Галина Лифшиц - Тот, кто подводит черту

– Съела на ночь что-то не то.

– Нет, ничего не ела. Ряженки пакетик выпила и все. Тревожно мне просто.

– Брось. Не паникуй.

– Ты когда домой?

– Да уж скоро. Как там квартирные покупатели? Все по плану?

– С этим все в полном порядке. Совсем скоро уже.

– Ну, хоп тогда? До встречи?

– Я тебе деньги сейчас же положу! – кричит Леся на прощание.

Саша ничего не отвечает. Она слышит только шорох, дыхание, шаги.

В этом весь он! Никогда не отключит телефон. Кладет его прямо в карман рубашки или пиджака, а лишние секунды набегают. Жалко же собственных денег. Леся все забывает ему сказать, чтоб не ленился первым отключаться.

Она еще немного слушает Сашино дыхание, шаги. Вот – идет по делам, старается ради семьи, не покладая рук. Лишь бы только у него все ладилось, ничего больше и не хочется.

Настроение поднимается. Ей много не надо. Только быть рядом – и все. Без него она сама не своя, дергается по пустякам, кошмары снятся.

Ладно, недолго осталось терпеть. И не такое переживали.

На съемки

Ей предстоит тащиться за город, в Домодедово. Там, на природе, произойдет, по сюжету клипа, встреча «говнобоев» со своими зазнобами. За Лесей заезжают на машине из продюсерского центра, и то хорошо.

Она едет и читает, читает рекламные щиты: коттеджные поселки, загородные пансионы, а вот речевка администрации Московской области:

Чистое небо, зеленые дубравы,Все в порядке,Значит – мы правы!

Неужели чистое небо и зеленые дубравы – заслуга обладминистрации? Доказательство ее правоты? И тут за гранью… Леся радуется своей находке. Записывает на первом попавшемся обрывке бумажки.

Ладно, что на ребят злиться. Они же за нее переживают, приятно должно быть. Вот она сейчас приедет к ним и поднимет настроение бодрым стихом. Им по сюжету надо быть развеселыми, пусть в образ войдут.

Но они уже вошли. Проезжали мимо деревенской почты, купили местные газеты, радуются, как дети.

– Вот, Леська, слушай народную мудрость:

Эх, юбка моя,Юбка-заду валка.А под юбкой у меняХлебодобывалка!

– Да ну вас! Давайте гримироваться!

– Подожди, время есть! Смотри, полезные советы:

Кроличье салоУши спасало!

– Вот-вот, сделайте из этого хит, – предлагает Леся.

– Запросто, – уверяет Филя:

Кроличье салоУши спасало,Ты целовала,Ты целовала…Сало стекало,К шее стекало,Ты целовала,Все тебе малоО!!!!!

Сала, сала!

Собравшиеся аплодируют. Еще бы! Такая импровизация!

Потом целый день проходит в труде. Незаметно пролетает.

К вечеру все закончили. Можно и отдохнуть.

Приглашение

Ребята позвали Лесю в ресторан. Голодные все жутко.

Леся с удовольствием согласилась поехать с ними.

О детях можно было не беспокоиться: она с утра попросила Валеру отвести их к своим, знала, что вернется поздно, а после ночных кошмаров боялась оставлять Любу и Яника одних дома.

Несколько раз в течение дня она звонила им. Убеждалась, что все у них хорошо. Яник с дедушкой сражаются в шахматы, Люба читает. Или наоборот: Люба с дедушкой, Яник читает.

Однако теперь дети воспринимались ею не обычными, достаточно самостоятельными, вполне подросшими детьми, а теми жалкими, напуганными, жмущимися друг к другу птенцами из вчерашнего сна, которым отовсюду грозит опасность. Но только не у родных деда с бабкой – в этом Леся была совершенно уверена.

Разгримированные и одетые в свою обычную неприметную одежду, ребята не слишком привлекали к себе внимание. Они выбрали столик в укромном месте, чтоб не чувствовать чужих взглядов, чтоб от других столов не подходили с предложениями выпить с ними, не просили автографы. Хотелось просто пожрать и расслабиться после трудового дня.

Леся даже не знала, чего ей больше хочется – есть или спать. Весь день на ногах, а перед этим ночь практически без сна.

Да еще постоянно гложущая сердце тревога. Боязнь непонятно чего.

Может, все-таки есть у нее этот злополучный маниакально-депрессивный психоз? Отступил на время, а теперь снова вернулся терзать страхами и мыслями о преследовании? К нестерпимому чувству голода и непосильной усталости примешивалось желание выплакаться от всей души. Но одной, для себя, реветь было невкусно, а измученные ребята не самый лучший объект для выплескивания на них накопившегося негатива. Значит, надо в очередной раз заткнуться и перетерпеть.

Ели все молча, ожесточенно. Не шутили, как обычно, не дурили.

Теперь бы только передохнуть и домой добраться.

Хотя нет!

Домой совсем не хотелось. Наверняка на подходе ждет ее очередной «кирпич на голову», а дома – сны. В том, что теперь ей будут постоянно сниться мучительные истории про детей, Леся не сомневалась.

Перспективы

– Ну! – сказал вдруг Ренат, откинувшись на спинку стула. – Давай теперь, Леська, выкладывай.

Это было так неожиданно, что Леся вздрогнула.

– Что выкладывать? Деньги, ключи, телефон?

– Выкладывай, как ты дошла до жизни такой. Про свои сраные планы со сраной Турцией.

– Не хами! – возмутилась Леся. – Я, кажется, никому не давала повода…

– Давала, давала, а мне все было мало, ша-ла-лала, – пропел Филя тихонько.

Вот что значит хорошо поесть! Уже включился в творческий процесс.

– Я сейчас встану и уйду.

– Уйдешь, когда я позволю! – рыкнул Ренат, сверкнув своими чингисханскими очами.

Так, значит! Пооткровенничала. Отступила от главного жизненного принципа. Теперь получай. Обхамят, в душу наплюют и тебя же еще виноватой потом назначат.

– Ты, Леська, учти. Это последний разговор у нас, – подключился Василий. – Не потому, что мы тебя покинем на тернистом жизненном пути, а, во-первых, ты, возможно, свалишь из страны и сдадут тебя и Любку твою в публичный домик для массового пользования. Яну это тоже грозит, не сомневайся.

Там мы найти тебя не сможем. Да и искать не будем, дуру такую, потому что предупреждали, а ты не послушалась.

Но и это еще не все! Тебя с детьми могут и прикокошить, как только ты квартиру загонишь и деньги получишь. Тогда нам разговаривать уже не придется ни в каком случае.

Так что выбирай: жизнь или кошелек.

Твоя жизнь или чей-то кошелек, набитый деньгами за твою квартиру.