Эдмон Бали - Игра вслепую

Возможно, Сигурлин слышала обо мне, но явно не все. Правда, она подозревала, что мы с Элин скоро поженимся, но это и мне уже приходило в голову. Скажу больше, если бы не Кенникен, мы бы отпраздновали свадьбу уже этим летом, но сейчас это было явно не ко времени.

Я поставил джип в пустой гараж Гунара и вздохнул с облегчением, а когда надежно спрятал свою маленькую коллекцию оружия, то вообще почувствовал себя превосходно. Но когда я вернулся в дом, Сигурлин тут же приступила ко мне с вопросами.

— Что у Элин с плечом?

— А разве она тебе не сказала? — осторожно задал я встречный вопрос.

— Сказала. Что упала на острую скалу во время прогулки.

По виду Сигурлин было ясно, что подобный ответ её не удовлетворил. Действительно, огнестрельную рану трудно спутать с обычной травмой, даже если ты не специалист.

— Спасибо, что приютили нас, — торопливо увел я разговор от опасной темы.

— Не за что. Кофе хотите?

— С удовольствием. Кстати, вы давно знаете Элин?

— С детства. А вы?

— Три года.

— У Элин очень усталый вид, — заметила Сигурлин, проходя на кухню и включая кофеварку.

— Нам пришлось изрядно побегать, — уклончиво ответил я.

— Не хочу, чтобы с Элин что-нибудь случилось. Эта рана… Скала тут не при чем, верно?

— Верно. Не при чем.

— Я так и подумала. Видишь ли, до замужества я работала медсестрой в военном госпитале в Кефлавике. И туда однажды привезли американского моряка: он чистил ружье, а оно выстрелило. Чье ружье чистила Элин?

Я сел за кухонный стол. Разговор обещал быть нелегким.

— У меня неприятности. Но для твоего же блага тебе лучше о них не знать. Я хотел уберечь от этого и Элин, но ты же знаешь, какая она упрямая.

— У них в семье все такие, — кивнула Сигурлин.

— Завтра вечером я поеду к Гейзеру, но Элин должна остаться тут. Помоги мне удержать её.

— Мне не нравятся неприятности с оружием, — отозвалась Сигурлин.

— Я тоже не кричу от радости, но так уж случилось. И вообще ей лучше полежать.

— Об огнестрельной ране следует сообщить в полицию.

— Знаю, — устало ответил я. — Но это дело вашей полиции не по зубам. Это политика международного уровня, все участники этой истории хорошо вооружены, так что могут пострадать совершенно невинные люди.

— Значит, политика? Не криминал?

— Смотря что понимать под этими терминами. Я бы просто назвал ситуацию экстремальной.

Сигурлин осуждающе покачала головой:

— Единственная приятная вещь. Которую я от тебя услышала, это то, что ты хочешь поберечь Элин. Скажи мне, Алан Стюарт, ты любишь ее?

— Да.

— Ты женишься на ней?

— Если после всего этого она захочет выйти за меня замуж.

— Захочет, — усмехнулась Сигурлин. — Элин не из тех. Кто легко расстается с добычей.

— Не уверен. Возникли кое-какие обстоятельства…

— Оружие? — быстро спросила Сигурлин. — Не отвечай, не нужно, я не люблю лезть не в свое дело. Но Элин никогда не волновали мелочи. Хорошо. Я оставлю её здесь.

— Попробуй, — недоверчиво сказал я. — Мне, например, никогда не удавалось заставить её что-нибудь сделать.

— А я спрашивать не буду просто уложу в постель. Предписание врача, вот и все. Но если ты не вернешься с Гейзера?

— Это возможно, — согласился я. — Но тогда Элин нельзя будет возвращаться одной в Рейкьявик. Это опасно.

Сигурлин налила кофе мне и себе и уселась за стол напротив меня.

— Если бы я не видела, что ты действительно заботишься об Элин… Послушай, Алан, мне не нравится вся эта история. Нельзя её как-нибудь побыстрее закончить?

— Господи, — безнадежно вздохнул я, — если бы можно было вообще её не начинать!

3

Следующий день тянулся бесконечно долго. Сигурлин читала газету и вдруг сообщила:

— Ну и ну! Кто-то привязал платформу на пароме так, что группа туристов застряла на целый день. Кто бы это мог сделать?

— Мы переправлялись и все было в порядке, — быстро сказал я. — А что с туристами? Кто-нибудь ранен?

— Почему кто-нибудь должен быть ранен? — вскинула брови Сигурлин. Нет, об этом ничего не сказано.

— Странно, что Элин все ещё спит, — быстро переменил я тему.

— Ничего странного, — улыбнулась Сигурлин. — Я вчера дала ей снотворного, правда, без её ведома. Она долго проспит.

Похоже, это единственный правильный способ поведения с Элин!

— Гараж пустой. Разве у вас нет машины?

— Есть, но Гунар держит её в конюшне.

— Когда он вернется?

— Дня через два, если у туристов ничего не случится.

— Мне бы не хотелось ехать к Гейзеру на джипе…

— Хочешь взять машину? Бери, но верни её в целости и сохранности.

Я пошел в конюшню, но по пути завернул в гараж и занялся своим арсеналом. Ружье было само совершенство, а патроны к нему — просто замечательные. Жаль, что я раньше не заметил, что в коробке было два вида патронов: с мягким концом и с твердым. Если бы я воспользовался вторыми, машина Кенникена вряд ли уехала бы с места событий своим ходом. Так что теперь я зарядил ружье обоими видами. Пистолет был менее эффектен, но на всякий случай я зарядил и его. А посылку оставил пока под сидением джипа: я не собирался брать её на первую встречу с Кейсом. Но ехал я на неё отнюдь не с пустыми руками.

Когда я вернулся в дом, Элин как раз проснулась.

— Не понимаю, почему я так устала, — пожаловалась она. — Никак не справлюсь со сном.

— Ну, тебя же ранили, — ответил я, — а потом эта сумасшедшая гонка по скалам… Я тоже не вполне ещё пришел в себя.

Элин вытаращила глаза: Сигурлин была в комнате и ставила в вазу цветы.

— Она в курсе, — заметил я, перехватив её взгляд. — Но лишь отчасти, поэтому вам с ней лучше не вдаваться в обсуждение подробностей. Я сам все расскажу со временем, пока это слишком опасно.

Сигурлин кивнула в знак согласия. Элин пробормотала:

— Я, пожалуй, посплю ещё немного. Но до поездки к Гейзеру буду в норме.

Сигурлин подошла и поправила подушки профессиональным жестом медсестры.

— Ты никуда не поедешь, — резко сказала она. — По крайней мере, в ближайшие дни.

— Я должна…

— Нет! У тебя ещё свежая рана. Нужно показать её врачу…

— Ни за что!

— Тогда делай, как я говорю.

Элин умоляюще посмотрела на меня. Я заявил с преувеличенной беспечностью:

— Мне просто нужно встретиться с коллегой. Кроме того. В твоем присутствии он не произнесет ни слова, поскольку ты не входишь в наш кружок по интересам. Я скоро вернусь, а твой вздернутый носик хотя бы разок останется подальше от моих дел.