Гений и красавица - Юлия Николаевна Николаева

помещение, заняла место за стойкой. Попросила сок. Довольно жалобно попросила. Потому что место мне не нравилось. Качок-бармен улыбнулся доброжелательно, хотя и выглядел усталым. Кажется, ему это место тоже не нравится. Ну нас уже двое. Еще охранник на входе торчит, ему тут тоже явно далеко не все любо. Не пропаду, в общем. Наверное.

– Ева? – окликнули меня, я обернулась. Рядом стоял мужчина лет сорока. Среднего роста, приятной внешности, короткие русые волосы. Одет в джинсы и куртку поверх толстовки. В целом, выглядит прилично, хотя и не богато. В этой клоаке лучше и не выглядеть богато. Кажется, вот-вот ко мне подойдут и скажут: отдавай свою одежду. И это будет совсем не терминатор.

– А вы… – протянула я.

– Игорь. Игорь Анисимов. Идемте.

Я сползла со стула, прихватила с собой сок. Не столько его хотела, сколько планировала использовать в качестве отвлекающего маневра или орудия. Игорь кивнул на дверь, за ней оказалась комнатушка, заполненная рабочим хламом. И стол со стульями. Желтая лампочка светила тускло, и если мужчине казалось, что мне тут станет легче, то он ошибся.

– Деньги принесли? – поинтересовался он, я фыркнула, вытащила часть на стол.

– Остальное будет после разговора, – напомнила ему. – Переводом на карту.

Он засопел недовольно, но я должна же как-то обезопасить свои капиталы. Тут все заберут, я пикнуть не успею.

– Что вы знаете о пропаже своей матери и ее сестры? – спросила прямо.

Игорь усмехнулся, складывая руки в замок.

– Отец вам ничего не рассказал?

– Нет.

– Правда может вам не понравиться.

Я сжала зубы.

– Говорите, пожалуйста, все, что знаете.

Он кивнул.

– Ну начнем с того, что версию о маньяке выбрал следователь. Потому что ваш отец ему набашлял.

– Что? – заморгала я.

– В плане на лапу дал, – Игорь решил, что я не поняла. – Денег заплатил.

– За что?

– Чтобы тот не рассматривал других версий.

– Других? Каких?

– Что ваш отец убил мою мать.

Я замерла то ли в шоке, то ли в отчаяние. Сверху как будто скинули бетонную плиту. В висках застучало. Впервые за столько лет жизни я как будто разучилась говорить.

– Что? – только и спросила шепотом.

Мужчина скривил губы. Не знаю, усмешка это, или попытка скрыть боль. Злым он не выглядел, это уже хорошо. Печальным – пожалуй да. Еще измученным и уставшим.

– Моя мать была бухгалтером, – наконец начал он рассказывать, а не сыпать убивающими фразами. – Долго работала на крупном предприятии, пока оно не развалилось. Осталась без бабок. Отец зарабатывал мало. А я был болезненным ребенком. Нужны были деньги на лечение, и она согласилась сотрудничать с твоим отцом, – он перешел на ты, но я внимания не обращала, только внимательно слушала. – Он тогда только начинал, прокручивал какие-то незаконные сделки, а она участвовала в оформлении документов на подставной фирме. Какое-то время они сотрудничали, Градов поднялся, раскрутился. И перестал нуждаться в услугах матери. Просто выставил ее за порог. А когда она стала угрожать, что раскроет его махинации… – Игорь посмотрел на меня и криво усмехнулся. – Она вдруг попала в лапы маньяка. Исчезла. И она, и все документы по той фирме.

Глава 23

Анисимов замолчал, явно наслаждаясь полученным эффектом. Мне захотелось огреть его стулом по голове и сбежать. Не могу сказать, что эти ужасные мысли не бродили в моей голове. Но во-первых, это все-таки моя голова, а во-вторых, я их старательно гнала. А вот мужчина явно не гонит. Он уверен в том, что говорит.

– Это все ваши доказательства? – охладила я его пыл.

Пусть не думает, что я куплюсь. Подобное может быть просто совпадением. Почему бы и нет?

Анисимов немного расстроился, кажется, что вау эффекта не произошло. Но потом ядовито добавил:

– Нет.

Так, вот я опять напряглась. Что там еще? Посмотрела на мужчину, всем своим видом демонстрируя внимание.

– Сестра матери приехала на похороны. И ей, конечно, тоже не понравилась вся эта история. Она стала копаться в ней, ходила к следователю, задавала ненужные вопросы. Вашему отцу в том числе. И через несколько дней пропала. И тоже списали на маньяка.

– Полагаю, тоже потому, что мой отец кому-то набашлял, – повторила я сказанное Игорем раннее, не пожалев в голос яда.

– Очень на то похоже.

– И он не боялся, что это вызовет вопросы? Одна сестра пропадает следом за второй. Постойте, вы сказали, она приехала. Откуда? Разве она не тут жила?

– Нет. Она училась в Польше. Типа по обмену, я не знаю подробностей. И снюхалась там с каким-то поляком. Была его любовницей, потому что он был женат. Но все-таки задержалась там, планировала остаться совсем. Даже ребенка родила ему.

– И где же этот ребенок?

– В Польше. Я подробностей не знаю. Она говорила, что мужик этот обязательно бросит жену и с ней будет. Но таких историй пруд пруди, и что-то никто не разводится… Но после того, как Карина пропала, он вроде как ребенка признал. Ну то есть он с отцом остался. В нашей семье его никто и не видел.

Под ложечкой засосало снова. Назовите это предчувствием или еще чем-то. Но может ли быть такое, что поляки дважды попадают в одно место? В маленький провинциальный городок, который совсем не рядом с европейской границей.

– И ничего не знаете о нем? Имя, фамилия?

– Фамилию не знаю, Карина не называла. И в документах потом ничего не нашли. А имя помню. Ростислав. Только нет… Буква другая…

– Росцислав, – кивнула я, и Анисимов кивнул следом.

– Точно. Она его Рос называла. Как из сериала. Ну знаете…

Ну знаю. Но вот вообще не до сериалов мне сейчас. Хрень полная. Что творится-то? Какова вероятность, что это не один и тот же Росцислав? Минимальная. И возраст подходящий… И он ведь говорил, что рано лишился матери.

Я готова была сползти под стол, а лучше выбежать на улицу и глотнуть сразу столько воздуха, чтобы легкие растянулись по-максимуму.

Как же хорошо, что я не взяла пана с собой! И как же плохо, что все так оборачивается! Потому что в пане я, казалось, нашла понимающего меня человека. А он… Он… А что собственно он делает?

Понятия не имею. Но определенно ничего хорошего!

– Выходит, этот мужчина, поляк, я имею в виду, – я вернулась в реальность и постаралась собраться воедино. Дело было сложным, потому что мне-то хотелось бегать по улицам и орать о том, как несправедлив мир! Пан! Кто бы мог подумать, что гениям свойственно подобное коварство!

– Ну, – поторопил меня Анисимов, потому что я подвисла на