Конни Банкер - Опасное сходство

— Что за абсурд! — Рене прикончил последний сандвич и, подойдя к мойке, быстро вымыл за собой тарелку. — Я стараюсь не пускать женщин в кухню, иначе это вызывает у них разные неуместные мысли…

— Какие же?

— Ну, например, о постоянстве.

— Ах это… — с сарказмом протянула Селин. — Конечно, какой же нормальный мужчина захочет, чтобы его захомутали! Куда приятнее иметь связи без каких-либо обязательств.

Рене медленно обернулся к Селин и, глядя ей прямо в глаза, тщательно вытер руки полотенцем.

— Кажется, я здесь не для того, чтобы обсуждать эту проблему, — сказал он тихо.

Селин густо покраснела. Действительно, она же сама не хотела впускать его в дом, а теперь вовлекает в ненужные дискуссии.

— Ты прав, — сухо согласилась она.

Селин села за стол и уставилась в бумаги. Просмотрев сделанные Рене исправления, она смущенно спросила:

— Ты абсолютно уверен, что я напечатала неправильно? По-моему, это чисто стилистическая правка.

— Я кое-что добавил.

— И много?

— Это что, допрос?

— Нет, что ты, просто… — Селин замолчала и просмотрела документ до конца. Она прикинула, что при ее скорости печати на всю работу уйдет не больше сорока минут. — Моя машинка стоит в кладовке, — сообщила она, вставая. — Посиди здесь, я скоро все напечатаю.

— Почему ты держишь пишущую машинку в кладовке?

Рене поднялся и пошел за ней, не обратив внимания на просьбу Селин ждать в кухне. Маленькая дверца за лестницей вела в пристройку, где стояла стиральная машина, в беспорядке громоздились коробки с вещами и масса хозяйственной утвари. Селин включила свет, сняла чехол с пишущей машинки, освободила немного пространства на столе и придвинула стул.

— Все никак не соберусь переставить ее в комнату, — сказала она, включая шнур машинки в сеть. — Вернувшись из Парижа, я первым делом купила пишущую машинку, чтобы при необходимости иметь возможность работать дома. Когда ее доставили из магазина, меня не оказалось дома, и сосед пристроил ее здесь. Так она тут и стоит. — Селин вставила бумагу и начала печатать. — В принципе, мне нравится здесь работать.

— В кладовке?

— Нечего удивляться, — обиделась Селин. — У каждого есть любимое место в доме, так ведь?

— У меня нет, — признался Рене. — Разве только постель.

— Здесь было мое любимое место для игр в детстве. Я любила устраивать тут пикники для своих кукол, особенно когда мама здесь гладила.

— Счастливое у тебя было детство.

Рене склонился к Селин, чтобы лучше видеть текст, и их головы оказались рядом. Она чувствовала на щеке его дыхание, и от этого ее мысли мешались. Рене оперся обеими руками на спинку ее стула, и Селин боялась пошевелиться, чтобы случайно не коснуться его. Она лихорадочно печатала, стараясь не обращать внимания на головокружение.

— Нет-нет, эти цифры неверные. Посмотри последнюю страницу.

Селин старалась сохранять деловой вид, но тщетно. У нее кружилась голова, она плохо понимала, что Рене говорил ей, и мечтала лишь о том, чтобы поскорее закончилась эта мука, но до последней страницы было еще далеко.

— Ты отлично справилась, — похвалил Рене, когда документ наконец был напечатан.

Он взял стопку страниц и, присев на стиральную машину, стал внимательно просматривать текст.

Если не дай Бог он опять найдет какие-то неточности и попросит перепечатать, я запущу в него пишущей машинкой, устало подумала Селин. Как он вообще посмел врываться в мой дом с какими-то поручениями, и именно теперь, когда мне нужно прийти в себя после всего, что произошло в Бостоне?!

— Все в порядке? — Селин поднялась со стула и, когда Рене кивнул, с облегчением выключила машинку из сети. — У меня старая проводка, так что лучше не рисковать, — пояснила она.

— Так какое заключение вынес Том Аткинс? — спросил Рене, когда они вернулись в кухню.

— Он сказал, что предстоит большая работа, и даже нашел течь в крыше. Он обещал вскоре представить свое заключение и расчеты. Я все это изучу и… приму окончательное решение. — Селин пожала плечами и сделала непроницаемое лицо.

Рене внимательно посмотрел на нее.

— Как я понял, ты не жаждешь распространяться на эту тему.

— Уже поздно.

— Сейчас… — он взглянул на часы, — чуть больше десяти.

— Я и говорю, что поздно.

— Не может быть, что ты всегда ложишься так рано.

— Я никогда не была совой.

Рене удивленно поднял брови.

— Может, посидим еще немного, выпьем по чашке кофе? Я не настаиваю на чем-то более крепком.

Их взгляды встретились. «Мы оба знаем, к чему приводит алкоголь», — было написано в их глазах.

— Если только недолго, — нехотя уступила Селин.

Этот мужчина не был ей безразличен, и она боялась выдать свои чувства. А не покончить ли со всем этим разом? — вдруг подумала Селин, ведь можно создать такую ситуацию, что Рене меня сам уволит. Например, нахамить ему. Но Селин не решалась на откровенный демарш, ведь ей в любом случае пригодится хорошая рекомендация. Работая с Рене, она убедилась, что он имеет влияние в мире бизнеса и крепкие связи, так что при желании вполне способен лишить ее всякой возможности получить другую работу.

— Я долго не задержусь, чтобы не отвлекать тебя от приготовлений ко сну.

— Между прочим, я не всегда сижу вечерами дома.

Селин наполнила водой чайник и резко поставила его на плиту, расплескав воду.

— Интересно, и куда же ты ходишь? Разве здесь есть поблизости куда пойти? Я, например, предпочитаю ездить отдыхать в центр города.

— Ну, это смотря кто что ищет.

Селин очень хотелось, чтобы ее слова звучали спокойно и немного загадочно. На самом деле она еще в Париже отказалась от светской жизни во всех ее проявлениях, боясь лишних скандалов с Дэном. Так что почти все вечера она сидела дома с ребенком, лишь иногда приглашая в гости подругу.

Дэн запрещал ей любые развлечения. Хотя он мало интересовался Селин, его приводила в бешенство мысль, что она может проводить время с кем-то другим. Дэн постоянно контролировал ее, приходил когда ему вздумается. Ему доставляло особое удовольствие ощущать полную власть над Селин, наблюдая, как она нервничает и суетится, стараясь всячески угодить ему.

Сейчас, по прошествии времени, Селин недоумевала, как могла так долго выдерживать эту пытку, но в то время она не видела выхода, боясь, что Дэн отнимет у нее дочь. Теперь-то она знала, что закон на ее стороне, но тогда страх затмевал все, делая ее марионеткой в руках Дэна.

— Согласен. — Рене потянулся за чайником, и их руки случайно соприкоснулись. — Например, какую ночную жизнь ведешь ты, молодая девушка? Ходишь по клубам?