Дмитрий Ребров - Джек-пот для Золушки

Да, на свете есть вещи, с трудом поддающиеся пониманию, но чудес, увы, на свете нет. Из ничего не может появиться что-то. Это бесспорно и незыблемо, как дважды два. Закон природы, открытый еще Ломоносовым. Как там у него? «Ежели к чему-либо нечто прибавилось, то это отнимается у чего-то другого» — кажется, так. Вот и с квартирой вышло так же. Причем действовал ноутбук, надо отдать ему должное, весьма и весьма рационально. И правда, к чему напрягаться, искать средства, рассматривать тысячи вариантов? Куда как проще взять и просто расчистить жилплощадь! Какая страшная, дьявольская логика!

А конфеты?… Наташа вдруг вспомнила о своем первом желании. Кто и как заплатил за ту самую коробку конфет, что лежит у нее под ванной? Смерть бабушки заставила ее забыть о своем намерении встретиться с Оксаной, а ведь именно Оксана в первую очередь могла стать жертвой ее компьютера!

Наташа торопливо оделась и отправилась к кондитерскому киоску. Она волновалась и чем ближе подходила к нему, тем сильней становилось ее волнение. Ей было страшно за подругу, в голову невольно лезли самые страшные предположения.

Оксаны в киоске не было. Вместо нее из окошка ларька выглядывала какая-то совершенно незнакомая краснолицая тетка. Растерянная Наташа встала в шаге от прилавка.

Страх за Оксану сковал ее, она молчала, не в силах задать терзавший ее вопрос.

Скучавшая продавщица сама спросила ее:

— Чего вам, гражданочка?

— Скажите, пожалуйста, — голос Наташи нервно подрагивал, — здесь раньше работала девушка… Оксана… Вы не знаете, где она?

— Нету ее. Уволилась ваша Оксана, — не слишком любезно ответила тетка и вполголоса ворчливо добавила. — Уж вторую неделю нет, а они все спрашивают… Далась им всем эта Оксана!

— Уволилась? А почему? — спросила, вмиг оживившись, Наташа. Подруга была жива, и это — самое главное!

— Почему, почему… — пробурчала продавщица. — Да ну вас! Уже устала каждому объяснять!

— Пожалуйста, это очень важно!

Тетка хмуро взглянула на девушку и вздохнула. Все равно покупателей не было, и заняться ей было совершенно нечем…

— Ну ладно, в последний раз!.. — Продавщица навалилась могучей грудью на прилавок и принялась рассказывать. — В общем, так. Недостача у нее открылась, у Оксаны вашей, — пропал куда-то целый короб шоколадных конфет. Понятно? Ну, ее, раз такое дело, хозяин — к ногтю! Что да как, где конфетки-то? Ей бы, дуре, поплакаться, повиниться да и покрыть недостачу, а она уперлась, как баран, — ничего не знаю, не было конфет, и все! Давайте, говорит, разбираться! Вот ее и — пинком под зад!

— Но почему? — возмутилась Наташа. — А вдруг конфет и в самом деле не было?

Надо же было, действительно, разобраться!..

— Ха! — горько ухмыльнулась продавщица. — Вот еще — с каждой разбираться! Милая, да кому это надо?! Да мало ли таких, как мы… гастарбайтеров! Только свистни! С нами, чтоб ты знала, хозяева не церемонятся! Под зад коленом — и весь разговор! Так-то вот… А на что она тебе сдалась, Оксанка-то?

— Да так… — пожала плечами Наташа. — И где же она теперь?

— Домой уехала. Кому она здесь нужна?!

— Скажите, а она здорова? — Наташе было важно убедиться, что увольнение — это все, чем Оксана расплатилась с рыбкой за исполнение ее желания. — Больше с ней ничего не случилось?

— С кем? С Оксанкой-то? Да что с ней сделается! — Тетка вдруг расхохоталась. — Ты бы послушала, как она тут всех крыла! Больные, милая, так не ругаются!

Поблагодарив продавщицу и попрощавшись, Наташа отправилась домой.

Итак, Оксана отделалась увольнением с работы, и это, учитывая безжалостную логику ноутбука, можно было считать несомненной удачей. К тому же Наташа хорошо знала, как тоскливо и одиноко было ее подруге в чужой Москве, как скучала та по родной Горловке, по дому, по маме и особенно по своему ненаглядному сынуле. Так что Оксана, наверное, покидала Москву если и не с радостью, то уж, по крайней мере, не без облегчения. Кто знает, может быть, так ей будет даже лучше?

Получалось, что зло, причиненное ей Наташей и ее компьютером, было небольшим, весьма относительным и, даже более того, — не бесспорным.

Это открытие успокоило Наташу, заметно облегчило тяжесть на душе. «Может быть, все не так уж однозначно трагично? — думала она. — Может быть, в алгоритме работы ноутбука вовсе нет жесткой и безусловной связи: цена радости — горе, а цена приобретения — потеря? Просто одно событие служит причиной для другого, а какими именно окажутся эти события — это уже дело случая?»

Ей вспомнился «Фауст» и то определение, которое дал себе Мефистофель: «Часть силы той, что без числа творит добро, всему желая зла». Но ведь «добро» Мефистофеля — всего лишь побочный продукт его деятельности, продукт незапланированный, а потому досадный. Так может быть и зло, причиняемое ноутбуком, — такой же побочный продукт?

Что же выходит? Компьютерная золотая рыбка — это Мефистофель наоборот?!

У Наташи внезапно разболелась голова. Думать о проклятом ноутбуке больше не было ни сил, ни желания. Однако Наташа понимала — ей еще не раз придется поломать над этим голову. Потому что у нее оставалось еще одно — последнее! — желание, а окончательного решения — воспользоваться им или нет — у Наташи до сих пор не было…

14

Спустя две недели после похорон бабушки Наташа впервые достала ноутбук из-под кухонного стола. Потертый чемоданчик лежал перед ней безмолвной черной глыбой — непостижимый, таинственный и всемогущий.

Как удавалось этому невзрачного вида устройству с невероятной легкостью распоряжаться — ни много, ни мало — людскими судьбами?! Как он мог все предвидеть, просчитать заранее? И каким образом он получал информацию для этих своих сверхъестественных расчетов?

«Ну откуда он мог узнать, например, о коробке конфет у кондитерского ларька? — задавала вопрос Наташа и сама себе отвечала. — А откуда Воланд узнал, что Аннушка уже пролила свое масло? — Но это же Воланд, всесильный дьявол в человеческом облике! — А почему бы всесильному дьяволу не принять облик компьютера? — Но Воланд — выдумка! — Да?! А Фауст? А шагреневая кожа? А портрет Дориана Грея? А Пушкинская золотая рыбка, в конце концов?!! — Окстись!! Подумай, что ты несешь?! Это же бред, мистика, чертовщина! Ты в своем уме?!»

Наташа считала себя материалистом, и мириться с версией о мистической сущности ноутбука категорически не желала. Но и другие, материалистичные предположения, появлявшиеся в ее голове, никуда не годились и больше походили на плохую фантастику. Что это могло быть за устройство и откуда оно могло появиться? Изобретение какого-нибудь безумного гения-одиночки? Подарок человечеству от другой, более развитой цивилизации? Случайный сувенир из далекого будущего? Чушь! Ерунда! Наивный и беспомощный детский лепет!..