Татьяна Луганцева - Королевство треснувших зеркал

«Легко сказать, думайте о приятном». — Перед глазами Алисы всплыло самодовольное лицо Валентина. Он оценивающе рассматривал ее и скептически покачивал головой. Алиса что-то просила у него, а он, по всей видимости, отказывал ей в этом, на что ее возмущению не было предела.

— Ты мне обещал! — требовала она и не собиралась покидать его кабинет в торговом комплексе.

Валентин внезапно грубо вцепился ей в плечи и принялся трясти, пытаясь вытолкнуть ее из своего кабинета.

Ах, у тебя же есть жена, ну, конечно! — вспомнила она и заплакала.

Алиса, очнитесь! Ау! Соня, просыпайся! А говорила, что электросон ей не нужен и на нее не подействует! — слышала она все отчетливее и наконец открыла глаза.

Ее трясла Ольга Ивановна, внимательно всматриваясь в лицо.

Ну? Все в порядке?! — спросила медсестра.

Я спала? — удивленно проговорила Алиса, вытирая слезы, струящиеся из глаз.

Еще как спала! Вашей уставшей психике просто необходим хороший сон, когда отдыхают все структуры мозга. Психолог была права.

«Видимо, какая-то часть вредненьких мозговых 'клеточек не заснула и подарила мне этот противный сон», — пронеслась мысль у Алисы.

А где эта женщина… Раиса? — спросила она у Ольги Ивановны.

Что вас так беспокоит ее судьба? Не волнуйтесь, с ней все будет хорошо, она в надежных руках, — уклончиво ответила та.

Алиса, выходя из физиотерапевтического отделения, кинула тоскливый взгляд на ряды кабинок, отделенные простынями, и заметила красные лакированные босоножки в одном отсеке.

— Можете идти к себе, на сегодня все процедуры закончены, — разрешила медсестра, — но перед сном рекомендую вам прогуляться по нашему чудесному саду, привести нервы в порядок.

«Почему все говорят о моих нервах? Если умному : человеку по десять раз на дню говорить, что он дурак, так он в это поверит!» — внутренне возмутилась Али-са и спросила:

Когда я могу поговорить с директором Лолитой Игоревной?

Она очень занятая женщина и сама найдет возможность пообщаться с вами, Алиса, — строго оборвала ее Ольга Ивановна.

Возможность поговорить с Алисой директриса реабилитационного центра нашла тем же вечером, когда тиса, словно сомнамбула, слонялась по парку. Лота Игоревна в светлом брючном костюме, с кожаной сумочкой темно-коричневого цвета и в туфлях в .Фон сумочке нагнала ее на одной из дорожек парка и полуобняла за плечи.

— Ну, как вам у нас, дорогая?

— Ну…

— Понимаю, по одному дню трудно судить! Но вы вольетесь в наш дружный коллектив, и вам понравится у нас. Сегодня вас, Алиса, замучили исследованиями, но так не будет продолжаться каждый день, не волнуйтесь! Психолог уже сделала предварительное заключение, и знаете что?

— Что? — тихо выдохнула Алиса.

— У вас большие психологические проблемы! Очень большие!

— Да?! — удивилась Алиса.

— В гипнотическом сне вы рассказали то, о чем в нормальном состоянии никогда не осмелились бы признаться. Не беспокойтесь, все секреты вашей души останутся с нами, как врачебная тайна.

— Что же такого страшного я выдала там? — ужаснулась Алиса, рассматривая аккуратно подстриженный газон.

— Вам это интересно?

— Конечно. Вы копаетесь у меня в голове, и я бы хотела знать, какой мусор вы нашли в ней, — высказала она свои пожелания, переводя взгляд на ряды искусно подстриженных кустов.

— Ну, во-первых, разрешите вас поздравить, мужа своего бывшего вы не любите! — проговорила Лолита Игоревна.

— Я это и так знала, — пожала плечами Алиса, — иначе бы я с ним не стала разводиться.

— Ошибаетесь. Многие женщины идут на развод, как на последний шанс вразумить своего супруга. Часто бывает, что женщина и после развода продолжает любить своего мужа, и ему стоит только поманить ее пальцем… У вас же вопросы о бывшем супруге не вызвали абсолютно никаких эмоций. У вас, Алиса, не осталось никаких чувств к нему, это показал прибор. Меня насторожило то, что вы не испытываете к нему никаких, понимаете, никаких чувств! И негативных в том числе!

— Почему это должно вас настораживать? Потому что Евгений, ваш бывший муж, является для вас врагом номер один! Он вас бил, он унизил вас, он лжесвидетельствовал и шантажировал и обобрал вас до нитки! И это вместо благодарности за столько лет совместной жизни! Неужели вам это не видно?! — распалялась Лолита Игоревна, сев на любимого конька. — Нет, — Алиса проморгала глазами, — я вам притаюсь, когда я думаю о Евгении, меня посещают блатные мысли, что наконец наши жизненные пути разошлись и я от него отделалась. Может быть, я неформальная?

— Странно… некоторые женщины от обиды и грусти сходят с ума, а вы так спокойны…

— Вы имеете в виду Раису? — оживилась Алиса, которую просто потрясла судьба этой женщины.

— Раису? — наморщила высокий лоб директриса.

— Ах, эта бедолага, всю жизнь отказывавшая себе пирожных, и на деньги которой сейчас учится любовница ее мужа? Да, это один из частных примеров вмешательства, но я не это имела в виду.

— Может быть, я такая бесчувственная? — спросил Алиса, поднимая глаза к кронам деревьев и рассматривая подстриженные ветки. Все в этом парке было подстриженным и симметричным, словно в буддийском храме.

— Вот тут-то вы как раз ошибаетесь! При упоминании о некоем Валентине, друге вашего мужа, который наравне с ним подло поступил с вами, ваши эмоции зашкалили все предельно допустимые высоты, чуть не сломались наши приборы.

Волосы зашевелились на затылке у Алисы.

— Откуда вы про Валентина знаете и про то, как он поступил со мной?

— Как откуда?! Вы сами в состоянии гипноза все рассказали психологу, что с вами произошло.

— Какой ужас! Ну, вот, наверное, из меня и вышли отрицательные эмоции все на этого Валентина. Потому что он чужой для меня человек и не должен был лезть в это дело! — надулась она.

— Если бы это было так! Эмоции у человека имеют разный заряд, то есть положительную и отрицательную окраску. Женщина испытывает злость, гнев, ненависть, страх, и графическая кривая ползет вниз. Чем больше ее амплитуда, тем сильнее эмоции. Наш прибор — еще не запатентованное изобретение, но он нас еще никогда не подводил! — сказала Лолита Игоревна.

— И что? — промямлила Алиса, чувствуя, как у нее начинают краснеть уши, как у провинившегося ребенка, потому что она, как назло, не испытывала к Валентину ни одной из перечисленных эмоций.

— А то! При упоминании его имени ваш график уходит резко вверх. А туда ползет кривая, если женщина радуется, восторгается, любит, наконец… — Лолита Игоревна окинула цепким взглядом сжавшуюся фигуру Алисы. — Вот я и удивляюсь, Алиса, что вы за человек? Этот Валентин — настоящий подлец, он помог вашему мужу обобрать вас. Да по нему тюрьма плачет, а вам он нравится.