Энн Максвелл - Тень и шелк

— Не беспокойтесь, — с обезоруживающей улыбкой заверил ее Джонстон. — Я не только счастлив в браке, но и не соперник для энергичной молодой женщины, привыкшей карабкаться по горам Лхасы и бродить по горным тропам Катманду.

Некоторое время Дэни смотрела на него в упор.

О том, что случилось в Лхасе, она не рассказывала никому.

— В Тибете? — спокойно переспросила она. — Не так давно я жила там среди горных племен.

— И познакомились с вором по имени Фан.

— Фан? Должно быть, вы ошиблись. Моего переводчика звали иначе. И он вовсе не был вором.

Джонстон одобрительно закивал:

— Он не ошибся — невинна, но не глупа.

— Он?

— Шон Кроу, разумеется.

На этот раз скрыть удивление оказалось сложнее.

— Я работаю в «Риск лимитед», — сообщил Джонстон. — Шон — мой давний друг. По правде говоря, однажды он спас мне жизнь — как и вам.

От внимания Дэни не ускользнуло ударение, сделанное на последней фразе.

«Вы никому и ничем не обязаны. Помните об этом, если вас найдут».

Очевидно, ее наконец «нашли».

Шон оказался не прав только в одном: ему Дэни была обязана жизнью.

Да и не только жизнью: Шон дал ей понять, что все-таки нашелся один мужчина на свете, который никогда не причинит вреда женщине.

Дэни точно не знала, чем больше она обязана Шону.

— Вас прислал Шон? — спросила она напрямик.

— Нет, его босс.

— Но не Шон.

Неожиданно для себя Дэни испытала разочарование и не могла этого отрицать.

— Да, — подтвердил Джонстон. — Шон возражал. Если хотите знать правду — он был категорически против.

С этими словами Джонстон взглянул на массивные часы «ролекс» из нержавеющей стали на широком запястье. Часы странным образом не вязались с желтым галстуком-бабочкой их обладателя.

— Боюсь, наше время истекает, как сказал бы Джилли.

— Джилли? Шон упоминал о нем.

— Правда? Странно. Во всяком случае, Джилли считал, что вам будет полезно узнать: «Риск лимитед» отдал вам предпочтение перед шелком, который Шон упустил в Лхасе.

«Так решил я, Дэни, а не вы».

Он предпочел спасти Дэни, а не шелк.

— Так мы идем? — спросил Джонстон.

— Да, — отрывисто ответила Дэни. — Идем.

Джонстон повел ее вверх по Пенсильвания-авеню, к Капитолийскому холму, который находился на расстоянии трех кварталов. Он двигался пружинистым шагом, несколько странным для столь грузного человека. Шагая, Джонстон продолжал разговор.

— Как вы, должно быть, догадались по моему акценту, я родом из Канады, — сообщил он. — Я был корреспондентом одной из газет Торонто в Иране.

— Вот теперь я вспомнила вашу фамилию, — отозвалась Дэни. — Несколько лет назад вы стали заложником мятежников-курдов, верно?

Джонстон кивнул:

— У вас поразительная память.

Дэни пожала плечами.

— Я сама не раз бывала в Курдистане, — сказала она. — Эта страна славится богатой историей чудесных тканей.

Джонстон мрачно усмехнулся.

— Мои воспоминания о курдах не столь эстетичны, — пробормотал он.

— Еще бы. — Дэни нахмурилась. — Но я никогда не слышала о вашем спасении. Ваша фамилия просто исчезла со страниц газет.

— Моя компания публично отреклась от меня, заявляя, что из принципа не собирается платить выкуп.

— Замечательно.

— Разумно, — поправил Джонстон. — Моя компания в то время уже обратилась в частное агентство безопасности, специализирующееся на похищениях и выкупах.

— «Риск лимитед», — произнесла Дэни утвердительным тоном.

Джонстон кивнул:

— Вот именно.

— Частное агентство, а не правительственное, — добавила Дэни, за невозмутимостью пряча насмешку.

— Да, частное, — подтвердил Джонстон. — В современном мире крупные организации — будь то правительственные органы или транснациональные корпорации — просто не в состоянии тушить мелкие пожары, пока они не разгорятся вовсю.

Дэни не стала спорить. Она знала, что переговоры о выдаче заложников могут тянуться до бесконечности. Слишком часто их результатами становились погибшие заложники, о которых тут же забывали со вспышкой очередного террористического акта.

— Что это за агентство — «Риск лимитед»? — спросила она.

— Международный консорциум мужчин и женщин, которые доказали свою способность действовать во враждебном и беспорядочном окружении.

— А нельзя ли попроще?

Джонстон улыбнулся.

— «Риск лимитед», — произнес он, — берется за работу там, где никто не получит призов за стиль.

Дэни не сумела сдержать усмешку.

— Сомневаюсь, — произнесла она. — Стиль Шона показался мне весьма определенным.

— Вот как?

— Да, порядочность в сочетании с силой и умом, — кратко отозвалась Дэни.

— Порядочность, — повторил Джонстон, словно пробуя это слово на вкус. — Любопытно…

— А вы о нем другого мнения?

— Нет, я не сомневаюсь в его порядочности, но многие относятся к нему иначе. Его считают скорее жестким бойцом, нежели человеком, способным виртуозно вести переговоры.

— Переговоры? Да, пожалуй, пистолет можно назвать орудием переговоров, — сухо заметила Дэни.

— Я и не пытаюсь ставить Шона в один ряд с матерью Терезой. Когда переговоры оказываются неудачными, он прибегает к другим своим талантам. Так он и спас меня.

— Успешно провел переговоры?

— В сущности, он не издал ни звука. Он оглушил охранника на дворе под моим окном, вскарабкался по стене, как муха, и проник в окно.

— А потом заставил долго трястись в багаже контрабандиста?

— В моем случае — нет. Хватило пятиминутной ходьбы и вертолета наготове.

— Похоже, вертолет у Шона всегда под рукой, — заметила Дэни.

— Иметь его очень просто — было бы желание платить тысячу долларов в час, — объяснил Джонстон. Дэни захлопала ресницами.

— Должно быть, у «Риск лимитед» чудовищные накладные расходы.

— Они возмещают их чудовищной платой за услуги. Мое спасение обошлось компании примерно в миллион долларов.

«Вы никому и ничем не обязаны». "Черта с два, — горько подумала Дэни. — Я вляпалась в неприятности. А Шон и «Риск лимитед» вытащили меня.

А еще — монах Лазурной секты по имени Дорджи. Забыть о нем невозможно".

«Дорджи примирился с собой и своими богами, когда вызвался вести этот грузовик. Все, что нам остается, — позаботиться, чтобы его жертва не оказалась напрасной».

— А в какую сумму обошлось мое спасение? — осведомилась Дэни.

Джонстон молча поглядел по сторонам, собираясь вести Дэни через Пенсильвания-авеню и дальше по тротуару, вдоль южной части Капитолийского холма. Впереди высилось здание сената.

— Если бы за вас пришлось кому-то платить, — объяснил Джонстон, — например кафедре археологии, это спасение могло стоить несколько сотен тысяч долларов.