Наталья Перфилова - По стандартам миллиардеров

Ирина Матвеевна замолчала, не удостоив меня ответом. Она обернулась к нотариусу.

– Такое ощущение, что вы, Иван Станиславович, сегодня в своем офисе пол города решили собрать, чтобы наши семейные тайны стали достоянием общественности…

Нотариус недоуменно пожал плечами.

– Смею заметить, Ирина Матвеевна, сегодня в этот кабинет я вообще никого не приглашал. Меня самого, можно сказать, перед выбором поставили… Корнея Юрьевича, как, впрочем, и вас, попросил сюда прийти следователь, Сметанин Сергей Серафимович, если не ошибаюсь…

– А вы случайно не в курсе, что хочет от нас этот следователь? – Довольно спокойно поинтересовался из своего угла Озеров. – Всю дорогу голову ломал над тем, что бы это могло значить? Любопытно послушать…

– Тут, между прочим, не театр, милый мой! – Желчно заметила Ирина Матвеевна. – Я, например, против того, чтобы каждый, кому вздумается поразвлечься за чужой счет, совал свой нос в наши сугубо семейные дела.

– Но я в некотором смысле не совсем первый встречный. – Слегка покраснев, поправил Озеров. – Я, если можно так выразиться, партнер и лицо довольно близкое и заинтересованное…

– Служащие моего сына никогда не были, и не могли быть близки нашей семье. – Презрительно посмотрела на сгорбленную фигурку финансиста свекровь и отвернулась.

– Он больше не служащий. – Со вздохом сказала я. – Практически за день до смерти Семен продал Корнею «Гулливер». Теперь он, и правда, юридически превратился в нашего компаньона. Хотя бы на первое время, пока не наладит новые связи. Ведь гостиничный комплекс тесно связан с остальными предприятиями Семиной фирмы.

– Что!? – Чуть не подскочила на стуле от возмущения Ирина Матвеевна. – Что значит продал?! Да я в два счета опротестую эту незаконную сделку! Я планировала подарить «Гулливер» Ренату в качестве свадебного подарка, он бы блестяще справился с его управлением…

– Она вполне законна. – Неожиданно спокойно заявил Корней и демонстративно потряс чемоданчиком, который до этого нервно сжимал пальцами обеих рук. – У вас нет повода заявлять протест.

– Если вы подписали документы за день до смерти моего сына, то я могу запросто доказать, что он был не в себе…

– Но Семен Васильевич умер не от помешательства или болезни мозга, а от обычного сердечного приступа. – Напомнил Озеров. – К тому же мы вели переговоры об этой сделке задолго до этого трагического дня. У меня уже и свидетельства готовы и остальные документы, я во всех инстанциях встал на учет…

– Подсуетился, значит! – Сквозь зубы процедил Ренат и угрожающе посмотрел на худосочного Корнея. – Думаешь, обезопасил себя со всех сторон, гнида?…

– Не надо меня оскорблять, молодой человек. – С достоинством вздернул вверх подбородок Озеров. – Если у вас или вашей супруги есть ко мне какие?то претензии, вы можете обратиться в суд…

– Не волнуйся, Корней. – Сочла своим долгом вмешаться я. – Для меня хоть это известие и явилось такой же неожиданностью, как для остальных, но я к тебе, как уже говорила раньше, претензий не имею. А вас, Ирина Матвеевна, хотелось бы попросить немного сбавить обороты. Вы с такой легкостью собираетесь раздаривать еще не принадлежащее вам имущество, что я удивляюсь вашей бестактности. Стоит все же уважать волю вашего сына. Не правда ли? Советую сначала выслушать мнение Семена на этот счет, а уж потом раздавать обещания и угрозы.

– Какого черта этот следователь себе думает!!? – Возмущенно подал из своего угла голос Ренат. – Заставил нас всех к шести подъехать, а сам и не чешется. Он как-будто специально ждет, пока мы все тут переругаемся, а то еще и подеремся чего доброго. Время уже половина седьмого, мы все на месте…

– Еще не все. – Спокойно отозвался из?за своего стола нотариус. – Из списка людей, которых Сергей Серафимович хотел бы видеть, не появилось еще два человека… Так что не шумите.

– Может, они вообще не придут, эти ваши человеки? – Продолжал настаивать Асманов. – В конце концов, все допустимые сроки для опоздания уже прошли. Я ждать не нанимался…

– А тебя никто и не умоляет, между прочим об этом! – В комнату влетела слегка растрепанная, запыхавшаяся Анжела с Жориком на руках. – Простите, ради бога, за опоздание, но мне сообщили о том, что требуется мое присутствие буквально пол часа назад. – Нотариус чуть заметно кивнул, подтверждая слова моей подруги. – Я никак не ожидала такого и строила совершенно другие планы на вечер, но раз нужно, то я, конечно же, поспешила сюда… Я, честное слово, очень торопилась, едва успела переодеться и покормить Жоржа. Но у меня машина, как на зло, сломалась, пришлось такси ловить. А с собакой никто не хотел сажать…

– Ты зачем животное с собой притащила? Дома что ли не могла свою псину оставить? – Недовольно пробурчал Ренат, с опаской поглядывая на сотовый телефон, болтающийся у Анжелы на шее. – Он сейчас нагадит в каком?нибудь углу, и нам придется дышать этой гадостью…

– Сам ты нагадишь! – Агрессивно перебила Асманова подруга, покрепче прижимая собаку к груди. – Да Жорж, если хочешь знать, никогда себе такого хамства не позволит, не то что некоторые. – Она выразительно посмотрела в глаза Рената, тот слегка покраснел и замолчал.

– Да хватит тебе оправдываться, – Сказал Игнат. – Никто же не выгоняет твоего обожаемого Жоржа. Пусть остается, только сидит тихо и не мешает нам всем слушать, что следователь скажет…

– Игнат?! – Ахнула Анжела, впервые обратив внимание на моего спутника, и чуть не села мимо стула, любезно предложенного ей помощником нотариуса. На ее лице отразилась целая буря эмоций. Она изумленно раскрыла рот, но к счастью сдержалась и не произнесла больше ни звука. С трудом оторвав глаза от лица моего спутника, она погладила примостившегося у нее на коленях Жоржа и застыла, всем своим видом давая понять, что готова к церемонии.

– Ну, что теперь все в сборе что ли? – нетерпеливо поинтересовался Ренат.

– Я же сказал, что мы двоих ждем. – Без особых эмоций возразил Иван Станиславович. – К тому же и господина Сметанина тоже еще нет.

– Так двое и пришли. – Игнат усмехнулся и кивнул в сторону Анжелы. – Анна и ее задушевный дружок.

– Меня зовут не Анна. – Подруга вспыхнула и закусила губу.

– Игнат просто ошибся, – примирительно заметила я и повернулась к нему, – мою подругу зовут Анжела. Анжела Львовна Кустинская.

– Извините, Анжела Львовна. – В глазах Игната вспыхнули веселые искорки. – Действительно ошибся, но мне простительно, я знаком с вами всего каких-то пять минут…

– Да какая нафиг разница, как эту красотку зовут. – Снова подал голос Ренат. – Мне вот лично до лампочки ее имя. Сколько еще ждать прикажете? Может, этот ваш следователь вообще сегодня не придет… Мы что, так и будем до утра здесь сидеть?