Irene - Эфффект линзы

— Слабо, да?!

Я поднялся с парапета и поравнялся с ним. Видимо, он не ожидал, что я окажусь одного с ним роста, и немного отступил.

— Не слабо. Просто глупо это. А ты таки трепач… — я ухмыльнулся. — Судя по тому, как ловко ты спрыгнул с темы обреза, я делаю вывод, что сказать тебе на самом деле нечего. А признаться перед всеми теперь слабо.

— Да ну! — глаза Кравченко сузились и загорелись злым огнем.

— Ну да, — невозмутимо продолжал я. — Что, Никита, перед пацанами порисоваться захотелось? Нашел тему для шуток! Если тебе уж так не хватает внимания, то лучше иди и играй в КВН. Там зрителей больше.

Он открыл рот, но только схватил воздух, не найдя сразу нужного ответа. Ребята притихли, с любопытством наблюдая за реакцией Никиты. Эх, вот в этом и весь секрет его безуспешных попыток стать лидером. Я представил Литвиненко на его месте. Тот бы точно придумал, как отбить атаку.

— Ни фига я не придумывал! Я правда догадываюсь, где он его взял! — поморщившись, наконец выпалил он.

— Ну-ну, — подначил я.

— И мне не слабо… не то, что некоторым! — Кравченко уже выглядел откровенно жалким и я понял, что пора сворачивать разговор. Незачем снижать и без того неахти какой авторитет.

— А вы поспорьте, — неожиданно вклинился Гуць. — Ник расскажет, че знает, а вы придете в школу со своим пирсингом!

Вот блин! Арбитр чертов! Ведь мог же я уйти вовремя!

Кравченко тут же воспрянул духом.

— Я готов! Давайте! — Он протянул мне руку. — Или таки испугались?!

Я стиснул зубы, но все-таки скрепил договор.

— С одним условием. Ты рассказываешь все сейчас.

Кравченко скривился, но кивнул. Дима Гуць с довольной физиономией разбил рукопожатие.

Никита молча отправился со мной к школе. Меня не покидало чувство, что все это время он мучительно выдумывает, чтобы интересного мне поведать.

— Ну… вы знаете наших задротов? — Он прочистил горло.

Я остановился около приемной директора и кивнул ему, собираясь выслушать очередную тупую байку о любимом объекте гонений — Феськове. Едва не сбив нас с ног, мимо пронеслась шумная стайка первоклассников.

— Я понял, о ком ты.

— Короче, это они могли сделать.

— Что сделать?

— Обрез этот, блин! — Кравченко украдкой оглянулся и понизил голос почти до шепота. — Я слышал, что Феська и его команда совсем глюконулись со своими играми и стали сами с оружием ходить. Жженова недавно поймали в коридоре с газовым… Там контрольная должна была, а он сорвать хотел.

Я недоверчиво нахмурился. Ничего себе подробности! Но с выводами спешить нельзя — все это могло оказаться простой сплетней. Я еще раз окинул Никиту придирчивым взглядом. Терпеть не могу, когда слухи распространяют парни. Впрочем, его слова можно легко проверить. И, кроме того, Кравченко казался более достоверным источником, чем, например, Гуць.

— И это все?

Парень еще раз оглянулся и пожал плечами. Н-да… Негусто. Зато завтра я буду в самом центре внимания.

Я отправился к себе в кабинет, больше не обращая на Кравченко внимания. С этой информацией все же стоит поработать. И если он прав, я узнаю о смерти Литвиненко новые пикантные подробности.

Я посмотрел на себя в зеркало и ухмыльнулся — наверное, еще сам не до конца вышел из подросткового возраста. Потому что на меня до сих пор действовало магическое слово «Слабо?»

В свое время, прокалывая бровь, я сделал это так неумело, что шрам до сих пор не затянулся полностью и можно спокойно вдеть любую сережку. Конечно, в этом был определенный риск, но, насколько я знал, во вторник наша директриса собиралась пораньше уехать в первую школу по делам, так что бояться мне практически нечего. Я еще раз злобно улыбнулся своему отражению, застегнул кожаную куртку и вышел из дома.

Зря я ожидал немедленной и бурной реакции, как те исследовали, запустившие в метро голую женщину. Конечно, я ею не был, но и осознавать, что, здороваясь с тобой, тебя практически не видят, было немного неприятно. За рутинной бумажной работой прошло полдня и, уже собираясь домой, я решил зайти в «курилку» к своим подопечным.

Я, как обычно, присел на парапет, поздоровавшись с теми, кого еще не видел, и только тогда заметил, что у толпившихся около стены ребят удивленно вытянулись лица. Кравченко несмело улыбнулся, будто не веря своим глазам, и первым подошел ко мне ближе.

— Офигеть… — он протянул мне руку. — Респект вам, Кирилл Петрович! Думал, не решитесь, соскочите с темы.

Не знал, что он такого обо мне мнения… Я брезгливо поморщился.

— Обычно, когда что-то говоришь, нужно быть готовым отвечать за свои слова.

Гуць задумчиво рассматривал сережку в моей брови:

— Я собирался тоже проколоть. Но потом передумал.

— Правильно сделал. Она надоедает за две недели. А потом еще и зрение портится.

Они уставились на меня в искреннем изумлении.

— Чего это?

— А представьте, что у вас в поле зрения постоянно висит, например, муха. Куда бы вы ни смотрели, что бы ни делали — муха висит и никуда не улетает. Приятно?

Гуць залился своим тонким девчачьим смехом.

— Прикол…

— Я вот что хотел спросить: кто-нибудь в курсе, куда подевался Феськов? Ну, и друзья его…

— Да фиг знает, вчера их тоже не было… — Кравченко почесал бритый затылок. — Наверное, в интернет-клубе висят. Его мамка вместе с моей работает, вчера зарплата была. Небось, выдала ему деньжат на карман.

— Это тот клуб, который здесь недалеко, возле сберкассы?

Несколько человек одновременно кивнули.

— Ладно, спасибо, пацаны. Помогли мне, — я улыбнулся и отправился в свой кабинет.

Мой путь, как обычно, пролегал через узкий темный коридор на втором этаже, где единственным пятном света, кроме едва горящей лампочки, были вечно распахнутые двери учительской. Я уже намеревался прошмыгнуть мимо, чтобы остаться незамеченным, но в этот момент увидел, что из кабинета, с трудом передвигая две огромнейшие сумки, выползла Юля. Распрямив спину всего на пару секунд, она титаническим усилием опять подхватила свою ношу и поволокла ее к лестнице.

— Юлия Витальевна, вы в своем уме?! — Я подбежал к ней и забрал сумки из рук. — Юль, ну правда, позвонить не могла, что ли?!

Она с облегчением выдохнула:

— Да надо было картошки купить, а тут как раз машина приехала… Я и не рассчитала свои силы… — Юля вдруг одарила меня удивленной улыбкой, заметив мой необычный прикид. — А это у тебя что?..

— Не спрашивай. Бандитская пуля, неформальское детство…

— … и деревянные игрушки, прибитые к полу.

Мы засмеялись, я чуть не выронил одну из многотонных Юлиных сумок. Темный коридор закончился небольшим холлом и, проходя, я заметил девчонок из 11-А, сидевших на подоконнике. Честно, 11-А уже порядком меня утомил, поэтому я не стал обращать на них особого внимания. Юля поздоровалась с ними и мы продолжили схождение по лестнице, но уже в следующую секунду я услышал громкий шепот за спиной.