Хизер Грэм - Приходит ночь

Он никак не отреагировал, просто повернулся к остальным:

— Думаю, перед этим нам надо подкрепиться. Похоже, фотосессия затянется до следующего воскресенья.

— Ага, я просто помираю с голоду, — поддакнул ему Мик. — Пошли, ребята.

Брин почувствовала, как кто-то крепко берет ее за локоть, и она нервно поглядела в глаза Ли. Они казались темнее ночи — если не считать сердитого золотого огонька.

— Давайте, мисс Келлер. Пойдемте.

Но войти в загородный клуб оказалось почти невозможным.

— О господи боже! — вздохнул загнанный, нервный метрдотель. — Тут у нас весь день толпа этих партийцев, мистер Кондор. Сегодня у нас проходит политическое мероприятие, такая толчея! Надеюсь, можно будет найти для вас и вашей группы хоть какое-то местечко. Кроме вас и этих политиков, у нас еще и национальный турнир по гольфу, такая жуть! С самым большим призовым фондом. Я предупредил их, что у нас все места заказаны заранее, но никто ничего слышать не хочет. В обеденном зале все занято — тут я ничего не могу поделать. Если б я только знал, что вы захотите пообедать…

— Думаю, вы сможете устроить нас на террасе? — спросил его Ли.

— Да, да, разумеется! И мы подадим вам особого, коллекционного вина — пока вы будете ждать, и с собой тоже, конечно, сэр!

— Давайте, Брин, пройдем назад на террасу. Мне надо сказать вам несколько слов — до того, как подойдут остальные.

— Я… да… позже, Ли. Мне надо в дамскую комнату.

— Брин!

— Извините!

Брин ускользнула от него прежде, чем он смог ее остановить, и решила, что ей и в самом деле лучше направиться в дамскую комнату — независимо от того, надо ли ей туда или нет, Но пробраться туда сквозь толпу ей едва ли удастся, подумала она, как вдруг лоб в лоб столкнулась с политиком, который только что избавился от репортеров.

Смущенная, Брин уставилась на этого человека это был Дирк Хэммарфилд, тот самый, которого она видела в программе теленовостей на прошлой неделе А поскольку черты его лица сложились в дружескую улыбку, она решила, что он определенно наделен яркой харизмой. Глаза у него были голубые, как цветки льна, росту он был добрых метр восемьдесят три волосы светлые и взъерошенные. Вот образцовый американский кандидат, подумала Брин.

— Ох, простите великодушно! — извинился он.

— Это я виновата, мистер Хэммарфилд.

— А, так вы меня знаете! — просиял он.

Брин случайно поглядела через его плечо. Даже через всю толпу ее глаза различили другого человека.

Ли. Он пошел за ней. И сейчас наблюдал — спокойно, небрежно прислонясь к стене, руки в карманах, глаза прищурены и внимательны.

Брин одарила молодого политика восхитительной улыбкой:

— Разумеется, я вас знаю, мистер Хэммарфилд Я внимательно слежу за вашей кампанией и просто убеждена, что вы будете следующим сенатором от Невады!

Краем глаза она заметила, что Ли исчез. И ее это задело. Дирк Хэммарфилд продолжал сиять и даже начал рассказывать ей что-то, но все, чего ей сейчас хотелось, — так это сбежать.

— Кто эта молодая леди с фотоаппаратом, Дирк?

Брин подпрыгнула, когда в беседу вступил еще один голос. Она быстро взглянула на человека, который подошел к Дирку Хэммарфилду.

— Мисс?.. — поспешно спросил Дирк.

— Келлер. Брин Келлер.

— Мисс Брин Келлер, познакомьтесь с моим адъютантом Питом Ларсом.

— Как поживаете? — Брин, чувствуя неловкость, протянула ему руку.

Адъютант? Мужчина был невысоким, не толстым, но квадратным и крепким как скала. На нем был черный, ни к чему не обязывающий костюм. И все его черты, подумала Брин с удивлением, были такими же — абсолютно никакими. Он выглядел скорее как мелкий гангстер из старого полицейского боевика, нежели как адъютант политического деятеля.

— Что вы снимали, мисс Келлер? — вежливо спросил Пит Ларе.

— Ли Кондора и его группу, — ответила она. Она старалась быть с ними приветливой, но ей по-прежнему хотелось сбежать от обоих.

— Как здорово. Он ведь знаменитость, да?

— Да, думаю, можно так сказать. Ну, приятно было с вами познакомиться. Удачи вашей кампании.

Брин удалось проскользнуть между лощеным политиком и его отвратительным гориллоподобным приятелем, и она поспешила в дамскую комнату.

Ее трясло, и она сама не знала почему.

Брин провела расческой по волосам и решила, что ей необходимо повернуться лицом к музыке. Возвратившись в клуб, она увидела там Ли, окруженного плотной толпой любителей автографов.

Она прошмыгнула мимо него и прошла на террасу, где оказалась приплюснутой к входной двери. Еще одна группа собирателей автографов обступила человека, которого она никогда не видела прежде. Стараясь быть вежливой, она протискивалась сквозь бесконечную толпу, пока не оказалась лицом к лицу с человеком, привлекавшим всеобщее внимание, о котором она ровным счетом ничего не знала!

Короткого взгляда на его спортивную рубашку и подтянутую фигуру было достаточно, чтобы понять, что он игрок в гольф. Ему было лет тридцать пять, темные волосы коротко пострижены, от него так и веяло здоровьем. Приветливые карие глаза остановились на Брин.

— Э-э, такая потрясающая игра, — пробормотала она. — Замечательная игра.

— Спасибо. Я и не думал, что смогу выиграть чемпионат.

— Ох, но вы же выиграли! Мои поздравления, мистер…

Он весело рассмеялся:

— Майк Уинфельд.

Уинфельд. Уинфельд. Да, он был молод, но, несмотря на нелюбовь Брин к спорту, она слышала его имя. Говорили, что он добьется успеха, и вот, очевидно, так и произошло.

— Ваше смущение просто очаровательно, — тихо рассмеялся он. — Но не надо тушеваться. Вы ведь сюда не на игру пришли, верно? Вы здесь с Ли Кондором.

С Кондором? Нет, не так, как он это подразумевал!

— Я фотограф. Делаю снимки для его рекламной акции.

— Вы фотографировали? Здесь? Сегодня?

— Да, на другой стороне террасы.

— Замечательно. Ага, если Кондор нанял вас, значит, вы, должно быть, чертовски хороший фотограф. У вас есть визитка?

— А… Да, есть, конечно.

Брин порылась в сумочке в поисках своей визитной карточки. Она втиснула ее в руку гольфиста, потом скорчила гримасу, потому что ее толкнули на него.

— Спасибо. Звоните, когда вам удобно. Надеюсь сбежать до того, как ваши фанаты меня повесят!

— Брин Келлер, — промурлыкал он, улыбнувшись и помахав рукой над толпой, — вы еще услышите обо мне.

Она помахала в ответ.

Может, из этого выйдет какой-то толк, подумала Брин, пробираясь через толпу, чтобы присоединиться к компании на террасе.

Барбара, сидевшая в плетеном кресле-качалке у копаного металлического столика, подняла на нее глаза: