Лоуренс Сандерс - Личное удовольствие

— Вот и мне так кажется.

— Однако я не уверена, что тебе следовало обещать ей деньги. Ты ведь дал обещание, не так ли?

— Да, но я подумал, что это единственный способ уговорить ее прийти ко мне на ленч. Если бы я сказал ей: „Давай поговорим об этом позже", я думаю, она отвергла бы мое предложение и просто повесила бы трубку. Послушай, Таня очень хорошая девочка, просто она опасается, что, если расскажет мне, в чем дело, я не дам ей денег.

— Возможно, ты и прав. Я хотела бы знать, как у вас пройдет ленч. Надеюсь, ты расскажешь мне?

— Обязательно. Я позвоню тебе после того, как переговорю с ней.

— А может быть, я лучше потом заеду к тебе?

Я какое-то время колебался, затем ответил:

— Конечно, Черри.

— Тогда и увидимся, — сказала она с облегчением.

Мы повесили трубки, и я вернулся к своим раздумьям.

Но на этот раз я не думал про Танины проблемы. Объектом моих размышлений было предложение, так любезно сделанное мне доктором Черри Ноубл. Я не мог отделаться от мыслей о ней (она оказалась права), я думал об этом постоянно. Наверное, это звучит смешно, но у меня было только одно желание: я мечтал завоевать мою великолепную леди.

Но она ждала от меня кое-что еще. И я не был уверен, что готов дать ей это. Я хотел, конечно, но не мог. Я говорил вам, что, когда я был молод и у меня было целое тело, я был очень красивый пловец. Но сейчас я словно превратился в разрубленную пополам лодку.

21

Лаура Гюнтер

Бобби Герк — это самый большой мужчина, которого я когда-либо видела. А уж я, поверьте мне, повидала их немало. Он говорил, что весит сто двадцать килограммов, но я думаю — больше, где-то ближе к ста пятидесяти. И это все не за счет жира, просто Бобби был большим, широким, громадным мужиком. Я и сама не малышка, но рядом с ним каждый раз чувствовала себя Дюймовочкой.

Большие ребята любят, чтобы было весело, если вы понимаете, о чем я. Поэтому с этим парнем приходилось крутиться будь здоров. И он сам не чурался разнообразных дел. Я подразумеваю, что он играл в азартные игры и, возможно, занимался другими разными махинациями. Это давало ему приличный доход. Но он ездил на машине десятилетней давности, жил в отеле, битком набитом блохами, и ел в дешевых забегаловках. Однажды (только однажды) он вытащил меня поужинать. Это было самое дешевое местечко, где я когда-либо бывала, но даже там он, увидев счет, буквально подпрыгнул на месте и оставил официанту на чай лишь один доллар. Я посоветовала ему никогда больше не приходить туда, иначе официант подсыплет ему яду.

Наконец, я устала от всего этого и начала подыскивать себе что-нибудь получше. Мне показалось, я нашла одного подходящего мне мужичка. Абсолютный алкоголик по имени Герман, который занимался страховым бизнесом и выглядел вполне обеспеченным.

Я дала ему кредит только один раз, если вы понимаете, о чем я, чтобы продемонстрировать свои таланты. Однако на следующий раз, встретив его в клубе, я напрямую выложила ему свои требования, и он сразу скис.

— Послушай, котенок, — был его ответ, — тот самый день, в который я начну платить женщинам за это, будет днем, когда я повешусь.

Что за дерьмо. Я имею в виду, что он почти наверняка водит своих женщин в хорошие рестораны, покупает им тряпки и какие-нибудь дорогие украшения, но это он не считает платой. И ведь многие мужчины поступают таким образом. Они запросто могут купить своей девчонке норковую шубу, но дать ей в руки наличность кажется им оскорбительным. Вот вам и вся хреновина.

Таково было мое положение на момент рассказа. Каждый месяц я получала алименты да плюс зарплата в „Хашбиме" — я жила довольно неплохо. Но мой банковский счет был настолько скудный, что я даже не могла позволить себе заболеть, поэтому я продолжала оглядываться, искать и надеяться.

Теперь возьмите мою подружку Джессику Фиддлер. Она должна заботиться об одной богатой заднице два раза в неделю и за это имеет: свой собственный дом, зарплату каждую неделю, как у любого служащего, и кучу даровой парфюмерии и косметики. Я была бы счастлива пристроиться так же, как она.

И вот случилось нечто, что полностью перевернуло мою жизнь. Однажды вечером ко мне пришел Бобби Герк, но вовсе не для игр и веселья.

— У меня есть для тебя работенка, малышка, — сказал он.

— Великолепно, — ответила я, — сколько?

— Ба! Ты даже не хочешь узнать, что это за работа?

— Я уверена, что ты не предложишь мне ограбить банк.

— Ничего подобного. Это вполне по твоей тематике.

— Я люблю свою тематику, — заметила я, — ну так что же?

— Есть один мальчишка, который может доставать любую информацию, связанную с фармакологией, химией и все такое прочее. Время от времени этот мальчишка продает эту информацию за хорошие деньги. Однажды, не так давно, он пришел ко мне и спросил, не хочу ли я участвовать в сделке. Суть ее такова: в некотором месте разрабатывается таблетка, способная превратить „карандаш" любого парня в нечто большее.

— Тебе это совсем не нужно, Бобби, — сказала я ему. И это была чистая правда.

— Это не для меня, идиотка, — вспылил он. — Если мне удастся получить эту таблетку, я смогу ее скопировать и размножить. Это предполагает много-много мешков с деньгами.

Я в недоумении уставилась на него:

— Да, но ведь тот мальчишка как раз и собирается достать тебе эту таблетку.

— Да, он собирается достать ее мне, — сказал Герк, — я и сам это знаю.

— Ага, — произнесла я, — теперь схватила. Ты хочешь отсечь этого мальчишку от дела.

— Абсолютно верно. Но чтобы сделать это, я должен знать, кто даст ему образец. Ты меня понимаешь?

— Иду с тобой ноздря в ноздрю, — усмехнулась я. — Ты хочешь, чтобы я познакомилась с этим парнем и закрутила ему яйца.

— Меня не интересует, как ты это делаешь.

— Хорошо, — согласилась я, — штуку в качестве аванса.

— Штуку?! — заорал он. — Ты что, дерьмо или тупица?! Сотню сейчас и другие пять сотен, когда сделаешь то, что я хочу.

— Тысячу сейчас, — продолжала настаивать я, — а другую — после. Или никакого дела.

Мы бегали с ним по большой комнате, орали друг на друга и размахивали руками. Наконец он дал мне пять сотен в качестве аванса и пообещал еще тысячу, когда я все узнаю про то, что его интересует.

— Они называют это ЖАВ-таблеткой, — пояснил Герк, — и я знаю место, где она разрабатывается, — лаборатория „Макхортл".

— Я запомню. Каким образом ты собираешься познакомить меня с этим парнем?

Мы перебрали несколько возможных вариантов организовать нашу встречу, чтобы этот кретин не смог ничего заподозрить, но ни один из них не удовлетворил нас.