Мой босс Дьявол! - Сабина Реймс

Надеюсь, я больше никогда не встречусь с этой девушкой так, что лучше забыть эту ситуацию, как страшный сон.

Тихонько стучу в дверь босса, затем медленно вхожу. Он работает и даже не замечает чужого присутствия. Вешаю рубашки в шкаф, и на цыпочках пытаюсь незаметно выйти, но он поднимает голову и говорит: — Забронируй билеты до Сиэтла на вечер пятницы и номера в отеле.

Достаю планшет из сумки, и делаю запись в планере.

Благотворительный вечер.

Делаю пометку, чтобы не забыть, не поднимая головы — спрашиваю: — Что-то еще?

Босс удивлённо смотрит на меня, а я на него. Тогда до меня доходит, что я сказала про вечер вслух. Вероятно, он пытается понять, как я узнала. Не видя в этом ничего плохого, я спокойно отвечаю: — Левент пригласил меня. Хочет, чтобы я сопровождала его.

— Нет. — Босс отвечает таким же спокойным голосом, как и мой, но я чувствую нотки раздражения.

— Что нет?

— Это рабочий вечер, никаких развлечений.

Понятия не имею, почему он так резок, но я и сама уже все поняла. Пытаюсь сказать ему об этом, но он словно ошпаренный, вскакивает с места и в два шага оказывается передо мной.

— Или ты уже согласилась?

— Нет, боже, я ничего ему не ответила, я даже не…

Босс проводит языком по нижней губе и я замолкаю, глядя на этот, вроде бы, невинный жест. Он удовлетворенно вздыхает.

— В таком случае ты знаешь, что ответить.

Я киваю. Не хочу задавать лишних вопросов, чтобы избежать повышенного внимания. Ничего не хочу. Его подружка высосала из меня все соки за две минуты.

— Что-то еще? — Скажи нет. Скажи нет.

— Займись проектом Палермо, через пару часов скину еще несколько заданий.

Я погружаюсь в работу. Проект оказался очень интересным, а главное отлично помогал отвлечься и не думать о событиях этого худшего в истории понедельника. Все шло прекрасно, пока дьявол не начал присылать мне задания прямо из преисподней. Несколько заданий. Так он сказал? Так вот знайте, это кодовое слово к целой куче нелепых дел, от которых у меня начался нервный тик. Когда я читала их, мне показалось, что-либо он наказывает меня за сцену в чертовом лифте, либо ему скучно, и он решил поиздеваться. ДЬЯВОЛ: «Распечатай перечень всех текущих проектов в двух экземплярах. Первый — сформированный по алфавиту, второй — по датам завершения.» ДЬЯВОЛ: «Купи мне новый галстук, но только не черного и не серого цвета, что-то между.» ДЬЯВОЛ: «Принеси обед из «Риджвью». Убедись, что в блюде не превышено количество нужной мне нормы углеводов, но пусть белков будет выше. Не заказывай, поезжай туда сама» ДЬЯВОЛ: «Отправь букет с синими розами на имя Марты Скотт. Адрес найди в базе» ДЬЯВОЛ: «Принеси мне отчет о последнем проекте 2005 года, его нет в электронной базе, но должен быть в архиве.» И еще куча подобных, совершенно бессмысленных сообщений. Он точно решил помучить меня… Подождите-ка! Что если его девушка пожаловалась и это моё наказание? Скорее всего, так и есть. Господи, я все понимаю, но зачем ему проект почти двадцатилетней давности? Хотя, синие розы меня тоже смутили, где я должна найти их? К концу дня, я выполняю только несколько заданий, стараясь больше времени уделить проекту Палермо. Я не хочу сдаваться или дать ему возможность обвинить меня в том, что я не справляюсь со своей работой, поэтому, когда офис пустеет, я продолжаю работу. Спустившись в архив, я пытаюсь найти нужную мне информацию. Здесь уже никого нет, свет слегка приглушен, поэтому мне приходится светить себе фонариком от телефона, пока я шарю на стеллажах. Дверь захлопывается, следом я слышу тяжёлые шаги по полу. Сердце начинает стучать в ускоренном ритме. Медленно, я двигаюсь между стеллажами, захожу в тупик и прижимаюсь спиной к стене. — Здесь кто-то есть? — Мужской голос, не кажется мне знакомым. Наверно лучше выйти и дать о себе знать, но я словно приросла к месту. Возможно, я пересмотрела огромное количество ужастиков, но фильмы о серийных маньяках именно так и начинаются. Неизвестный, ходит по архиву, будто что-то ищет или кого-то. Меня. Мой взгляд падает на даты, указанные на одном из стеллажей рядом со мной. Две тысячи пятый год. Чудесно. Это то, что мне надо. Я наклоняюсь и беру нужную папку. Слава богу, они расставлены по порядку от первого в году до последнего. Внезапно, шаги становятся громче, и передо мной появляется высокая фигура. — Мисс? Что вы здесь делаете? — Он делает шаг ближе, я все еще не вижу его лица и отчего-то мне очень страшно. Я не доверяю людям, тем более тем, кого вижу впервые, тем более тем, с кем встречаюсь в темноте. Когда он подходит еще ближе, то достаёт телефон и светит на меня фонариком. Я щурю глаза, и он тут же опускает телефон, чтобы я могла нормально видеть. Я точно не видела этого мужчину раньше, но он не выглядит опасным. Скорее роскошным и статным. Его рост такой же высокий, как у моего босса. Мужчина одет в черный костюм и белую рубашку без галстука. Темные волосы гораздо короче, чем у мистера Стрейджа, а в ухе маленькая блестящая серьга. — Вы в порядке? Что вы делаете здесь так поздно? — Спрашивает он, делая еще шаг ближе. Я вытягиваю руку перед собой — Не подходите. Его брови хмурятся, но он останавливается. — Ладно… — Говорит он настороженным голосом. — Надеюсь, вы не призрак этого архива? Легкая улыбка касается моих губ. Я немного расслабляюсь, потому что не чувствую, что этот мужчина представляет угрозу. — Нет… Мой босс послал меня найти документ. — Ваш босс? Так поздно? Я киваю. — Да. Но, я нашла то, что нужно и уже ухожу. Мужчина светит фонарем на папку в моих руках, затем фыркает с широкой ухмылкой на лице. — Что смешного? — Ваш босс — Ричард Стрейдж? — Как вы узнали? Мужчина протягивает руку — Дэниел Ленсли. Я сжимаю губы, но руку не пожимаю, хотя следовало бы. Это тот самый мистер Ленсли. Партнер и финансовый директор компании «Srage Interprice». Именно он должен составить смету для Палермо. — Алиса Джонсон. Его улыбка становится шире, и он убирает протянутую руку в карман брюк, второй все еще держит телефон. — Простите, забыл, что вы не любите прикосновения. Мои глаза расширяются. — Откуда вы…? — Ричард. Он рассказал, что у него новая ассистентка, которая немного застенчива. Мои щеки краснеют, но больше не от слов Дэниеля, а от того,