Татьяна Лисицына - Подсказка из прошлого (СИ)

— Подождите звонить в милицию, — дрожащим голосом сказала я. — Я попробую ее найти. Я в университет съезжу.

— Спасибо тебе, Лиза, — немного успокоилась баба Настя. — Ведь не чужой она мне человек, кто у меня остался после Андрея: ты да она.

Сразу после разговора я бросилась к шкафу, выхватывая вещи. Майка, джинсы, ветровка, если будет прохладно. Одевшись и причесавшись, я остановилась и задала себе вопрос: «А я хотя бы знаю, куда я бегу?» Ведь у меня нет никакого плана, кроме уверенности, что я должна спасти Варьку. Я стала собираться с мыслями. Надо попытаться встать на место Варьки. Что бы я делала, если бы оказалась на ее месте? Попыталась бы войти в контакт с Ксенией. Но как? Через знакомых? Возможно. Какая-то ее подруга учится в Плехановской академии. Как ее зовут? Покопавшись в памяти, я неожиданно быстро вспомнила — Настя Кудрявцева. Значит, можно поехать в академию и попытаться ее отыскать. Она может что-то знать.

Я доехала до Плехановской академии за полчаса, но оказалась, что Настя Кудрявцева уехала отдыхать. Это я выяснила у ее подруги. Она даже сжалилась надо мной и позвонила Насте. Но ее телефон оказался выключенным.

— Ничего удивительного, там роуминг, — фыркнула девушка, посматривая на меня с изумлением и мечтая от меня отделаться. В конце концов, у нее это получилось, потому что после очередного «не знаю» я поняла, что лишь зря теряю время.

Я побежала к метро, опять не зная, куда податься, как вдруг меня пронзила мысль, простая до безобразия. «Ведь я же частенько видела этих готов на Патриках». Я могу попробовать подойти к ним. Конечно, мой почтенный, по сравнению с ними, двадцатилетними, возраст может вызвать у них подозрения, но все же надо попытаться.

Уже на «Маяковской» я вспомнила, что пообещала Эмилю ничего не предпринимать, не посоветовавшись с ним. Набрала его номер, втайне надеясь, что он не ответит на звонок. Эмиль оказался на даче у родителей, и он сразу закричал мне, что выезжает и чтобы я без него ничего не предпринимала. Но никакие слова, ни уговоры не могли меня остановить. Даже то, что Эмиль сказал, что позвонит в милицию и самостоятельному расследованию пора положить конец. «У нас уже два убийства и одна пропавшая, а ты все еще пытаешься что-то сделать сама», — выкрикнул он.

Его слова немного разрядили мое напряжение. Эмиль решил напугать меня милицией. Да я уже находилась на той стадии, когда все равно. Моя жизнь, отягченная комплексом вины, сейчас представляла для меня слишком маленькую ценность, чтобы о ней беспокоиться.

Я вышла из метро и почти бегом рванула к Патрикам, молясь, чтобы готы оказались на месте. Мне повезло, пятеро человек в черных одеждах, прихлебывая алкогольно-энергетические напитки, сгрудились вокруг скамейки. Две готки с белым от пудры лицом и с устрашающим макияжем сидели, а трое парней, у одного из них волосы были уложены гребешком, стояли напротив. Я спряталась за деревьями, размышляя, как к ним подойти. Сказать, что мне интересна их религия? Они не поверят. Представиться журналисткой или писательницей? Только усмехнутся, и я вряд ли что узнаю. В конце концов, я решила сказать правду. А точнее ее часть. Спокойно, хотя внутри у меня все дрожало от страха, что я могу не использовать единственный шанс, направилась к ним.

— Привет! — обратилась я к девушке-готке, увешанной длинными и короткими серебряными цепочками с различными кулончиками. — Я ищу Ксюху. Она куда-то пропала. — называя имя, я порадовалась тому, что оно не очень-то распространенное. Но я не учла: в среде готов не принято называть друг друга мирскими именами.

Девушки переглянулись, а гребешок, его я определила как главного, с чувством превосходства смерил меня с ног до головы. В этот момент я порадовалась, что Андрей научил меня носить обычную одежду, которая меня молодила. И все же, глядя на них, я понимала, что между мной, сорокалетней и этими странными ребятами, которые, несмотря на их театральный макияж, все равно выглядели лет на двадцать с хвостиком, разница в целое поколение.

— Слушай, теть, а мы такую не знаем, — парень с гребешком ухмыльнулся и в сочетании с подведенными черным карандашом губами, это выглядело неприятно. — У нас приняты другие имена. Меня, например, зовут Дракула, его, он кивнул на парня рядом — Кремоза. Ну-ка, а вы представьтесь, а то невежливо, — кивнул он девушкам.

— Да ладно тебе, Драк, — сказала девушка, одетая в длинный черный плащ, из под которого выглядывало белоснежное кружевное жабо. — Тетя, вы не по адресу. Мы не знаем вашу Ксюху.

Неожиданно во мне взыграла кровь Петушинских. Неужели я, сорокалетняя тетка, вот так отойду и позволю им сделать меня? А как же тогда Варька? Уж доведу свой спектакль до конца.

— Знаете, что ребятишки, — в это слово я вложила столько презрения, сколько могла, — меня не трогает как вы представляетесь и какую философию поддерживаете, но знайте, что если я не найду эту суку, которая мне денег должна, вас тут на Патриках больше не будет, ясно? — я смерила гребешка с ног до головы и крикнула: — Ну так будешь отвечать, где можно найти Ксюху или нет?

Парень опустил глаза и растерялся. После вежливого, почти заискивающего, мой ледяной голос сбил его с толку. Я, что называется, попала в его волну и сразу перестала быть теткой неопределенного возраста в молодящейся одежде. К тому же, к сожалению, современная молодежь напора не держит, это я уж давно констатировала как факт. Все они такие эпатажные, а как защищаться надо, сразу в кусты.

— Ну, ты это, не гони, а? — поднял подведенные глаза парень. — Нам бояться нечего. Я, правда, что-то Ксюхи не припоминаю. А вы? — он посмотрел на девушек, но они покачали головой.

— У нее еще был… есть парень, — поправилась я. — Тимуром зовут. Он не из ваших.

— Ах, ты про…. - он пробормотал какое-то имя, по которому они ее, видимо, знали. — Да она с нами не тусуется.

— Тогда где я могу ее найти?

— Попробуй на Цветной съездить. Они там прямо на бульваре собираются. А если подождешь минут десять, я тебя провожу. Мне все равно туда надо по делам. Потому что если ты одна к ним сунешься, они тебя знаешь, куда пошлют. А я тебе помогу, потому что денежные вопросы уважаю. Если должна, пусть отдает. К тому же на эту Ксюху твою у меня давненько зуб. Она когда своего… — здесь он выругался, — привела, тот такое начал гнать. Философия ему наша не нравится. Да что он знает про нас? А не пошел бы он… Мы же классные ребята. Со смертью на короткой ноге и никому не мешаем.

«Совсем никому», — мрачно подумала я, вспомнив, про пентаграмму и двадцать шесть ножевых ранений.

Дракула достал из кармана пять упаковок таблеток и протянул своим знакомым. Потом насмешливо посмотрел на меня:

— Теть, а хочешь улететь?

От напряжения я чуть не расхохоталась. Уж очень все театрально выглядело. Почему-то в голову снова пришла мысль об отце: «Вот видел бы меня сейчас папа». Наследница финансовой империи налаживает отношения с готами. Жаль, времени не было, а то бы я бы тоже такой костюмчик приодела.

— Нет, спасибо, Дракула, — я специально назвала его по имени, зная по опыту переговоров, как важно, чтобы человек как можно чаще слышал свое имя. Особенно, если он сам его выбрал. — Я покурю.

— Тогда мы сейчас подзарядимся и поедем, — он достал из пакета еще одну банку и стал выдавливать таблетки в руку.

Я полезла в карман за сигаретами и с жадностью затянулась. Кажется, пока все шло хорошо.

В кармане джинсов завибрировал мобильный, и я, вытащив его, увидела надпись «Эмиль».

— Где ты, Лиза? Я к Москве подъезжаю.

— Все нормально, — сказала я, отходя немного назад, чтобы он не услышал голосов моих новых знакомых. — Я сейчас свои дела на Цветном сделаю, а потом мы с тобой поужинаем, — мой голос звучал так, словно я разговаривала с любимым мужчиной. — Мы можем прямо там и встретиться, — продолжала мурлыкать я. — Помнишь ту французскую кафешку «Легато» на Садовой? Подъезжай туда и позвони.

Готы смотрели на меня с интересом и легкой насмешкой. Видимо, считали, что в моем возрасте кокетничать неприлично. Ничего, пусть думают, что хотят. Главное, чтобы не заподозрили, что на самом деле я назвала ему свое местоположение. Хотя бы район.

— Ты с кем там? — забеспокоился Эмиль. — Почему так странно разговариваешь? Я же просил тебя…

— Ну, милый, — замурлыкала я. — Ты такой нетерпеливый. Сначала поужинаем.

Со скамейки донеслось смущенное хихикание, а я, пропев «целую» нажала отбой и бросила телефон в сумку.

— Ну ты даешь, тетя! — Дракула посмотрел на меня с уважением. — В твоем-то возрасте, такие игры. Хотя фигура у тебя ничего. А сколько тебе?

— Сорок, — честно ответила я.

— Жопа! — констатировал Дракула. — Я-то столько не протяну, обязательно сделаю новую попытку. Знаешь, какая у нас философия?