Джулия Гарвуд - Опасные забавы

— Ну и откуда? — поощрила Эвери, захваченная рассказом.

— Поначалу-то все думали, что деньги эти грязные: от наркотиков или еще чего такого — да оказалось, что у Парнелла есть свое дело. Кто-то выдумал чип, который стал новым направлением в вычислительной технике. Для меня это — китайская грамота, но факт тот, что патент на чип достался Парнеллу, потому что парень — изобретатель, значит, — работал на его компанию. Парнелл огреб денежки, сбыл дело с рук, пока процветало, и перебрался в дом своей мечты.

— И что же, он все еще владеет землей? — недоверчиво спросила Эвери, думая, что Парнелл, должно быть, продал дом «Утопии», а курорт преобразовал его в частный домик для особо важных гостей.

— И владеет, и нет. Вот в этом-то и заключается самый неприятный момент. Не так давно Парнелл женился — повенчался в одной церквушке примерно в миле отсюда. Обошлось ему это в целый мешок денег и прогремело так, что мало не покажется. Одних гостей было сотен пять! А сама-то свадьба! Говорят, куча народу целый год к ней готовилась. Цветы везли из самой Европы — можно подумать, в Америке цветов не найдется на такой случай! Короче, готовились к этой свадьбе чуть ли не дольше, чем молодые жили под одной крышей. Через полтора года Парнелл подал на развод.

Старик устремил взгляд на горы и с минуту сидел так, качая головой.

— Не понимаю я нынешнюю молодежь! — сказал он наконец. — Мы с женой прожили бок о бок сорок семь лет. Само собой, бывало, что хотелось собрать вещички и хлопнуть дверью. Уверен, что и Уна Мэй не раз хотела от меня избавиться. Но мы дали брачный обет и хранили его, как положено. А что теперь? Выдумали какой-то «пробный брак»! Слыхала?

— А как же, — засмеялась Эвери.

— Хоть убей, не понимаю. Пробный — значит, без брачного обета, ведь так? В смысле живут двое вместе, под одной крышей и могут разойтись, когда вздумается. Раз так, отчего же этот Парнелл не начал с пробного? Небось локти себе потом кусал. Развод был еще громче, чем свадьба, гнусный такой, с газетной шумихой. Сколько грязи вытащили на свет божий, тебе и не снилось. Год назад это было, а шумиха все не утихла. Всем интересно, кому этот несчастный дом Достанется. Женушка, значит, клянется, что он был ей обещан в подарок к свадьбе, а муженек упирается всеми четырьмя. Судья уж и не знает, что думать, кому верить. Она-то, Памела, сказала газетчикам, что скорее умрет, чем уступит дом мужу, а он на то — давай, и поскорее! Как дети малые, ей-богу! На прошлой неделе к Парнеллу подступились снова, так он заявил так: вердикт вердиктом, а дома я ей не отдам — и точка. Ну и парочка, доложу я тебе! Друг друга стоят. — Старик хмыкнул. — Да и другие немногим лучше, в Аспене-то. Делают ставки.

— На то, кому достанется дом?

— Нуда. Ставки девять к одному, что его получит Памела, потому что рано или поздно копнут насчет экологии, поднимут бумаги — словом, понятное дело. Уже теперь поговаривают, что Парнеллу грозит новый судебный процесс, а судья, который ведет дело о разводе, сам в прошлом эколог. Конечно, время покажет, но по мне так не важно, кому из этих субчиков дом достанется, — ни один его не заслуживает. — Скользнув взглядом по карте, старик ткнул в нее пальцем. — Вот он, домик-то, прямо здесь, и местность эта носит название «Два озера». Парнелл окрестил ее так, потому что с обеих сторон в самом деле лежит по большому горному озеру. Есть ручка? Могу обвести, чтобы не забылось.

Эвери порылась в сумке, нашла шариковую ручку и протянула мистеру Джентри, только теперь заметив, как хорошо артрит поработал над его пальцами. Он едва сумел обвести указанное место кружком.

— Отсюда примерно два часа езды. Там и другие занятные дома имеются, все один к одному, но только к ним не подобраться — дороги все частные и перегорожены воротами.

— Мне там делать нечего. Я собиралась сделать крюк только потому, что моя тетка провела эту ночь в частном домике. Я перепутала название — думала, это «Два озера».

— Значит, это может быть только Твин-Лейкс. Других названий с озерами в округе не найдется. Вам придется ехать уже на юг, а не на север. Да вот оно, на карте!

Эвери пометила место, свернула карту, спрятала в сумку и поднялась.

— Большое спасибо за помощь! — сказала она вполне искренне.

— Всегда рад указать дорогу, — сказал старик, встряхнув ее руку в крепком пожатии. — Когда двинешься, девочка, не забудь про ремень. Водители попадаются разные, есть дурачье, что носятся по горным дорогам на семидесяти милях в час. Так и напрашиваются на хороший прыжок в пропасть. Негоже, чтобы и хороший человек из-за них пострадал.

Минут через пять Эвери снова была за рулем. Чувство долга не позволило ей направиться к Твин-Лейкс, где Кэрри все равно уже не было, тем более что местным колоритом она прониклась достаточно во время беседы с Уолтом Джентри. Это был приятный эпизод, который хотелось лелеять в памяти.

По дороге Эвери размышляла о предстоящей неделе. Не согласится ли Кэрри пройтись по окрестностям курорта? Идея была до того абсурдной, что с губ сорвался смешок. В школе Кэрри вела весьма активную жизнь: играла в волейбол, баскетбол, теннис, посещала бассейн. Ее спортивные трофеи в детстве служили Эвери игрушками. Интересно, подумалось вдруг, они все еще пылятся где-нибудь на полке или давно отправились в мусорный бак? Впрочем, какая разница! Кэрри основательно забыла спорт. Активность такого рода теперь вызывала в ней только отвращение. Вот и на курорт она отправилась лишь ради того, чтобы себя побаловать, вернуть форму ценой чужого труда, а не собственных усилий.

У Эвери вырвался вздох. Может, тетка оставит в покое хотя бы ее, не станет принуждать к тому, чем упоенно займется сама. Все эти грязевые ванны, компрессы из морских водорослей и тому подобное заранее будили чувство протеста. Не то чтобы Эвери не хотелось отдохнуть и расслабиться, но в ее понимании это означало ежедневную энергичную прогулку по окрестностям. Она предпочитала естественный аппетит тому, что возбужден препаратами.

Позади остался Аспен, и вскоре после этого Эвери поняла, что не знает, куда теперь. Она совсем было решила разложить карту, но вдруг заметила указатель со словом «Утопия». За крутым поворотом дорога пошла в гору, сузилась и превратилась в проселок с воротами и домиком привратника. Просмотрев список, тот сообщил, что ее имени в списках не значится.

— Но я должна там быть!

— Наверняка какое-то недоразумение, — благодушно произнес привратник. — Такое время от времени случается на самых лучших курортах. Проезжайте! Я уверен, что на месте все разъяснится.

Эвери так и поступила. Снова нажимая на газ, она подумала, что курорт ей уже нравится, раз уж люди тут так дружелюбны. Бросив взгляд в боковое зеркальце, она увидела, что привратник покинул свой домик и стоит посреди дороги, глядя ей вслед.