Любовница - Джилл Чайлдс

Хилари посмотрела на нее:

– Есть какие-нибудь новости… ну, о том, что с ним случилось?

– Я ничего не слышала. – Оливия пожала плечами. – И замену пока не нашли. Вместо мистера Уилсона работает временный учитель.

– Это ничего не значит, – усмехнулась Хилари. – Ты же понимаешь, Сара наверняка попытается сэкономить еще и на этом.

– Кстати, мы собираемся подарить миссис Уилсон красивую открытку. Она приедет сегодня днем. Это же нормальный жест? – весело спросила Элейн.

Это был нормальный жест, мы все согласились.

Глава 26

Хелен устроилась на одном из диванчиков в школьной библиотеке. Поставила корзинку с книгами, на низенький столик положила тетради, в которых отмечались успехи юных читателей: скорость чтения, степень понимания текста, рекомендации «по интересам». Очень скоро к ней прибежал первый ребенок – девочка с жиденькими хвостиками, и они склонились над книгой.

Я стояла у ксерокса, спрятанного в нише наискосок от библиотеки, – распечатывала материалы для урока, но, закончив, решила понаблюдать за ней.

Немного подавшись вперед, чтобы лучше видеть, Хелен водила пальцем по странице, помогая девчушке. Время от времени что-то негромко говорила, подбадривая малышку. Закончив читать, девочка закрыла книжку и выжидающе посмотрела на Хелен. Та улыбнулась ей, написала что-то в тетради и протянула поощрительные наклейки – на выбор.

Девочка аккуратно прикрепила наклейку к своему школьному кардигану и, вскочив, убежала в класс.

Так повторялось каждый раз с разными чтецами.

Хелен нисколько не была напряжена. В отсутствии детей сидела положив ногу на ногу и покачивала свободной ногой в воздухе. Волосы коротко подстрижены, будто она недавно посетила парикмахерскую. С трудом верилось, что совсем недавно эта женщина потеряла мужа. Нет, не так… Застегнула молнию на мешке с телом мужа, в темноте вышла на шлюпке в море и выкинула труп за борт.

К ней подошел толстый мальчик, держа одну руку в кармане брюк, в другой – сжимая дневник и книгу. Хелен поздоровалась с ним по имени похоже, она знала всех детей, – похлопала по свободному месту рядом с собой, и он уселся на диванчик, открыл книгу и, направляемый ее пальцем, начал, запинаясь, читать.

Я продолжила делать ксерокопии. Сложив их в аккуратные стопки, я снова бросила взгляд в сторону дивана в библиотеке. Мальчик уходил, на бегу прижимая наклейку к школьному джемперу.

– Мамочка! – раздался голосок.

Улыбаясь, Хелен широко раскрыла объятия, и Анна влетела прямо в них, а потом запрыгнула на диван. Я прикусила губу. В этом непосредственном выражении чувств крылось очень многое. Я заморгала. Их руки крепко сплелись, обнимая друг друга, Хелен слегка покачивала девочку, прижимая ее к себе. Закрыв глаза, она прижалась губами к волосам Анны; на лицах обеих читались безмятежность и мягкость, которые я никогда раньше не замечала.

Я впервые увидела то, в чем до сих пор не хотела признаваться самой себе. Любовь… Самоотверженность, которую я так никогда и не узнаю. Подхватив свои бумаги, я быстро отвернулась, пол под ногами расплывался. Эта любовь была там все время, связывала их семью. Теперь я это видела. А из-за меня все разрушилось. Глава 27

Я изо всех сил старалась присматривать за Анной. Ральф обожал ее. И я считала своим долгом заботиться о ней, по крайней мере в школе, что бы ни думала обо мне ее мать.

Мне хотелось понравиться Анне, хотелось, чтобы со временем она поняла, как дорога мне. Она связывала меня с Ральфом. Те же прекрасные карие глаза. Немного вызывающе вздернутый подбородок. Мимолетная мечтательность на лице, совсем как у него.

Меня немного разочаровало, что после нашего разговора в библиотеке она сразу все рассказала матери. Я догадалась об этом по колкости Хелен: «тайный друг». Но я проглотила обиду, искренне желая сблизиться с девочкой. Не только ради Ральфа.

После того неловкого визита к ним домой я делала вид, что не замечаю взгляды Анны в мою сторону. Наученная горьким опытом, я не хотела давать девочке повод упоминать обо мне в разговоре с матерью. Есть другие способы незаметно помогать ей: я хвалила Анну в разговорах с учителями, нашла в коридоре ее футболку для занятий физкультурой и положила в шкафчик, однажды сунула шоколадку в карман ее курточки – пусть думает, что это знак внимания от Клары или какого-нибудь мальчика. Надеюсь, Ральф бы одобрил мои усилия.

Видела я ее часто. Младшая школа не такая уж большая. И я по-прежнему регулярно дежурила на площадке для игр.

Анна не расставалась с Кларой. Между этими девочками сложилась крепкая связь. И это видели все. Они были неразлучны. Поэтому я решила поговорить с Кларой. Расспросить, как переживает Анна потерю отца, и решить для себя, нужна ли ей дополнительная поддержка.

Вскоре подвернулся подходящий случай. Как обычно, я дежурила на площадке и вдруг заметила Клару, сидевшую на корточках в углу. Они часто так делали. Но на этот раз Клара была одна. В руке она держала обломок палки, которым возила взад-вперед по асфальту.

Я подошла и присела на корточки рядом с ней:

– Привет, Клара. Как дела?

Она подняла голову, чтобы посмотреть, кто это, ответила: «Здравствуйте, мисс Диксон» – и снова принялась «рисовать». Волосы растрепались по плечам: косичка, которую мать заплела ей утром, продержалась только полдня. Мне так и хотелось взять щетку для волос, причесать малышку и снова заплести ей косу. Может, я и не права, но Беа – кажется, так ее зовут? – с трудом находит время на свои родительские обязанности.

– Сегодня Анны нет?

Она пожала плечами:

– Заболела.

– Бедняжка! Грустная новость.

Ответа не последовало. Клара продолжала рисовать палкой воображаемые узоры. В бурлящей массе детей она казалась потерянной.

– Ах, Анна… Я так переживаю за нее… – Я помолчала. Клара искоса посмотрела на меня. Она, наверное, сильно скучает по папочке. Она очень любила его…

Задумчивый взгляд Клары задержался на моем лице.

– Она говорила тебе об этом? – продолжила я.

Девочка облизнула нижнюю губу:

Не а.

– Нет? – Я придала лицу удивленное выражение. Но, Клара, вы же такие хорошие подруги! Ты и Анна.

– Да, лучшие подружки… – пробормотала она едва слышно.

– Хорошо. А теперь представь, вот если бы с твоей мамой что-нибудь случилось, ты бы поделилась горем с подружкой?

Она напряглась, но не ответила.

– Клара, мне можно рассказывать все. Я учитель. Что Анна говорила о том, как чувствует себя ее мама? А сама она скучает по папе?

Девочка покачала головой:

– Ничего.

Заметив, что она все же хочет что-то сказать, я придвинулась ближе:

– Иногда, Клара, секретами можно и даже нужно делиться. – Я старалась говорить