Репо (ЛП) - Гаджиала Джессика

Мне дали кофе, насильно накормили простой овсянкой, потому что она была нужна мне для энергии, а затем сообщили, что мой первый этап тренировки включал оценку моего уровня физической подготовки. Я попыталась сообщить ему, что в этом нет никакой необходимости, что я в такой же форме, как Бассет-хаунд (прим.перев.: порода собак), то есть в никакой, но он не хотел этого слышать. Он заставил меня переодеться в одежду с монограммой, которую предлагал тренажерный зал, а затем провел со мной изнурительную тренировку. Пока меня не вырвало. Затем я получила короткую передышку, и он начал заново. Пока я не заплакала. Затем меня подтащили к рингу и заставили сесть в углу, а он присел передо мной на корточки.

— Все наладится, но я не буду тебе лгать. Это будет чертовски отстойно в течение долгого времени. Но дело в том, Мэйси, что эти люди выше, шире, сильнее и хорошо обучены. Ты не можешь стать выше или шире; ты никогда не будешь такой сильной. Но если ты сможешь смириться с этим, я смогу обучить тебя быть лучше, чем они. Тебя стошнит, ты будешь плакать, у тебя будут синяки и кровь. Это единственный способ стать лучше. Поэтому я дам тебе пять минут, чтобы прийти в себя после рвоты, слез, синяков или кровотечения. Но это все, что ты получишь. Я не могу позволить тебе быть мягкой. Мне нужно закалить тебя, если ты собираешься продолжать жить. Потрать свои пять минут. Я пойду позвоню Фейт.

Фейт, как оказалось, была подругой Кея. Она была высокой, с длинными темными волосами, миндалевидными темными глазами, идеальным женственным телом и аурой «Я никогда не буду гребаной девицей в беде, так что не смей, блядь, пытаться спасти меня». Кроме того, она, по-видимому, была классным инструктором по Крав-маге.

Она была первой фазой моего обучения самообороне.

Кей сказал мне, что мне нужно попрактиковаться с кем-то близким к моему размеру, прежде чем я двинусь дальше.

Двигаться дальше означало, что я наконец-то увижу Кея без парадной одежды, в черных баскетбольных шортах и обтягивающей черной футболке, которая выставляла на всеобщее обозрение его идеально подтянутые руки, грудь и спину. И если после тренировок с Фейт у меня появилось чувство гордости или уверенности в себе, и я даже пару раз роняла ее на землю, то на ринге с Кеем я это потеряла.

Потом, когда я начала привыкать к Кею, не то чтобы я когда-либо действительно превосходила его, он привел Гейба. Гейб был симпатичным блондином с компактным, длинноногим, но обманчиво сильным телом. Когда однажды утром Кей привел его драться со мной, я даже фыркнула, как будто он сошел с ума. Он, конечно, не выглядел так, как будто с ним было бы труднее бороться, чем с Кеем. После этого я очень быстро научилась не недооценивать людей. Потом, наконец, я познакомилась с Ксандером, который был частным детективом и охранником, который брался за все, за что платили. Это был великан с черными волосами и темными глазами. Я чуть не обмочилась при мысли о том, чтобы сразиться с ним.

Что я узнала от всех этих разных противников, так это то, что ни один из них не был особенно лучше другого, но имел разные стили боя. У Фейт были очень умелые, очень отработанные и точные движения на всех ее уроках боевых искусств. У Кея были быстрые ноги и молниеносные кулаки боксера, которым он, очевидно, и был. У Гейба был жесткий, но плавный стиль, который заставил меня подумать о правоохранительных органах. У Ксандера был быстрый, томный, отрывистый стиль уличного бойца.

Поэтому, заставив меня спарринговать со всеми ними, я была готова практически ко всему.

И Кей был прав.

Меня рвало. Я кричала. Я ударялась. Я истекала кровью.

Но я стала жесткой.

Мои мягкие края были отшлифованы в острые линии.

К пятому месяцу Кей объявил, что я почти готова.

Потом он рассказал мне о своем плане.

Я собиралась отправиться в лагерь МК Приспешники. Я собиралась стать кандидатом. Я собиралась сделать все возможное, чтобы меня приняли, потому что моя единственная надежда на долгосрочную безопасность, а не на то, чтобы бегать каждые несколько месяцев, состояла в том, чтобы внедриться в клуб, который будет стоять плечом к плечу со мной против моих врагов. Конечно, было много клубов на выбор. Но Кей доверял морали МК Приспешники. У них также была дополнительная выгода от враждебности к русским, которые в Джерси постоянно пытались украсть у них торговлю оружием.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Итак, я изучила трех главных членов: Рейна, Кэша и Волка.

Я узнала о байкерском образе жизни. Я изучила правила и табу.

Я научилась ездить на байке.

Кей научил меня перестать быть такой девчонкой.

Затем наступила самая трудная, самая мучительная часть моего обучения: уход от Кея.

Я не собираюсь лгать, я плакала, как ребенок.

Это был жалкий, длинный, уродливый, сопливый плач.

Он удивил меня, закутав меня и крепко обняв, пока я рыдала, пока не осталось слез. Это была единственная нежность, которую он когда-либо по-настоящему дарил мне, и мне было еще труднее отвернуться от него, когда он отвез меня на стоянку в Стейтен-Айленде, где мы практиковались в езде на мотоцикле, вручил мне ключи и сказал, чтобы я оставалась сильной и надрала задницу.

Но я не могла вернуться к нему. Если я вернусь к нему, то буду кричать от отчаяния, и это было то, что он думал, что выбил из меня несколько месяцев назад. Поэтому я сильно прикусила губу и заставила свои ноги двигаться вперед. Я забралась на байк, который ненавидела больше, чем то, что меня бросали на спину на ринге, развернула его и уехала.

К моей новой жизни в МК Приспешники.

Глава 11

Мейз

На следующий день, несмотря на предупреждение Кея и мое собственное лучшее суждение, я была чертовским параноиком. Поэтому, когда Репо спустился вниз и вытащил нас всех, без Лося, конечно, и Фокса, который тоже ушел из-за давления на своего брата, без сомнения, из постели, чтобы заставить нас убирать двор, в то время как он, Рейн, Волк, Кэш и половина других членов клуба сидели и наблюдали за нами, я была измотана и рассеяна.

Судя по внешнему виду Дюка и Ренни, они в конце концов перестали быть обиженными прошлой ночью и употребляли очень много алкоголя. Оба были вялыми, с опухшими красными глазами и съеживались при каждом громком шуме.

После телефонного звонка я улеглась в постель, заставляя себя заснуть, чтобы не думать о том, что уже произошло.

Пока ребята отдыхали, я вытащила телефон из кармана и отправила сообщение «ананас» Кею, прежде чем он забеспокоится.

— Хорошо, — громко захлопал Рейн, привлекая всеобщее внимание. — Новички, пора ненадолго покинуть комплекс.

При этих словах я почувствовала ужас, сильный, почти непреодолимый. И, по-видимому, это было написано у меня на лице, потому что брови Репо сошлись вместе.

— Я останусь, чтобы возглавить патрулирование. Эти ублюдки, — сказал он, махнув рукой на Волка, Кэша и Репо, — будут брать вас и проверять, как они сочтут нужным. Мы сделаем это три раза, пока каждый из них не почувствует вас и ваш потенциал в качестве участников. Сделайте свой выбор и выдвигайтесь.

С этими словами Кэш немедленно отправился за Ренни по неизвестным причинам. И Волк, что неудивительно, пошел за Дюком, оставив меня чувствовать себя очень похожей на третьеклассника, оставшегося после выбора сторон для вышибалы.

— Это означает, что ты со мной, — сказал Репо очень скучающим, очень разочарованным тоном, заставив меня задуматься, действительно ли он был недоволен тем, что застрял со мной, или он просто устраивал шоу для всех остальных. В любом случае, это немного задело.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— О, радость, — сказала я, закатив глаза, что заставило Рейна слегка усмехнуться.

— Оденьте свои жилеты, но оставьте все свои ножи здесь, — сказал он, многозначительно глядя на нас с Дюком, как будто он каким-то образом знал, что мы оба носим их. Он повернулся к своим людям, — Постарайтесь не убить их. Эта вылазка для того, чтобы выявить лучших кандидатов. — С этими словами он направился к главным воротам.