично. Повторяю, там вы будете в гораздо большей безопасности, поскольку МИ-99 не знает о нашем с ней знакомстве… Более того, МИ-99 даже не знает, что она жива.

Удивленная Кэтрин уставилась на Девлина.

— Что? Как это может быть?

— После смерти Жюля она сменила фамилию, а сыну велела сообщить в офис МИ-99, что она тоже умерла. Сейчас Луиза живет в Сен-Доминик, высоко в горах, где может спокойно заниматься живописью и садоводством. Она решила порвать все связи с «Немезидой», поскольку считает, что ее муж умер в результате многолетней и чересчур интенсивной работы на эту организацию. А Луиза знает, что ее не оставили бы в покое, агенты «Немезиды» постоянно продолжали бы искать какие-нибудь дополнительные факты, задавали бы ей вопросы…

— Да, я ее прекрасно понимаю, — пробормотала Кэтрин и усмехнулась.

Она явно возвращалась к жизни.

— Тогда вам понятно, почему она так поступила.

— Но если она официально считается умершей, то как вы узнали, что она жива?

— Луиза сама пожелала сообщить мне об этом. Только мне.

— Но почему именно вам?

Чувствовалось, что Кэтрин разбирает любопытство, с каждой минутой она все меньше и меньше ощущала себя беспомощной пешкой в чьей-то игре. Сейчас она была даже благодарна Девлину за то, что он понял ее состояние и решил приоткрыть завесу тайны. Ночной страх, неудачная попытка бегства — все это постепенно уходило на второй план. И руки Девлина, лежавшие на ее плечах, были теплыми, ласковыми… Кэтрин почувствовала себя в полной безопасности.

— Я приезжал тайком на похороны Жюля. Я уважал этого человека, восхищался им, многому научился у него, когда поступил на службу в контору. На похоронах мы и познакомились с Луизой. Потом она говорила мне, что я напомнил ей Жюля в молодости… Когда два года назад она официально умерла, ее сын тайно связался со мной и сообщил, где она живет. Один раз я ездил к ней. Разумеется, в МИ-99 об этом ничего не известно. И тогда Луиза сказала, что, если мне когда-нибудь понадобится помощь или информация, она сделает все, что в ее силах. Сейчас ее зовут Луиза Лавалье. Ей около шестидесяти, наверное. Она прекрасная художница, я видел ее работы. У них с Жюлем не было секретов друг от друга, и я подозреваю, что Луиза знает о работе мужа гораздо больше, чем ей следовало бы знать. Надо будет расспросить ее, что она может знать о Джоне. — Девлин посмотрел на Кэтрин. — А сейчас давайте спать.

— Спасибо, что рассказали мне обо всем, — пробормотала Кэтрин. — Но еще один вопрос. Как мы попадем туда?

В ее голосе появились сонные нотки.

— Хороший вопрос. У Джорджа есть двоюродный брат, который работает пилотом в частном летном клубе. С ним мы улетим на север Франции, там он высадит нас на частном аэродроме, а оттуда на машине мы отправимся в Прованс. Предупреждая ваш следующий вопрос, могу сказать, что у меня при себе несколько паспортов, один из которых французский, так что я запросто смогу взять машину напрокат.

Кэтрин боролась со сном, но ей обязательно надо было задать еще один вопрос.

— Девлин, как вы думаете, она поможет нам найти моего отца?

— Для этого мы и едем к ней. А сейчас вам надо спать, Кэтрин.

— Не уходите, — прошептала Кэтрин. — Мне надо, чтобы кто-то обнял меня… Обнимите…

Девлин вздохнул и лег на кровать рядом с ней. Он слишком устал, чтобы возражать. Кэтрин лежала под одеялом, а он поверх. Девлин протянул руку, стащил покрывало со своей кровати и накрылся им.

— Спите.

— Да, я буду спать. Я чувствую себя гораздо лучше. Простите, что попыталась сбежать.

— На вашем месте я бы поступил точно так же, — прошептал ей в ухо Девлин.

— Вы же чуть с ума меня не свели…

— Да, понимаю, больше этого не повторится. Спите.

— Мм, — промычала Кэтрин, и наступила тишина.

Девлин закрыл глаза, ему тоже ужасно хотелось спать. Кровать была не слишком широкая для двоих, особенно когда один человек такой здоровый, как он. Но Кэтрин-то худенькая, подумал Девлин и погрузился в сон.

Проснувшись, Кэтрин все вспомнила. Рука Девлина лежала на ее талии, он спал, и лицо его находилось всего в нескольких дюймах от ее лица. Рот Девлина был слегка приоткрыт, дышал он глубоко и ровно. Покрывало, которым он укрылся, частично сползло, и Кэтрин заботливо его укутала.

Так что же ей делать дальше? За окном уже было совсем светло, моросил мелкий дождь. Кэтрин было тепло и хорошо, даже уютно, несмотря на тесноту. Но надо было встать и пойти в туалет. Она начала потихоньку выползать из-под одеяла… И тут Девлин неожиданно проснулся и удивленно уставился на нее широко раскрытыми глазами.

— Мне надо встать, — пояснила Кэтрин, а Девлин пробормотал что-то и убрал руку.

Когда Кэтрин поднялась, он перекатился на середину кровати и натянул покрывало до самого подбородка.

— Чертовски неудобно, — произнес Девлин сонным голосом.

— А мне было очень удобно, — сообщила Кэтрин и вышла из спальни.