Джулия Гарвуд - Опасные забавы

От слабости Кэрри махнула рукой на вечерний душ. Она лишь почистила зубы, смыла макияж и переоделась в ночную сорочку. До кровати едва удалось добраться — так подкашивались ноги.

Откуда-то донесся мелодичный хрустальный звук. Снизу, из зала? Наверное, это горничная убирает со стола. Женский голос, затем мужской… игривый женский смех. Убирает и попутно флиртует с Монком? Почему бы и нет? Он того стоит, да и заняться нечем, раз уж гости разошлись по своим комнатам. Боже, да ведь еще нет и девяти! Так она себя чувствует обычно разве что под утро, когда засидится за работой…

Комната плыла перед глазами, самочувствие было хуже некуда. Кэрри рухнула на постель, заползла под покрывало и повернулась на бок, подтянув колени чуть не к подбородку. Нет, так только хуже! Она медленно перекатилась на спину и вытянулась. Как будто лучше…

Через минуту Кэрри уже спала.

Трудно сказать, как долго длился сон, но когда она проснулась, в комнате было совсем темно и кто-то тихонько звал ее по имени. Она попробовала откликнуться, но язык не слушался. Потом раздался странный звук, будто рядом снова и снова щелкали кастаньеты.

Что происходит?

Кто-то толкнул Кэрри в плечо и снова окликнул, уже громче.

Как много нужно сил, чтобы просто приподнять веки! Они словно приклеились.

— Кто это?..

— Кэрри, Кэрри!

— Кто это?..

Непрерывное щелканье мешало сосредоточиться, и сон наплывал, не желая выпускать из объятий. Вспыхнул свет, такой яркий, что заболело даже под веками, но не хватило сил прикрыть глаза рукой.

— Оставьте меня… — взмолилась она едва слышно.

— Я слышала твой сегодняшний тост, Кэрри. Помнишь его?

— Нет…

— Ты пожелала, чтобы все мечты стали явью. А как насчет кошмаров? Вдруг они тоже воплотятся?

Что за нелепость?

— Кошмары? Какие кошмары?

— Открой глаза.

Щелканье приблизилось вплотную.

— Ну же, взгляни на меня!

Голос стал требовательным, даже угрожающим. Наконец Кэрри удалось приподнять невероятно тяжелые веки. Над ней раскрывались и смыкались ножницы. Отблеск от них резал глаза. Звук, с которым они смыкались, и был тем щелканьем, что ее разбудило. Откуда здесь ножницы и зачем?

Щелканье прекратилось, ножницы исчезли из виду. На их месте появилось лицо. Оно склонилось близко, так близко, что даже сквозь пелену удалось разглядеть дьявольскую, злорадную улыбку — улыбку из далекого прошлого.

Кэрри показалось, что она кричит в полный голос, но это был только слабый шепот:

— Нет… нет… нет… о Господи, защити и спаси… нет… Джилли!..

Глава 5

Эвери давно потеряла всякое представление о времени. Хотелось сделать как можно больше до отъезда в аэропорт. Накануне она не ушла с работы до тех пор, пока не разобрала все на своем столе, но, даже несмотря на это, ей пришлось утром явиться в половине седьмого.

От усталости двоилось в глазах, так что текст на экране расплывался, а дело двигалось удручающе медленно. Кто-то (надо было еще выяснить, кто этот негодяй) успел водрузить на стол двадцать две папки со всевозможной информацией для срочной загрузки в базу данных. Пришлось также ознакомиться примерно с шестью десятками сообщений и дать на них ответ. О том, чтобы заглянуть в собственный почтовый ящик, и речи не шло.

Кабинка выглядела так, словно по ней прошелся ураган. Казалось, стоит отвернуться — и папки множатся.

— По-моему, ты уже должна быть в воздухе, — сказала Марго, осторожно выглядывая из-за груды бумаг, которую венчала опустошенная коробка для завтраков.

— Еще немного времени найдется… — ответила Эвери, не отрывая взгляда от клавиатуры (она печатала ответ на очередное послание).

— Эй, Марго! — Лу потянулся, разминая утомленные плечи. — У тебя там не осталось печеньица?

— Можешь съесть долю Эвери, все равно она к ним не прикоснется.

— Да-да, ешь, — рассеянно подтвердила та.

— Когда уходишь? — осведомился Лу с полным ртом.

— Скоро…

— На аэродром?

— Куда же еще? — хмыкнула Марго.

— У меня все рассчитано до минуты, — сказала Эвери, ненадолго опуская руки. — Если уйти с работы ровно в четыре пятнадцать, хватит времени заехать домой, переодеться, уложить вещи в багажник, добраться до аэропорта, оставить машину на платной стоянке и добежать до контроля.

— Ты вчера говорила с экономкой миссис Шпигель? — Марго появилась из своей кабинки. — Помнишь, ты хотела намекнуть, чтобы спрятала ключи от машины?

— Нет, забыла.

— Я могу позвонить, если ты не против. Оставь номер. В конце концов, разве мы не должны заботиться о безопасности граждан?

— Буду тебе страшно обязана. Только не нужно слишком на нее наезжать. Миссис Шпигель — милая старушка. Наверняка она прекрасно знает, что не должна садиться за руль, и делает это только по забывчивости.

— Старая склеротичка чуть тебя не прикончила! Ну хорошо, хорошо. Обещаю не наезжать.

— Между прочим, на главном шоссе в это время дня ужасные пробки, — вмешался Мел. — А раз тебе нужно на самолет, пробка по закону подлости будет особенно долгая. Поезжай лучше по Джефферсон-Девис и девяносто пятой. Это обеспечит добавочных двадцать минут.

— Очень сомневаюсь! — заспорила Марго. — Час пик — он везде час пик. По главному хоть короче.

Эвери не прислушивалась к разговору, всецело поглощенная своим делом. Пальцы ее так и летали по клавишам.

— Неловко оставлять вас, ребята, разгребать мои завалы, — сказала она в пространство.

— Насчет завалов не беспокойся, — утешил Лу.

— Разделим обязанности и как-нибудь управимся, — поддержала Марго. — Лу, ты теперь весь в сахарной пудре. — Она потянулась через плечо Эвери, сунула ему салфетку и продолжала: — Не советую мучиться угрызениями совести — через месяц у моей двоюродной сестры свадьба в Сан-Диего, и я намерена там быть. Это значит, вся моя работа свалится на тебя.

— Я набросаю кратчайший путь до аэропорта, — предложил Мел, — пошлю на печать, а ты перед уходом заберешь… нет, я сам заберу и отдам тебе.

— Беру не глядя любой маршрут, лишь бы уйти отсюда не позже четырех пятнадцати!

— Уйдешь, уйдешь. На всякий случай давай сверим часы. У меня точные.

— Ну знаешь ли! — возмутилась Марго. — Не будь занудой! Брэд Питт, например, никогда бы не…

В ее кабинке зазвонил телефон. Не договорив, Марго бросилась туда. Инициативу перехватил Лу:

— Все мы тут жуткие зануды. Ведь верно, Мел?

— А если и так, то что? Что плохого в занудстве? Зануда — это по большому счету человек во всем аккуратный, а такое качество чаще всего вознаграждается. Взять хоть Билла Гейтса. Жуткий зануда — а как многого добился!