Сделка с дьяволом - Екатерина Орлова

спокойно разговаривает со мной о самых обыденных вещах. А уже в следующую секунду его губы будоражат и выбивают из колеи. Потом он за мгновение возвращается к нормальному тону и банальному разговору, и делает это так, будто секунду назад я не плавилась под его ласками. И как будто все это не имеет для него значения. И он делает все это не потому, что хочет, а потому, что просто прощупывает мои границы.

И все же он как будто хочет. По крайней мере, физиологические проявления его желания я чувствую постоянно. И утром, когда он прижал меня к стене, я чувствовала его желание, упирающееся мне в живот. Сейчас это свидетельство толкнулось мне в попку.

– О, господи, – выдыхаю и, качнув головой, опускаю взгляд на рассыпанную заварку.

– Танюша, ты долго возишься, – говорит мама, появляясь на кухне.

– Если бы мне не мешали, все уже пили бы чай, – не совсем ласково отвечаю я.

– Я как раз пришла помочь, – отзывается мама с недоумением в голосе. – Все хорошо? Ты покраснела.

– Жарко тут.

– Окна открыты во всем доме, – слегка хмурится она.

Да не от этого мне жарко, черт возьми!

Но я же не скажу это маме. Не стану объяснять, что Алексей тут… прижал меня к столу и с помощью своих губ отключил мой разум. В который раз.

– Значит, это только мне так жарко, – глухо отзываюсь я. – Мамуль, я сама приготовлю чай. Возвращайся в гостиную.

С горем пополам приготовив напитки, выношу их в гостиную, а сама иду в свою комнату, чтобы собрать еще кое-какие вещи. Например, книги, которые запланировала прочитать за лето, чтобы, когда начнется учебный год, уже быть готовой к новой программе.

А после чаепития Алексей ведет меня к большой черной машине. Открывает пассажирскую дверцу и протягивает руку, чтобы помочь мне забраться в салон. Я бросаю взгляд на довольно высоко расположенную подножку. Понимаю, что просто так мне туда не подняться, надо будет высоко задирать подол платья. А еще и сам процесс со стороны наверняка будет выглядеть некрасиво.

– Я сама могу, – произношу в надежде, что Алексей обойдет машину, чтобы сесть за руль. А у меня будет это время, чтобы хоть как-то забраться в этого черного монстра.

– Не сомневаюсь, – хмыкает мой муж.

А потом просто поднимает меня на руки и усаживает на сиденье.

– Спасибо, – смущенно бормочу я, поправляя подол платья.

– Да, – бросает Алексей лаконично и захлопывает мою дверцу.

Я смотрю на расстояние между нашими сиденьями и тихо выдыхаю. Здесь достаточно пространства, чтобы мы не сидели слишком близко друг к другу. Но перспектива ехать с Алексеем наедине в одной машине будоражит.

Глава 25 – Бесцветный газон

Татьяна

До дома мы едем молча. Как будто между нами есть негласная договоренность не обсуждать ни рояль, ни то, что Алексей лично приехал забрать меня. Периодически я бросаю на него взгляды. Сейчас понимаю, о чем говорила Катя.

Алексей и правда красивый мужчина. Мужественный профиль, которым я украдкой любуюсь, не может оставить равнодушной. Да и вообще от самого Алексея веет силой и властью. Но главное – мужественностью. Я могу уловить ее на каком-то тонком уровне, и этому нет рационального объяснения. Просто чувствую.

Дома Алексей уходит в кабинет, а я – спать. Ночью сквозь сон чувствую, как за моей спиной прогибается матрас, но не просыпаюсь. Мне даже кажется, что я чувствую объятия поверх одеяла. Но решаю, что мне все это снится.

А утром я пью кофе на террасе на заднем дворе. Погода чудесная, и мне не хочется сидеть дома. Алексей позавтракал раньше меня, а его мама рано утром уехала в больницу за амбулаторной картой. Она все же готовится отправиться с подругой в санаторий. Скоро я останусь совсем одинокой в доме, наполненном людьми.

Окидываю взглядом огромный сочный газон, и в который раз мне в голову приходит мысль, что здесь не хватает буйства цвета. Как раз в этот момент по двору проходит водитель Алексея.

– Доброе утро, – коротко здоровается он и уже хочет пройти мимо, когда я торможу его.

– Андрей, вы не могли бы отвезти меня сегодня в садовый центр?

Он останавливается и смотрит на меня. Медленно кивает.

– Могу, конечно. Только после обеда, Алексей Валерьевич дал мне задание, я сейчас уезжаю.

– Конечно. После обеда мне подходит.

Кивнув, Андрей скрывается за домом, а я продолжаю пить кофе. Правда, теперь не ощущаю той безмятежности, что пару минут назад. Потому что мне нужно пойти к мужу и обсудить с ним свою идею с цветами. А я волнуюсь… Не боюсь, а именно волнуюсь. Как будто вчерашнее появление Алексея в доме моих родителей и его слова о рояле изменили все. Еще и эта поездка на машине. И ночные объятия. Сейчас я уже сомневаюсь, что мне это приснилось.

Растягиваю небольшую порцию кофе настолько, насколько могу. Цежу до последней капли, и только после этого встаю и направляюсь в кабинет мужа. Пытаюсь заготовить какую-то речь, чтобы он согласился. Придумать железные аргументы. Только вот все слова выветриваются из головы, когда я подхожу к кабинету мужа.

Возле двери, по обыкновению, стоят два громилы. Рядом с ними Макс, его я  уже знаю. Глава службы безопасности Алексея.

– Доброе утро, – здороваюсь я, и они тут же негромко отвечают приветствиями. – Мне нужно поговорить с Алексеем.

– Простите, Татьяна Владимировна, не сейчас, – хмуро отвечает Макс. – Будет лучше, если вы пока побудете в своей комнате.

Теперь хмурюсь я.

– Разве я пленница в этом доме?

– Нет, конечно, – он качает головой. – Но Алексей Валерьевич просил, чтобы вы пока не появлялись в районе его кабинета.

Недовольно поджав губы, разворачиваюсь и иду к лестнице. Поднимаюсь наверх и захожу в спальню, хлопнув дверью.

И что теперь? Мне постоянно так сидеть?

Странное дурацкое замужество! На улицу не выходи, у кабинета не появляйся! Алексей еще и обнимает меня ночью!

Вообще каждый отход ко сну для меня словно пытка. Я каждый раз жду, что  Алексей потребует исполнения супружеского долга, к которому я не готова! И я трясусь, как кролик. Ложусь спать и жду, что он придет и возьмет то, что принадлежит ему по закону. Сколько я протяну в таком режиме?

Схватив книгу из привезенных вчера, отправляюсь в комнатку с окном. Подтягиваю к нему стоящее в углу кресло. Устраиваюсь с ногами и открываю книгу. Но читать не получается. Сердце грохочет, а невысказанные претензии царапают горло острыми гранями букв. Не могу сосредоточиться и