Мой босс Дьявол! - Сабина Реймс

Наше общение стремительно переходит все мыслимые грани, и мне нужен отдых. Отдых от него, время, чтобы я смогла возвести стены и прочертить границы, потому что он их размыл.

Мне нужен контроль.

В любом случае, я не намерена терпеть его вседозволенность. Новая Алиса сможет постоять за себя и Ричард Стрейдж будет первым в её списке дерьма.

Сама хороша. Решила пофлиртовать? Получай.

Глупый голос в голове еще больше портит мне настроение. Ноги на каблуках начинают ныть, я пытаюсь понять, сколько мне еще до дома, но не узнаю квартал, в который забрела.

— Садись в машину. — Испуганно оборачиваюсь, но вижу своего босса. По крайней мере, это не грабитель или насильник. Хотя я уже не знаю, что хуже.

— Я почти пришла. — Говорю я, продолжая идти. Слышу, что машина медленно следует за мной.

— Ты идешь в противоположенную сторону от своего дома. Садись в машину, пока я не запихнул тебя силой.

Я останавливаюсь и снова смотрю по сторонам. Черт возьми. Я действительно плохо знаю этот район и прошла уже достаточно много, чтобы идти обратно пешком. Ноги болят, поэтому, я побеждено выдыхаю, разворачиваюсь и сажусь в машину.

Босс больше не за рулем. Видимо, из-за того, что он выпил, вызывал водителя, который полностью игнорирует происходящее.

Дьявол двигается к противоположенной двери, освобождая мне больше места.

Спасибо и на этом.

На его лице снова эта самодовольная ухмылка, которую я тут же хочу стереть.

— Не смотри на меня, не прикасайся и не разговаривай.

Он улыбается шире, и я на секунду застываю от вида.

— Снова на ты?

— Плевать. — Отворачиваюсь к окну, показывая всем видом, что не желаю с ним разговаривать. Машина движется по ночному Нью-Йорку, отбрасывая свет от фонарей в салон. Мы молчим некоторое время, прежде чем он спрашивает: — Что было на салфетке?

Боже, как же он достал меня.

— Моя будущая зарплата на должности архитектора в компании Левента.

Он молчит. Мне хочется обернуться и посмотреть на его лицо. Прочитать его мысли. Но я слышу только быстрое постукивание его пальца по бедру.

— Так он хочет купить тебя?

Резко оборачиваюсь. — Я не проститутка и не вещь, меня нельзя купить.

— Но именно так это и выглядит. Я работаю с Левентом давно и знаю, сколько получают его сотрудники. Он оказался очень щедр к той, кого не знает и не видел в деле.

Я тоже подумала об этом, но никогда ему этого не скажу.

— Это не важно… Я сказала, что подумаю.

Он тяжело вздыхает и сжимает руку на бедре в кулак. — Ты работаешь со мной.

— Серьезно? Так вы в курсе? — Насмешливо говорю я. — Только вот если вы все же помните, что я ваш ассистент, то почему я узнаю от третьих лиц, что вы улетаете на несколько дней? Почему выставляете меня дурой, хамите, манипулируете и угрожаете? Я делаю все, что вы просите. Причем делаю это идеально, а я на секунду архитектор с высшим образованием, а не девочка на побегушках. И все же, я, молча выполняю, каждый ваш приказ, а вы кормите меня своим дерьмом и не уважаете. — Выпаливаю на одном дыхании.

Чувствую, как оковы злости слетают с моих рук и шеи.

Отношения между нами накалялись с каждой минутой, проведенной вместе и вот я, наконец, освободилась.

Горький смешок вырывается из моего рта, когда босс ничего не отвечает. Наверно, ему нечего сказать. Может, он даже понимает, что я права, но никогда не поставит себя в уязвимое положение, признав это.

Глава 8

Понедельник. Когда, я училась в университете, то любила понедельники и ненавидела их одновременно. Каждые выходные я запиралась в своей комнате, читала книги, смотрела фильмы, писала курсовые для себя или для Люка. Все что угодно лишь бы не выходить на улицу. Но в понедельник, мне нужно было идти на учебу. Это был единственный предлог, почему я должна выйти и каждый раз я боялась этого дня и ждала. С годами, благодаря моему психотерапевту, я смогла, наконец, придумывать себе поводы выйти куда-то в выходные. Понедельники перестали быть чем-то особенным и иногда, я даже скучала по этому чувству.

Кстати, именно в одни из таких выходных я и застала Люка с его любовницей. Это был первый раз, когда я осмелилась выйти и хотела сделать ему сюрприз. Люк сказал, что будет весь день работать над докладом и даже предложил мне составить ему компанию, но я отказалась. Он был уверен, что я буду сидеть в своей комнате, как обычно, но ошибся. Сейчас, размышляя об этом, я вспоминаю, как мой парень, почти каждые выходные ездил в Питтсбург к родителям. Он говорил, что скучает по дому и всегда звал меня с собой, зная, что я откажусь. Думаю, он был с другими девушками всё это время и, возможно, никуда даже не ездил. Этот понедельник стал исключением. Уже с утра все шло наперекосяк. Мои виски пульсировали от головной боли, а предстоящая встреча с боссом выводила из равновесия. Пытаясь оттянуть поездку в офис, я бесцельно бродила по квартире, хотя нужно было собираться. Когда я, наконец, вышла — в белом платье в черный горошек и сделав на голове небрежную косу, то обнаружила, что уже почти половина девятого. Забежав в придорожный киоск, я купила стаканчик кофе для мистера Стрейджа. Вероятно, как только он его попробует, то вся жидкость окажется на моей голове, потому что даже я не стала бы такой пить. Надеюсь, что он не станет его пробовать, а просто выкинет, обнаружив, холодный напиток. Приложив пропуск к турникету ровно в восемь пятьдесят девять, я неслась к лифту, который закрывался прямо перед моим носом. Видимо, кто-то из пассажиров заметил меня, потому что двери вновь стали открываться. Маленькая надежда, что я успею раньше своего босса мелькнула перед глазами, но тут же погасла, как только я оступилась о маленький порожек и влетела в широкую грудь Ричарда Стрейджа. В кабине повисла такая густая тишина, что мне показалось, я слышу, как моргает девушка рядом. Я даже не заметила, что зажмурилась, потому что когда открыла глаза, передо мной предстало огромное коричневое пятно на белоснежной рубашке моего босса. Думаю, это конец. Еще вчера, я высказала всё, что думаю о нем, кричала, что ассистента лучше меня не найти и вот чем это закончилось. Теперь, он точно меня уволит. — П-простите… — Мямлю я, когда кто-то нажимает на кнопку и лифт трогается. Все уставились на нас, ожидая реакции генерального